Платиновое сердце (СИ)

– Если честно я в ужасе от мысли о нашей новой встрече, – вдруг взволнованно сообщила она. – Ведь скоро у Димы день рождения! И он собирается встречать его за городом, в частном доме.
Прикинув в голове все, что между ними произошло, я предположила:
– А может Миша не приедет?
– Вряд ли… – безутешно подвела Лина. – Он не из тех, кто будет избегать встречи и тем более Миша не пропустит день рождение Димы! Хотя я надеюсь, что он все-таки не приедет.
  
– Понимаю тебя. Вы такой клубок запутали, что даже со стороны не разобрать, где начало, а где конец!
Она шумно вздохнула.
– Ладно, не хочу тебя больше нагружать… Ты еще после работы – отдыхай иди. Завтра к первой паре, помнишь?
– Помню, – устало отозвалась я.
– Давай, спокойно ночи. Люблю тебя! – тепло проговорила подруга.
– И я тебя.
Она сбросила, а я отняла смартфон от уха и уставилась на экран. За нашим разговором даже не заметила входящего сообщения от незнакомого номера:
«Я все уладил. Можешь спокойно продолжать работать в доме. Охрана больше не будет тебя досматривать»
  
24
 
Сердце гулко забилось в груди. От странного волнения по рукам даже дрожь прошла, хотя я не могла сказать, что содержимое сообщения меня сильно обрадовало или принесло чувство облегчения.
Закусив губу, я некоторое время изучала взглядом цифры с четырьмя семерками на конце, затем неуверенно нажала на клавиатуру. Начала набирать: «Спас…», однако, даже не дописала слово, как тут же стерла его. Необдуманный порыв моментально придушила гордость. Слишком дофига противоречий было в этой ситуации, чтобы вдруг начать любезничать с Молотовым…
Издав шумный вздох, я уронила телефон на постель экраном вниз. Пустота в комнате сразу стала ощутимей. Никак не могла к ней привыкнуть. Без Светы в квартире было прям не по себе находиться. Наверное, потому что эта пустота не позволяла мне расслабиться хотя бы на секунду и забыть о беде, которая с нами случилась. С одной стороны конечно спокойнее, что тетя в больнице под наблюдением врачей, учитывая перепады давления, которые начались у нее на фоне онкологии. Но с другой… Хотелось, чтобы она скорее вернулась домой. Или чтобы хоть что-то прояснилось с операцией.
Пока было лишь ясно, что ее нужно делать срочно. И что если нам не удастся получить квоту из-за повышенного риска, она может вообще не состояться.
Чувствуя, что паника начинает перекрывать кислород, я судорожно подняла телефон и перешла в ленту соцсетей, чтобы как можно скорее переключиться. Смешные ролики, новые фотки однокурсников и знакомых, глупые цитаты – пришлось листать ее не меньше получаса, прежде чем я смогла абстрагироваться.
В какой-то момент, широко зевнув, хотела уже отключать вай-фай, но вдруг передумала. Охваченная безотчетным любопытством, я вернулась в соцсеть и через профиль знакомых нашла аккаунт Евгения Молотова. Черное-белое фото его наглого лица с брендовыми очками стояло на аве. Мрачный, будто связан с криминалом, уверенный, солидный и типа бесстрашный.
В ленте мажора было много фотографий машин. В основном его Гелентваген в разных ракурсах, а еще дерзкие БМВ, Ауди и все черные, тонированые, бандитские. Я невольно залипла на роликах, где он дрифтовал на гелике и делал разные трюки со своими дружками. Где-то конечно прям понтовался, но в основном мне нравилось то, что я видела. Молотова определенно любила камера. Думаю, он мог бы даже сниматься в кино…
Осознав, что уже слишком долго торчу на его странице, я начала кнопкой возврата выходить из соцсети, как вдруг случайно лайкнула одну из фотографий Жени. Вдохнув в голос, тут же сняла сердечко, но было поздно… В его уведомлениях теперь по любому отобразиться этот лайк, который выдаст, что я шарилась на странице мажора!
– Черт! Черт! Черт! – отчаянно выдала я, отбросив телефон и хлопнув себя ладонью по лицу. – Ну что за идиотка?!
Переборов злость на себя, я глубоко вдохнула и выдохнула. Да и фиг с ним! Подумаешь лайкнула? У него там столько подписчиков, что он и не заметит.
С натяжкой веря в это, я приказал себе забить и спать. Не хватало еще переживать из-за того, что подумает этот мажор! Повернувшись набок, я остервенело поправила на себе одеяло, но только закрыла глаза, как на телефоне дзынькнуло уведомление.
Стук в груди резко ускорился. Обернувшись к светящемуся экрану, я взяла смартфон в руки, и глазам не поверила, увидев, что Евгений Молотов отправил мне заявку на подписку. Впервые в жизни я пожалела, что у меня открытый профиль. Он ведь прямо сейчас пролистывает мои нелепые, убожественные фотки!
Я едва удержала себя от порыва изменить настройки. Это же будет выглядеть так, будто меня заботит мнение мажора или будто мне стремно за свою ленту! Нет уж. И заявку его я не стала принимать. Чтобы не думал, что из-за одного лайка я ему в друзья тут набиваюсь…
Однако моей завидной воли хватило лишь до утра. Совершенно не выспавшаяся ставя на кухне чайник, я зашла в соцсеть и увидела, что заявка от Жени все еще висит. С пару секунду меня одолевали сомнения, но затем я решительно нажала на кнопку «Принять».
Завтра добавлю
  
