"Фантастика 2025-43". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
– Нет, отвези в гостиницу. Ты не знаешь, где артисты съёмочной группы живут? Ну, которые снимаются тут в городе у вас?
– А то. Конечно, знаю, – ответил он с гордостью.
Завёл мотор, тачка резво снялась с места, пронеслась вихрем по опустевшему городку, подпрыгивая на булыжной мостовой, и резко остановилась около арочного входа, украшенного колоннами.
– Спасибо! – крикнул я, лихорадочно пытаясь найти в кармане деньги.
– Да не надо, чего уж тут, – сказал шофёр. – Беги. Пожар что ли у тебя?
Я ринулся в фойе, за стойкой с чашкой горячего чая, зевала девочка. Она испуганно заморгала длинными ресницами.
– В каком номере остановилась Милана Рябинина? Быстро! – крикнул я.
Вытащил из кармана зажигалку – миниатюрный пистолет Макарова. И угрожающе наставил на неё. Мужчина, может быть, и не испугался, понял бы, что это игрушка. Но дамочка, не сводя широко раскрытых глаз, побледнела, как смерть, открыла рот, чтобы завопить, но издала лишь сипящий звук, словно пробитый резиновый мяч. Я отшвырнул её от монитора, быстро пробежался по клавишам, просмотрел списки и бросился на второй этаж, без лифта, не разбирая дороги, опрокидывая за собой вазы с цветами. Постучал кулаком в дверь, вдруг на секунду представив, как глупо выгляжу. Милана может спокойно лежать в постели с мужем, или с каким-нибудь хахалем, а я ломлюсь к ней, потому что мне явился призрак. Меня точно после этого отвезут в ментовку, а, скорее всего, в психушку. Я выбил плечом дверь, ворвался в номер, щёлкнул выключателем, люстра вспыхнула болезненно-ярким светом. Пусто.
И тут я услышал журчанье воды, исходившее из ванны, очень тихое, но отдававшееся в ушах, как грохот водопада. Распахнул дверь и замер на пороге. Милана с закрытыми глазами, лежала в мутной, бурой воде, с иссиня-белым лицом, сливавшимся с мраморной ванной. Пол начал уходить из-под ног, я схватил пару полотенец с вешалки, обвязал изрезанные запястья. Вытащив отяжелевшее тело, перенёс в гостиную, укутал в плед, который валялся тут же. Дрожащими руками набрал телефонный номер.
– Скорая! – заорал я. – Пожалуйста, гостиница… черт, – я похолодел от ужаса, вспомнив, что не знаю названия этого проклятого места. Судорожно обернулся и увидел на подушке вышитые золотой вязью слова. – Гостиница «Жемчужина». Номер двести семь. Женщина умирает. Приезжайте быстрее!
– Представьтесь.
Я матерно выругался, к чему эти ненужные формальности?! Буркнул имя. В трубке что-то щёлкнуло, и голос холодно произнёс:
– Ждите, выезжаем.
Я бросил трубку, прижал Милану к себе, чувствуя, как из неё по каплям уходит жизнь.
– Чего случилось? – услышал я голос знакомого водилы. – Плохо стало?
– Да, – глухо ответил я. – Ты как здесь оказался?
– Дык, решил помочь. Ты, как сумасшедший бежал, я за тобой, еле успел.
Он подошёл ближе и, заглянув в мертвенное лицо Миланы, и радостно протянул: – Ух, ты, артистка, известная. А ты как понял, что ей плохо? Ты её знаешь? Да? Она позвонила тебе?
– Неважно.
– Смотри-ка, ты прям экстрасенс, как Кастильский. Он тоже ясновидящий. Все про всех знает, предупреждает. Молодец. Да-а-а, – протянул он, оглядывая номер. – Неплохо эти артисты живут. Шикарно, а мы тут корячимся-корячимся, а шиш имеем…
– Слушай, помоги, пожалуйста, – я не выдержал его трескотни. – Встреть скорую, чтобы они сразу сюда пришли.
Водила кивнул и мгновенно исчез. Через десять минут я услышал топот ног, в номер ворвались трое в белых халатах с носилками. Один из них, высокий пожилой мужчина, оказавшись около Миланы, пощупал ей пульс, и, нахмурившись, покачал головой.
Её положили на носилки, прикрепили к руке капельницу.
Я сидел, сгорбившись на диване, не в силах задать простой вопрос, ответ на который так хотелось услышать. Заставил себя встать, подошёл к носилкам, вглядываясь в бледное лицо Миланы.
