Факультет драконьих невест

Тук. Тук.
Кристофер сам не понял, как снова обернулся человеком. Это вышло само собой. Одно мгновение – и он уже держит на руках свою величайшую ценность. Оливия жива. Её сердце слабо, но бьётся.
Портал. Переход.
- Ван Лерр, помогите!
* * *
Каэренталь
Каэренталь не могла поверить в произошедшее. Дааренвальт погиб. Успел втолкнуть её в портал, а сам осыпался пеплом на глазах супруги!
Проклятые драконы вернулись! Пока всего один, но где один зверь – там скоро будет целая стая.
Всё рухнуло в мгновение! Надежды, планы, усилия обернулись прахом.
Проход в Беохт, который супруг столько времени поддерживал, закрылся, и ко всему прочему – пелена между мирами, прежде тонкая, снова стала плотной, непреодолимой. Всего лишь из-за одного дракона?
- Моя Владычица? – неуверенно позвали из-за спины.
Каэренталь обернулась и вспомнила, что пришла в зал с порталом не одна. Брион-стер, её советник, тоже надеялся получить сегодня власть над телом драконида.
- Всё кончено, Брион-стер, - глухо произнесла она.
Советник склонил голову и ответил:
- Я понимаю, вам тяжело сейчас, но Совет ждёт новостей.
- Будут им новости, - сквозь зубы процедила Владычица, развернулась на каблуках и стремительно покинула комнату.
Пока Каэренталь шла по коридорам, ей хотелось плакать. Кричать бессильной злобы, которая перебивала даже боль потери. Дааренвальта не было рядом с ней так долго, что она успела отвыкнуть, забыла вкус поцелуев и нежность прикосновений. Спустя какое-то время придёт тоска и тогда она позволит себе выплакать слёзы, но сейчас... Никто не увидит её слабости.
Каэренталь. Спустя несколько дней
- Племена Лаэгри потеряли силу, мы легко отбросили их назад. Раз драконья магия ослабила их, то нужно воспользоваться ситуацией и окончательно избавиться от дикарей, чтобы избежать повторения нашествий.
- Главнокомандующий прав, Моя Владычица, - обратился к ней Брион-стер.
- Хорошо. Даю согласие на полное уничтожение Лаэгри. Теперь кто-нибудь может объяснить, почему всего лишь из-за одного дракона пелена между мирами полностью восстановилась? Она была гораздо тоньше уже тогда, когда их ещё оставалось несколько десятков.
Откашлявшись, поднялся с места пожилой демон, который служил ещё отцу Дааренвальта.
- Если позволите, Моя Владычица. Тогда магия драконов уже угасла, те десятки доживали свой срок. Теперь же… да мы видели только одного дракона. Пока. Но магия возродилась, она набирает силу, а значит…
- Значит, очень скоро появятся и другие драконы, - заключила Каэренталь.
- И что дальше? Мы отказываемся от идеи проникнуть в Беохт?
Владычица молчала некоторое время, размышляя, а потом сказала:
- Нет, но какое-то время придётся подождать.
- Подождать? Но чего?
- Момента, когда с нами свяжутся с той стороны.
- Вы думаете, будет новый призыв? Конечно, какой-нибудь маг рано или поздно захочет силы и найдёт способ её получить, но молодой король Данварна будет гораздо более осторожным. Вряд ли он позволит информации о призыве демона снова просочиться.
- Нет, вызова следует ждать не из Данварна, - отрезала Каэренталь. – Я уверена, что король Кристофер не позволит этого. Он обернулся драконом, а значит скоро восстановится и дар предвидения.
- Будем впустую надеяться, что кто-то ещё захочет силы демонов? – с сомнением уточнил Советник. – Этого можно ждать столетиями.
- Нет, есть ещё один вариант, и я гарантирую, что он свяжется со мной в ближайшие пять, самое большее, десять лет.
- Кто же это?
- Почему он захочет связаться именно с вами?
- Откуда вам это известно?
Наперебой посыпались вопросы от членов Совета.
Каэренталь загадочно улыбнулась. Ошибки молодости иногда могут оказаться полезны, но раскрывать свои секреты сейчас она не станет.
- Как только это случится, я сообщу вам, господа, а пока займёмся первоочередными задачами. Нужно навести порядок в Царстве демонов.
 
Глава 48
Оливия
Приходила в себя медленно. Урывками. В голове прояснялось вспышками, во время которых я слышала несколько обрывочных фраз.
- Глупышка, что же ты наделала, - без конца шептали мне на ухо голосом герцога бри Ланстара. Он повторял это часто и в разнообразных формулировках. Так что я даже начала задумываться, что же такого я наделала? Просто хотела помочь, ничего особенного.
- Оливия, не смей умирать, слышишь?! – сквозь слёзы повторяла Каролина. Голос подруги раздражал и мешал, если не умирать, то парить в моём уютном забытье. Своего тела я не ощущала: никакой боли или дискомфорта. Как будто просто спала без каких-либо сновидений и только люди, навещавшие моё бессознательное тело, выдёргивали и приносили тревожность.
- Как это случилось, Кристофер? – голос Реардена звучал зло. Я даже не сразу поверила, что говорит именно он.
- Она сама рванулась мне помогать. Я пытался отстраниться, но…
- Но не очень-то хотелось?!
Тон моего официального жениха заставил меня внутренне съёжиться. Если бы были силы, то я бы сейчас обняла себя руками, но тело по-прежнему существовало как бы отдельно от меня.
- Реарден, я понимаю, что ситуация неприятная, но ты должен понять…
- Я понимаю! Прекрасно понимаю! Я с самого начала всё понимал и спрашивал тебя об этом, но ты отрицал. И что теперь?!
- Прости меня. Всё это – досадное стечение обстоятельств.
После этого разговора уютное забытье окончательно развеялось, и я начала наблюдать за тем, что происходит вокруг меня. Вернее… слушать. Потому что я по-прежнему могла только это. Почему-то слух остался единственным доступным мне чувством.
Чем больше я слушала, тем страшнее становилось. Оказывается, я открыла герцогу бри Ланстару прямой доступ к моему магическому резерву, с помощью которого он закрыл портал в Реохт, попутно истощив все мои силы до последней капельки.
В общем, в этот раз я влипла по-крупному.
Моё тело находится в магической коме, по сути, я лежу без сознания, но каждый день со мной должен разговаривать кто-то, чтобы я очнулась. Раз вернулся слух – значит, помогает.
Чаще всего это делали Каролина и Кристофер. Очень редко, когда никто из них не мог прийти, роль брал на себя целитель, которому не повезло лечить меня все те разы, когда я влипала в разные истории. Видимо, господин ван Лерр действительно устал от моих выкрутасов, потому что все два часа, выделенных для разговора, он высказывал своё недовольство моим безрассудством и утверждал, что даже студенты с Факультета стихийной магии не обращались к нему с травмами так часто. В последнее верилось с трудом, но возразить ван Лерру я не имела физической возможности.