25
 
Два выходных дня пролетели со скоростью света и выдались очень нервными. У тети в больнице случился нервный срыв. Узнав, что квоту на операции, скорее всего, не удастся получить, она собралась без спроса уходить из больницы. Пришлось бросать все дела и бежать к Свете, успокаивать её, снова говорить с врачами, слушать их рекомендации…
От беспомощности хотелось кричать «Помогите»!
Что делать? С чего начинать? К кому обращаться?!
Время ведь работало против нас.
Я начала обзванивать всех, кого только можно, чтобы попробовать найти хоть какое-то решение: банки, друзей, благотворительные фонды, нашла даже группу волонтеров! Но все это казалось лишь слабыми попытками. В итоге к вечеру я так отчаялась и вымоталась, что разревелась прямо в маршрутке по дороге домой. Люди пытались меня успокоить, но я даже не смогла сказать ничего. Просто вышла на улицу и две остановки топала пешком.
Дома я долго сидела на полу в коридоре, всхлипывая и потихоньку допуская в голове самую страшную мысль… У нас ничего не выйдет. Мы опоздаем. Мы проиграли.
Глаза не отрывались от старой иконы, которая блестела от света коридорной лампы в комнате тети. Столько раз я проходила мимо этой полки, а теперь казалось в вере – моя последняя надежда. Поэтому я принялась просить своими словами о помощи. Молилась, как могла, пока меня не прервал звонок.
Достав из кармана смартфон, я уставилась на незнакомые цифры контакта. Поздновато для банков или фондов, но звонок я все же приняла. Только без какой-либо надежды.
– Алло? – вежливо отозвалась я.
– Марина?
– Да… – подтвердила я.
– Привет, – дружелюбно поздоровался незнакомец. – Это – Миша Тереев. Я… друг Полины, в общем. Не отвлекаю?
От усталости, я не сразу сообразила, что еще за Миша Тереев? А когда сообразила – растерялась.
– Эм… Нет. Привет!
– Я не займу много времени, – предупредил он вежливо. – Ты не обижайся, но она мне кое-что рассказал о проблемах со здоровьем твоей тети. И я попросил твой номер.
Растерянности меньше не стало.
– Хорошо, но… зачем тебе мой номер?..
– Не буду давать больших обещаний, но у меня есть некоторые связи на уровне руководства, которые могут вам пригодиться. Если нужно, конечно, решить проблемы с врачом. И это безвозмездно.
Стукнувшись затылком о стену, я утомленно потерла лоб.
  
– Спасибо, Миш, – безутешно выдохнула. – Но я не думаю, что твоя помощь что-то изменит. Нам отказывают в квоте, и… денег на операцию я пока не знаю, где достать.
– А почему отказывают? – серьезным тоном уточнил Миша.
Я пожала плечами, будто он мог это увидеть.
– Слишком рискованная операция.
– Так… Хорошо. Но я все же настаиваю попробовать, – не отступал возлюбленный Полины. – Давай-ка мы завтра встретимся, окей? Мне нужны будут документы твоей тети и ее история болезни. Сможешь собрать?