Весь Нил Стивенсон в одном томе. Компиляция (СИ)

— Это повлияет на нашу деятельность, — заключила наконец Айви. — Но процедура всем прекрасно известна. Принять амифостин. Своевременно закончить все выходы в открытый космос. Подготовиться к тому, чтобы разместить всех, кого только можно, в Набалдашнике. У некоторых будут задания ниже по Стержню, они получат с собой штормовые убежища.
— А… они? — спросил Майкл Пак.
  
— С ними проблема, — согласилась Айви. — Они в пластиковых каплях, и там поджарятся. Даже если у них остался амифостин и вода для штормовых убежищ, они неизбежно пострадают. Нам следовало бы принять этих одиннадцать человек на «Эндьюранс» и организовать для них укрытие.
— По первоначальному плану трое должны выйти наружу, зафиксировать гептаду и закрепить на Стержне, чтобы можно было маневрировать, — напомнил Зик Питерсен.
Из экипажа «Эндьюранса» он меньше всех изменился после Разрыва. Разумеется, Зик похудел, а виски его тронула седина, однако со здоровьем у него все было в порядке, и он исхитрился сохранить свою электробритву в работоспособном состоянии, так что был еще и чисто выбрит. После того как Федор погиб от несчастного случая, а Ульрика умерла от инсульта, Айви назначила его вторым после себя в командной структуре «Эндьюранса».
Речь шла о том, что «Эндьюрансу» предстояло сбросить девяносто девять процентов массы, иными словами, тот же самый комплект двигателей, производя тот же самый реактивный импульс, будет разгонять его в сто раз быстрее. Перегрузки не достигнут критических значений — люди с такими вполне способны справиться, — однако структуре корабля предстоит выдержать усилие, какого она раньше и близко не испытывала. Это предусмотрели давным-давно и заложили в конструкцию «Эндьюранса» еще до того, как он оказался покрыт льдом.
Таким образом, в принципе «Эндьюранс» был готов к высоким ускорениям. Если за последние годы ничего в нем не сломалось, структура должна выдержать, хотя разнообразный мусор во внутренних помещениях попадает при первом же импульсе.
Однако никто не планировал, что в последний момент к ним добавится гептада из Роя. И это было совсем некстати. Она будет соединена со Стержнем стыковочным узлом, который не предназначен для больших нагрузок. И она будет тяжелой, поскольку Аида со своими людьми битком набили ее припасами и даже навесили кое-что снаружи. По той же причине Айви не хотелось просто сбросить гептаду — припасы им пригодились бы. Поэтому и разработали план, согласно которому трое в скафандрах встречают гептаду и немедленно привязывают ее тросами.
— Посмотрим, не удастся ли подключить к делу роботов, — сказала Айви, повернувшись к Дине и Бо. — У нас ведь там в основном бронированные разновидности, так? Значит, они смогут работать и при сильной радиации.
— Хорошо, мы подготовимся, — согласилась Дина.
— Как только гептада стыкуется, — подвела черту Айви, — вступают в дело роботы и пытаются как можно лучше ее зафиксировать. Мы открываем люк и организуем проход одиннадцати через хомячьи трубы так быстро, как только возможно — в трубах у них вообще не будет защиты. Подготовим для них штормовые убежища. Они туда залезают и летят в них до самого конца. Управление кораблем, как и планировалось, ведется из Набалдашника.
Следующие два дня напомнили Дине экспедицию «Нового Кэйрда», поскольку дел было полно, а возможности влиять на расписание — никакой. Они были целиком во власти астрономических событий. Отчасти она предпочла бы вообще не ложиться спать, пока все не кончится, но понимала, что в ответственный момент следует быть бодрой и сытой, поэтому заставляла себя есть и спать по расписанию. Проснувшись, она занималась подготовкой к прибытию гептады, располагая «хватов» рядом со стыковочным узлом, присоединяя тросы к подходящим точкам крепления, дополнительно настраивая программы для роботов, которым предстояло крепить концы тросов к гептаде, репетируя с ними действия в том случае, если трос за что-то зацепится.
