Весь Нил Стивенсон в одном томе. Компиляция (СИ)
Тот покраснел и приоткрыл рот.
— Да мы шутим! — успокоила она.
Однако шутка попала в больное место, и Аластер поспешил оправдаться — если не перед Марком и Саскией, которые все понимали, то перед теми, кто их слушал.
— Всякого, кто скажет, что может математически рассчитать движение волн, нужно немедленно уволить, — сообщил он.
Диссертация Аластера была посвящена «блуждающим волнам-убийцам»: гигантским одиночным волнам, возникающим случайно, чья мощь неимоверна, а поведение непредсказуемо. Считается, что волны-убийцы ответственны за многие исчезновения кораблей: эта тема представляет немалый интерес для страховых компаний в Сити, вот почему они пригласили Аластера на работу, не успели высохнуть чернила на его диссертации.
— Знаю, Аластер, — успокаивающе ответил Марк. — Мне вы это говорили десять лет назад. А вот Саймону полезно послушать.
На том основная задача вечеринки с коктейлями была выполнена, и Саския имела полное право удалиться. Она со всеми распрощалась и отправилась вместе с Амелией в дом для гостей, оставив Аластера болтать с джентльменами из Сити, Руфуса — обсуждать свиней с Т. Р., а Виллема — практиковаться в фучжоу с сингапурской делегацией. На вопрос Лотты об успехах Саския отчиталась, что пока нашла двух потенциальных кандидатов (Руфуса и Микьеля). Однако на требование прислать фотки ответила, что надо же и меру знать.
Экскурсию по воздуху легко было провести, и не покидая уютный особняк на берегу Буффало-Байю, расслабляясь в кожаном кресле с бокалом в руке и погрузившись в виртуальную реальность; но не так делаются дела в Техасе — и, определенно, не так действует Т. Р. Вместо этого сам Т. Р., королева Фредерика, лорд-мэр, Сильвестр Лин и Микьель дрейфовали над мегаполисом, каждый в личном мультикоптере — пластиковом «пузыре» с кондиционером и парой распростертых «рук»: обе оканчивались ветвящимися «пальцами», и каждый «палец» нес на себе электромотор и углеволоконный пропеллер. Два десятка автономных моторов и два десятка пропеллеров поддерживали каждый дрон в воздухе. Перед Саскией располагалась панель управления с сенсорным экраном, совершенно непохожая на самолетную. Если бы она попыталась вести эту штуку — точно бы не смогла. По счастью, этого и не требовалось. Все дроны контролировала единая программа, основанная на математическом описании мурмурации скворцов. Т. Р. — скорее всего, с немалой помощью искусственного интеллекта — пилотировал свой дрон сам. Остальные — Саския, еще трое почетных гостей и полдюжины дронов, в которых летели вспомогательный персонал и охрана, — следовали за ним, повторяли его движения, однако не приближались ни друг к другу, ни к каким-либо твердым объектам ближе чем на несколько метров. При появлении препятствия умная программа командовала стае дронов разбиться надвое и облететь его с разных сторон, а затем воссоединиться.
— Математика никогда мне не давалась, — сообщил Т. Р., ведя свою стаю через полосу препятствий между небоскребами в центре Хьюстона.
Район зелени и шикарных особняков, из которого они стартовали, от центра отделяло всего несколько минут — и несколько километров к западу. Саския подозревала, что это не самая важная часть экскурсии. Пока что Т. Р. проверяет работу дронов — и заодно вычеркивает из списка стандартные туристические достопримечательности.
— По крайней мере, та математика, какой учат в школах, куда посылали меня мои старики. «Итак, чему же равен икс?» — И он рассмеялся. — Задачи, упражнения — и больше ничего. Мне было двадцать семь, и из колледжа меня уже вышибли, когда я наконец встретил настоящих математиков и понял, что им вся эта хрень тоже даром не нужна. Что математика — совсем о другом. Защищался я по теорверу и статистике. Десять лет на это ушло — я ведь одновременно строил бизнес и растил детей. Можно сказать, успел в магистратуру на последнем автобусе!
