Весь Нил Стивенсон в одном томе. Компиляция (СИ)
Я с вызовом спросила, уж не собирается ли она заколдовать меня насильно. Мама ответила, что нехорошо применять такое заклятие против воли самой ведьмы, тем более собственной дочери.
Обмен сообщениями в чате ГРИМНИРА «Общий»ДЕНЬ 1959 (9 ДЕКАБРЯ, ГОД 5)
Фрэнк Ода, 11:17:
Кто-нибудь знает, где Джулия? Она уехала на мотоцикле за деталями два часа назад и уже должна была вернуться. Не в ее привычках исчезать надолго.
Тристан Лионс, 11:20:
Спасибо, что заметили, Фрэнк! Нас тут немножко отвлекло внезапное исчезновение БЕДИКОПовских джипов с улицы. Они резко снялись примерно сорок пять минут назад.
Ребекка Ист-Ода, 11:25:
Скатертью дорожка! Соседи тоже будут рады.
Джулия Ли, 14:30:
Извините за таинственное исчезновение. У меня все хорошо, я в гостиничном номере на верхнем этаже гостиницы «Уэстин» не с кем иным, как с майором Изабель Слоун.
Тристан Лионс, 14:31:
ЧТО?! Рад, что у тебя все в порядке, но объяснись, пожалуйста.
Джулия Ли, 14:45:
Я возвращалась с посылкой и была уже в двух кварталах от дома, когда увидела, что все три БЕДИКОПовских джипа разом рванули на Массачусетс-авеню. Я под влиянием порыва решила сесть им на хвост. На шоссе они бы от меня оторвались, но в бостонских пробках держаться за ними было довольно просто. Мне пришлось несколько раз нарушить правила, проехать по тротуару и срезать через парковки. В итоге я держалась за ними весь Саут-энд, пока они не въехали через охраняемые ворота на контейнерный терминал. Там большая площадка с кранами, которые загружают и разгружают контейнеровозы. Тысячи контейнеров составлены на земле, на поездах, на грузовиках и так далее.
В ворота я проехать не могла, так что вроде как получился облом. Я поискала глазами высокое здание и парой кварталов дальше приметила «Уэстин» — в нем двадцать этажей, и я видела верхние; получалось, оттуда можно разглядеть контейнерный терминал. Я рванула туда. Место довольно мерзкое — много промышленных зданий, а с улицы свернуть некуда. В итоге я оставила мотоцикл на парковке гостиницы, вошла в вестибюль и спросила женщину за стойкой регистрации, нет ли у них кофейни или бара на верхнем этаже, где я могла бы выпить и посмотреть на порт. Она ответила, нет, все едальни внизу, а на верхних этажах только номера. Я спросила, есть ли свободные, она сказала, что может предложить мне номер с видом на порт. Я вытащила кредитку и сняла его.
Заполняя бумажки, я заметила краем глаза приближающуюся женщину. Она шла от кофейни в вестибюле и держала в руке стаканчик латте. Я думала, она хочет что-нибудь спросить на ресепшене, однако она подошла ко мне и сказала: «Извините, это может показаться странным и мне не хочется вас смущать, но у меня сильнейшее чувство, что я вас откуда-то знаю, и поэтому я прошу разрешения с вами поговорить». Я посмотрела на нее, и, блинский блин, это была майор Изабель Слоун из БЕДИКОП! В спортивном костюме и кроксах, предположу что украденных из «Уолмарта». Выглядела она в целом нормально, только была сильно тормознутая и пришибленная, как понятно из того, что она не вспомнила моего имени. Мы сто раз вместе пили кофе в кафетерии ДОДО, и она меня отлично знает.
Очевидно, что-то происходило странное, поэтому я сказала:
— Да, я охотно с вами поболтаю, только подождите секундочку, сейчас пойдем в мой номер, закажем туда выпить и перекусить.
Ее это вполне устроило.
Через десять минут мы были в этом навороченном номере. Он дорогущий, но дешевле с видом на порт не было. Я жутко боялась, что за нами следят, но вроде никто за нами не шел, а в номере я сразу заперла дверь и для надежности закрылась на задвижку. Изабель я усадила в кресло в гостиной, а сама стала смотреть в окно на контейнерный терминал.