– Все-все, несите аккуратно, – сказал врач.
Я остался в центре номера, оглянулся на брошенный плед бежевого цвета с кровавыми разводами, выбитую дверь.
– Вот он! – услышал я сердитый возглас.
На пороге стояла немолодая женщина в форменной одежде с бейджиком и двое ментов.
– Вы что, молодой человек, себе позволяете?! – визгливо вскрикнула она. – Врываетесь, разносите номер на куски! Боже мой, что это?! – она схватилась одной рукой за сердце, а другой подняла за краешек окровавленный плед.
Когда мент надел мне наручники, охватило лишь равнодушие. Я не сказал ни слова в своё оправдание, да разве кто-нибудь поверил бы мне? Это не имело ни малейшего значения. Я медленно умирал вместе с Миланой.
Глава 13
Загремели ключи в замке, тяжёлая дверь медленно отъехала в сторону. На пороге стояли два хмурых конвоира – тощий и длинный, как оглобля, и другой, рослый битюг с багровой квадратной физиономией.
– Верстовский, выходи! – услышал я гулкий окрик одного из них.
Я с трудом поднялся с заплёванного пола. Мы прошли длинными коридорами, выкрашенными ядовитой зелёной краской, сильно вонявшей. Распахнулась дверь и я остолбенел, подкосились ноги от пронзившего, словно электроразряд, страха. Посредине широкого двора возвышался высокий деревянный помост с виселицами на разной высоте, на которых уже покачивалась пара трупов. Я нервно обернулся к охранникам, заметив на их лицах странное, презрительное выражение.
– Иди-иди, – грубо подтолкнув меня в спину, сказал мент, тощий и длинный, как оглобля.
Почему они в чёрной форме? Промелькнула мысль. И что это за автоматы у них в руках? Инсценировка? Попугать решили? Но отвратительный запах, исходивший от разлагавшихся тел, свидетельствовал об обратном. Конвоиры втащили меня на помост, я начал упираться, рваться из рук палачей, ощущая абсолютную безнадёжность моего положения.
– Это произвол! – мой голос жалобно разносился по пустому двору, не достигая даже высокого, бетонного забора. – Вы не имеете права! Без суда!
Это невозможно, немыслимо! Я ощутил шершавую петлю на шее, стиснувшей горло. Ноги перестали чувствовать опору, я рухнул в пустоту и … проснулся. В темноте попытался разглядеть то место, где находился. Тускло светила лампочка в коридоре, освещая таких же несчастных пленников. Один из них, с курносым, будто вдавленным в плоское лицо носом, радостно улыбнулся, присел рядом и сказал, шепелявя:
– Колян меня зовут. Смирнов. А тебя как?
– Олег Верстовский, – ответил я тихо, стараясь взять себя в руки.
– Слушай, у тебя паспорт есть с собой?
Я удивлённо взглянул на него, пошарил в пиджаке.
– Есть.
– Скажи ментам, что ты меня знаешь. Ну что я – твой кореш, – его горячий шёпот ожёг мне ухо. – Понимаешь, застрял я здесь. Взяли меня за драку, а я как на грех – без документов.
– Ну и что? Позвони знакомым, друзьям, родственникам. Какие проблемы?
– Да, я тут к одной бабе приехал, понимаешь, да не доехал. Она не будет меня вытаскивать отсюда.
– А чего ты так боишься? – удивился я.
Он напрягся, судорожно обернулся по сторонам, словно опасаясь, что нас подслушивают, и почти неслышно объяснил:
– Слухи ходят, что менты всех бесхозных людишек пристраивают куда надо. Понимаешь? В расход.
– Это как? – не понял я.
– Ну как тебе объяснить. Сгоняют людей, и пускают их на развлечение богатым господам.
Я решил, что у парня явно не все дома, и сделал попытку отодвинуться подальше.
– Ты не думай, я с ума не сошёл, – он помрачнел. – С такими, как я, здесь не церемонятся.
– Колян, а почему ты решил, что со мной церемониться будут? Ты же не знаешь, за что меня замели. Может быть, я кого убил, а ты хочешь моим подельником, что ли выступить?
– Да ладно, ты не такой. Кого ты мог убить? У тебя лицо такое, похож на умного. Если бы убил, то не попался бы, – глубокомысленно заметил он.
Я усмехнулся – логика железная. Умные попадаться не должны.
– Ладно, Колян, постараюсь. Расскажи-ка поподробнее об этих слухах. Ну, то, что людей в расход пускают. Откуда это стало известно?