Аластер предупреждал, что этого следует ожидать. Даже показал несколько видео из Интернета, на которых запечатлен настоящий Т. Р. Шмидт. Девяносто девять процентов общедоступных роликов знакомят публику с Т. Р. двадцатилетней давности, когда он строил бизнес и лично, в стилистике любительских семейных видео, рекламировал свою сеть семейных ресторанов в торговых центрах, где так классно праздновать детские дни рождения. Со временем на роль Т. Р. Мак-Хулигана — веселого, дурашливого клоуна-ковбоя, всеобщего папаши, обожающего детей, — ему пришлось нанять актера помоложе. Достаточно мужественного на вид, чтобы с ним захотелось выпить пивка, но не настолько, чтобы его было боязно знакомить с женой. Актер со временем впал в немилость и был заменен анимацией; замена совпала по времени с ребрендингом и превращением «семейных ресторанов Мак-Хулигана» в нечто иное, получившее название «сеть Т. Р. Микс». Небольшие (по техасским стандартам, по европейским — просто огромные) ресторанчики были вынесены из торговых центров в отдельные здания на городских окраинах, а там их окружили заправки и автостоянки для грузовиков, организованные в соответствии с девизом: «Не меньше сотни!» — означавшим, как известно теперь каждому автомобилисту в Техасе, что в Мобильном центре «Т. Р. Микс» найдется не менее ста бензонасосов. Не считая электрических станций подзарядки, которых там тоже хватало. Все укрыты от солнца и дождя навесами, работающими как коллекторы солнечной энергии, — и все соединены траволаторами, как в аэропорту, с центральным зданием, в котором находится ресторан и сопутствующие развлечения. Все знали и понимали, что именно эта бизнес-стратегия помогла Т. Р. превратить десятки миллионов, унаследованные от «папаши» Шмидта, в миллиарды.
Правда, вчера за коктейлями Т. Р. постарался ясно дать понять: миллиардов не слишком много. Быть может, в удачный день на рынке он стоит миллиардов десять — и то не факт. Несколько раз повторил: он не из тех «юных гениев», что после первого же публичного предложения акций за ночь зарабатывают больше, чем сколотил доктор Т. Р. Шмидт за всю жизнь, медленно и кропотливо выстраивая реальный бизнес. Говорил об этом как о чем-то само собой разумеющемся, тем же тоном, каким рассказывал о системе подземных труб, по которым бензин подается из центральных баков в сотню насосов. Иначе говоря, он не завидовал. Ни в коей мере Т. Р. не стремился очернить или обесценить «юных гениев», заработавших в десять раз больше него. Просто ему было важно подчеркнуть, что его состояние сделано не из воздуха, что у него стальные корни, вкопанные в землю. Быть может, это имело прямое отношение к тому предложению, что он собирался сегодня озвучить.
Они летели на север вдоль магистрали, в дополненной реальности на прозрачных стенках дрона обозначенной как «Мейн-стрит». Несколько секунд — и магистраль вывела на открытую площадку на краю взбухшего коричневого потока, в который впадал еще один такой же. Через них были перекинуты несколько мостов.
— Обещаю, со всей этой туристической ерундой покончим в два счета! — послышался в наушниках голос Т. Р. — Итак, здесь, при слиянии Буффало-Байю и Уайт-Оук-Байю, вы видите Алленс-Лэндинг — «Надел Аллена», место, где два века назад был основан Хьюстон. О том, как это произошло, вам расскажет старый 3D-фильм. Потерпите, он короткий.
Прозрачные стены потемнели, приглушив солнечное сияние, пейзаж вокруг посмурнел и ушел в зеленоватые тона. Мосты и улицы были видны по-прежнему, но теперь на них наложилась картинка — представления художника о том, как выглядели эти места два столетия назад. По большей части земля здесь скрывалась под той же буйной зеленью, какую видели Саския и ее спутники во время путешествия из Уэйко в Шугарленд. Но в анимационном прошлом у южного берега Буффало-Байю, прямо возле нынешнего исторического пятачка, сгрудились деревянные суда, парусные и весельные, в том числе и индейские каноэ. Мужчина в широкополой шляпе, стоя на пристани, зачитывал старозаветного вида документ. Все напоминало вступительный ролик к какой-нибудь видеоигре с неплохим бюджетом: пока не увеличиваешь изображение, выглядит совсем как в жизни. Актер озвучки старался как мог, но текст не давал особо развернуться. Что поделать: декламировал он не Шекспира, а всего лишь объявление о продаже земельных участков, пусть и составленное в 1836 году.