Как все вы знаете, у БЕДИКОП полдюжины черных джипов. Все шесть скопились здесь, как тараканы, рядом с причалом для больших контейнеровозов. Я видела рядом с джипами людей, но лиц с такого расстояния было не различить. Многие смотрели в сторону моря. И там, примерно в миле, южнее аэропорта, от берега удалялся большой контейнеровоз. Заставленный контейнерами, разумеется. И в позах и движениях людей рядом с джипами явственно читалось: «Черт, мы опоздали на корабль».
Это не все, но пока жму «отправить», чтобы вы были в курсе.
Мортимер Шор, 14:59:
Посмотрел отправление судов. Это «Александр Дюма». Принадлежит французской судоходной компании. Она, кажется, все свои корабли называет в честь писателей.
Тристан Лионс, 15:03:
Куда идет?
Мортимер Шор, 15:06:
В Гавр, вроде бы.
Джулия Ли, 15:12:
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Увидев, что там внизу, я повернулась к Изабель. Она спокойно пила свой латте и смотрела в окно.
— Изабель, рада вас видеть! — сказала я.
— Изабель. Верно. Это я, — ответила она. Как будто забыла собственное имя.
— Мы волновались.
— Кто волновался? — спросила она.
— Люди, с которыми вы работаете и которые знали, что вы пропали. Вы исчезли больше недели назад.
— Я не исчезала. — Она вроде как кивнула в сторону порта внизу. На лице — ни тени тревоги.
— Вы были там?
— Да, там судоходная компания, с офисом, они принимают и отправляют много контейнеров.
— А не было ли среди этих контейнеров зеленого, в ржавчине, с оборудованием внутри? — спросила я.
— Вы про АТТО? — откликнулась она, даже не задумавшись.
— Да, АТТО.
— Я в нем по большей части и была. На складе. Только он уже больше не зеленый. Мы перекрасили его в красный цвет.
— Мы? Вы участвовали в покраске?
— Да, у меня не было других дел, и я немножко помогла. Это было весело.
— И где теперь АТТО, заново выкрашенный яркой красной краской?
— Его только что погрузили на корабль. Я оказалась на улице и решила пойти выпить кофе. Тогда и увидела вас.
— Так вас держали в заложницах? — спросила я.
— Нет.
— А другая женщина в АТТО была? Хотя бы часть времени?
— Да. Все время была.
— Грайне? — спросила я. — Ирландский акцент?
— Ой, нет. — Она как будто даже возмутилась, что я могла такое предположить.
Я попыталась представить, какая ведьма могла быть у Магнуса.
— Она была типа скандинавской внешности?
Изабель ответила:
— Не-а.
— Вы помните, как она выглядела?
Изабель пожала плечами:
— Может, испанка или итальянка?
Я не знаю в ДОДО ни одной испанской или итальянской ведьмы, так что оставила эту тему и спросила:
— И она сейчас в АТТО?
— Нет, его выключили и заперли, прежде чем погрузить на корабль.
— И где теперь женщина?
— Не знаю. Она уехала на машине вместе с людьми из судоходной компании.
— Значит, они все уехали — все люди из судоходной компании?
— Да.
— А вас бросили?
— Да.
— Но вроде бы они ничего плохого с вами не сделали.
— Конечно. Зачем бы они стали делать мне что-нибудь плохое?
— Я просто спросила, Изабель.
Примерно в это время ее лицо начало меняться. До сих пор она была абсолютно спокойна, как будто сидит на пляже, запивает феназепам клубничной маргаритой и слушает расслабляющую музыку. Теперь у нее как будто в мозгу щелкнули выключатели. Она забеспокоилась, даже смутилась. Мне стало ее жалко. Не хотелось припирать ее к стенке, и все такое. Поэтому я просто сидела тихо и ждала, когда она сама сообразит, что произошло.
— Фу ты, — проговорила она. — Черт.
— Вы исчезли на неделю.
Она кивнула:
— Я исчезла на неделю. Мне надо успокоить маму. И шефа. И полицию.
— Вы теперь помните ДОДО? И БЕДИКОПов?