"Фантастика 2025-43". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
* * *Ужинали у господина фон Турна по-простому, без особых церемоний, до которых старый вояка был небольшой охотник, больше предпочитая развлечения простые и здоровые, типа азартной карточной игры либо самого забубенного пьянства. Любил и девок потискать в отрыве от жены, да и лихие вылазки жаловал, за что своего старого командира не за страх, а за совесть уважали все рейтары.
Узкий стол, уставленный пустыми бокалами и легкой рыбной закуской, явно дожидался вина… которое и доставили как раз с приходом новоявленного майора фон Эльсера. Припозднились морячки с «Черного тюльпана»… хотя нет – в самый раз, хозяева и гости как раз уже начинали рассаживаться. Действом сим, как водится, распоряжалась мадам Элоиза фон Турн, деятельная и вовсе не старая еще особа, склонная к легкой полноте. Узкий лоб и рыжие локоны, вкупе с длинным острый носом и светлыми близко посаженными глазами, делали мадам генеральшу чем-то похожей на лису. Назвать ее красавицей, наверное, было бы нельзя, хотя определенный шарм у этой достойной женщины, несомненно, имелся. Родив мужу пятерых детей, мадам вовсе не выглядела старой, наоборот – лисьи глазки ее так и шныряли по мужчинам.
– Вы, господин полковник – сюда… тут же и ваша супруга… А здесь – господин суб-лейтенант. От меня по левую руку. Как, Вальтер, усядетесь?
– Куда прикажете, моя госпожа, – лощеный хлыщ адъютант развел руками и, жеманно скривив губы, уселся на указанное место.
– Здесь господа капитаны… Ах, молодежь, молодежь, вот вам на двоих одно блюдо. Уж извините – по-походному, сами видите – тесновато.
И впрямь почти все дома в Риге были тесными, впрочем, господин генерал-лейтенант еще имел за городом вполне даже просторную мызу, и не одну, однако по понятным причинам пировать там нынче было бы весьма опрометчиво.
– А, вот и вино! – войдя, хозяин сразу же обратил внимание на бочонки и захлопал в ладоши. – Эй, слуги, слуги, да где вы там? Открывайте же поскорее, ну!
Забегали, засуетились слуги, коих у графа фон Турна имелось предостаточно. Из выбитых пробок потекло вино, только успевай подставлять бокалы!
– Пьем за нашего дорогого майора!
– За майора фон Эльсера! Виват!
Выпили. Поставив на стол опустевший бокал, виновник торжества поклонился всем присутствующим и даже умудрился, согнувшись через весь стол, поцеловать ручку хозяйке, чему она, несомненно, обрадовалась… а вот сидевший рядом с ней адъютант, суб-лейтенант Вальтер Шульце, бросил на Бутурлина совершенно волчий взгляд. Быстрый такой, исподтишка, с откровенной ненавистью.
Ой-ой-ой! А не крутил ли сей молодой хлыщ какие-нибудь шуры-муры с графиней? Ну и что ж, что родственник? Чай, не близкий – седьмая вода на киселе.
– А теперь – за нашу любезнейшую хозяйку, обворожительную графиню фон Турн! – очередной тост предложил полковник Кронман.
Затем выпили за его королевское величество, за будущую победу, за процветание Риги, за господина генерал-лейтенанта, снова – за его супругу, и опять – за новоиспеченного майора.
Выпив и откушав, сели играть. Граф принялся банковать, делал это вполне умело, раскидывая карты, как самый заправский шулер. Играли двое на двое – генеральская чета против полковничьей – со ставкой по два рискдалера. Масти были немецкие – с желудями и прочими овощами-фруктами, хозяевам везло – взяв хороший прикуп на мизерах, фон Турн сорвал весь банк и довольно потер руки.
Полковник Кронман лишь вздохнул да поддержал жену – чахлую на вид даму, блондинку лет тридцати пяти, – уступая место следующей паре. Играли навылет, и выбывшую пару тотчас же заменили два капитана из числа приглашенных гостей.
Бутурлин в карты не играл – в мастях немецких путался и, самое главное – денег и без того оставалось мало, а испытывать судьбу, полагаясь лишь на волю случая, Никита Петрович не очень-то любил. Вот если б покойный сеньор Рибейруш, старый португальский пират, в свое время научил бы младого лоцмана, кроме танцев и фехтования, еще и шулерским приемам – тогда да, тогда можно было б и сыграть. А так – что уж… баловство одно. Разве взглянуть только – забавно.