Постепенно стало проясняться и расписание. Аида в резкой форме потребовала амифостин и воду для убежищ. Разумеется, выполнить ее требование «Эндьюранс» не мог. И того, и другого у них было в избытке, однако все имевшиеся модули ЦМА давно разобрали на запчасти, так что транспорт отсутствовал.
Аида решила рискнуть, истратив последнюю воду на мощный запуск двигателей, так что они прибудут к «Эндьюрансу» несколько раньше, чем предполагалось. Тем временем Дюб уточнял прогноз космической погоды; теперь он лучше представлял, когда именно радиационный шторм их настигнет, и пришел к выводу, что все не так плохо. Гептада, вероятно, придет еще до того, как все разразится. Не исключено, что на помощь роботам Дины удастся отправить людей в скафандрах.
Дина не знала, радоваться или огорчаться. К спешке теперь прибавилась непредсказуемость участников операции. С другой стороны, Дюб заметил, что, если Аида прибудет достаточно рано, возможно, удастся перенести часть тяжелых припасов через стыковочный узел в Стержень и тем самым уменьшить лишнюю нагрузку на тросы, которые будут тянуть Динины роботы.
Тем временем пилоты, Айви и Зик, тоже разгребали всевозможные возникающие в последний момент осложнения. Уточнялась информация о той области в туче обломков, через которую им предстоит пройти. На радаре уже отчетливо читались отметки Расщелины и многих других крупных камней в ее окрестности. Оптический шум и наблюдаемые в телескоп облака позволяли судить об объектах слишком мелких и многочисленных, чтобы отслеживать их индивидуально. Все новые данные следовало учесть в планах.
Дюб выглядел уставшим, постоянно клевал носом и с самого перигея ни разу толком не поел, но был в состоянии собраться, когда требуется, и все время вводил поступающую информацию в давным-давно заготовленную статистическую модель. Она должна была увеличить их шансы на успех, указав точное время, когда сбросить Амальтею и выполнить последний большой запуск. Впрочем, он постоянно напоминал Айви и Зику: скоро они будут настолько поглощены данными о конкретных камнях, летящих с конкретной стороны, что задача перестанет быть статистической. Ближе к компьютерной игре, цель которой — разогнаться и встроиться в поток больших и малых камней, проносящихся мимо со скоростью артиллерийских снарядов.
Подробности, внезапные помехи и импровизированные решения накапливались и сгущались до тех пор, пока не напомнили Дине преодоление звукового барьера на Старой Земле: поток встречного воздуха уплотняется и затвердевает перед самолетом, превращаясь в стену, которую необходимо пробить — или же разбиться о нее. Барьер они, похоже, все-таки преодолели в тот момент, когда Майкл и еще двое надели залатанное термобелье, а потом влезли в скафандры. Дюб увидел приближающуюся гептаду на радаре, потом — в телескоп, и подтвердил, что она следует курсом для встречи. Что, разумеется, означало, что гептада на своем курсе врежется в «Эндьюранс»; отличие встречи от столкновения в том, что в последний миг гептада включит тормозные двигатели, которые приведут ее парамы в почти идеальное согласие с парамами большого корабля. Сам «Эндьюранс», который все еще нес Амальтею и многие тонны топлива, маневренностью похвастаться не мог, поэтому все зависело от Аиды или от того, кто управляет ее гептадой.
В итоге воссоединение «Эндьюранса» с Роем все же началось со столкновения. Это не было катастрофическим столкновением на высокой скорости, но и упорядоченной, полностью контролируемой встречей его было не назвать. Аиде хватило присутствия духа предупредить их за тридцать секунд. До того все шло хорошо. Гептада приблизилась, включила тормозные двигатели, в основном погасила разницу в скорости с большим кораблем, и уже по чуть-чуть отрабатывала маневровиками, сближаясь со стыковочным узлом. Тут Аида, чуть не срываясь на крик, сообщила, что в одном двигателе кончилось топливо.
  
— Тяжелая, — пробормотал Зик. — Они ее перегрузили, двигатели жрут слишком много, когда приходится тащить такую дуру.