– А вот мы так!
Порхали карты. Смачно хлопались об стол.
– Желуди, желуди клади!
– Да уж вижу, что желуди!
– Эй, эй, господин суб-лейтенант! Извольте-ка не подсказывать, не было такого уговора.
Те, кто не играл и не смотрел, выходили в небольшой садик, курили, сидели на лавочке, рассказывая друг другу какие-то смешные истории, и даже подшучивали над хозяевами.
– Господа! А знаете, почему наш доблестный генерал всегда в парике?
– Потому что лысый!
– Нет! Потому что – рыжий! И очень этого стесняется. Правда, голову бреет. Особый цирюльник у него.
– Говорите, рыжий?
– Еще рыжее, чем дражайшая мадам Элоиза. Посмотрите на его щетину как-нибудь.
По новой, недавно пришедшей моде парики носили все достойные уважения люди, имеющие власть и деньги. Не носили только простолюдины, остальные же… Самыми модными и дорогими считались белокурые парики, большие, падающие на плечи и спину, завитые «мелким бесом». Имелся подобный и у Бутурлина, хотя лоцман все же предпочитал отрастить и завить собственную шевелюру, как тоже поступали многие, особенно офицеры. Свои волосы были куда удобнее парика, с головы не слетали, хоть и требовали ежедневного тщательного ухода, подобно холеным боярским бородам на Руси.
Господин генерал-лейтенант стесняется своей рыжины? Хм… Что-то не похоже, чтоб этот человек вообще хоть чего-то стеснялся!
– Ой, господа, смотрите-ка! Ну, наконец-то они проигрались.
К вящему удовольствию собравшейся в саду компании, в больших застекленных дверях, называемых еще «французским» окном, показалась чета хозяев. Граф явно выглядел смущенным, его супруга же нервно теребила веер и что-то выговаривала мужу. Как видно, в проигрыше был виноват именно генерал-лейтенант. Верно, поставил все на кон, рискнул… и вот вам – конфузия!
Следом за хозяевами в саду появились и слуги – с бокалами и бочонком.
– Вот – правильно, – одобрительно воскликнул Бутурлин. – Не все в духотище сидеть.
Надо сказать, погода садовым посиделкам очень даже способствовала. С утра еще накрапывал дождик, но вот сейчас, ближе к вечеру, налетевший ветер разогнал тучи, наконец-то явив миру голубое девственно-чистое небо и солнышко. Надо сказать, солнышко уже принялось припекать, и очень даже заметно. Никита Петрович с удовольствием снял бы парадный камзол, коли бы сие не посчитали неприличным.
Впрочем, погода быстро испортилась. Не прошло и получаса после проигрыша графской четы, как небо снова нахмурилось, все вокруг потемнело, и на посыпанные желтым песком дорожки упали первые капли, пока еще робкие, редкие…
Глянув на небо, графиня тут же пригласила всех обратно в залу, «на кофе». К тому же еще оставалось вино.
– Идите, идите, – помахав гостям, граф взял Никиту под руку. – А вас я попрошу чуть задержаться, господин майор. Надо кое-что обсудить по службе. Да мы быстро, господа!
– Ждем, ждем.
– И вы тоже останьтесь, господин полковник.
Полковник Кронман, лихой рейтар и давний подельник графа, проводив жену, тут же вернулся.
– Мушкеты в полном порядке, – наконец, доложил фон Эльсер. – Я лично проверил все. Правда, по калибру это не совсем мушкеты…
– Ничего, – полковник спокойно подкрутил усы. – Покупатель у нас уже есть.
– И кто это? – живо поинтересовался граф. – Тот, о ком думаю?
– Да, Петер Лунд, купчишка из Ревеля. Помните, я вам как-то про него говорил?
«Петер Лунд, купчишка из Ревеля, – машинально запомнил Бутурлин. – Надо будет проверить, кто это. Может, и сгодится на что».
– Ну, дай Бог, все сладится, – тряхнув пышным завитым париком, генерал-лейтенант азартно потер руки и тут же напомнил о службе: – Русские вот-вот будут здесь, господа! Прошу быть готовым к осаде.
– Осада, – саркастически хмыкнул Кронман. – Слава Пресвятой Деве, как приходили в Ригу суда, так и приходят. И датский флот, потеряв пару десятков кораблей, вряд ли у нас объявится.