Горькая полынь (СИ)

– Я не знаю, что мне делать. – Я обреченно посмотрела на Леру. – Я не хочу от него уходить, но и оставаться с ним тяжело.
В глазах Леры было столько сочувствия, что я не выдержала и расплакалась. До этого момента мне удавалось как-то держаться, но видимо настал предел. Удерживать в себе эти эмоции сил больше не было. В молчаливой поддержке Лера накрыла мою руку своей. Только с ней я могла поделиться своими переживаниями, не боясь осуждения или непонимания. Так тяжело одной проходить через подобное. Я устала. Хотелось хоть на короткое время избавиться от душевных мук, хотелось кому-нибудь довериться, поделиться болью в надежде, что она хоть немного уменьшится.
  
– Знаю, ты против, – осторожно начала Лера, – но может все-таки об этом подумаешь… Новая связь помогла бы тебе переключиться и забыть Гордеева. Ну знаешь, клин клином…
Я помотала головой, сразу отвергая такую возможность.
– Нет. Никаких новых связей. Я просто не смогу… после Назара… не смогу. И не хочу. Даже за деньги не хочу. – Я отвернулась к окну, на несколько мгновений теряясь в своих мыслях. Даже представлять не хочу чужие прикосновения, чужой запах. Нет. Если не с Назаром, то лучше одной…
– Тогда бросай все это. Не жди чуда. Не будет с Гордеевым счастливого финала, пойми.
Я кивнула, ощущая новые слезы на щеках. Уйти от Назара – самый разумный вариант, единственно возможный для меня, чтобы сохранить себя в этой эмоциональной мясорубке, но решиться на него слишком трудно.
– Поначалу мне казалось, что эскорт – это легко и просто, что ничего сложного в нем нет… но ошиблась. Все здесь слишком сложно и слишком тяжело.
– Просто подобное оказалось не для тебя. Мне следовало тебя отговорить, а не идти на поводу.
– В происходящем нет твоей вины. – Я смахнула слезу со щеки. – Я взрослый человек и сама отвечаю за последствия своих решений. Ты меня предупреждала с самого начала, настоятельно советовала не влюбляться, а я не послушала. И теперь имею то, что имею.
– Из этой ситуации есть выход, ты же знаешь.
– Знаю, – согласилась я. – Но этот выход мне не подходит. По крайне мере, в данный момент времени. – Я посмотрела на Леру, надеясь, что она меня поймет. – Я не готова уйти от него сейчас.
– Чем дольше ты тянешь, тем больше боли себе причиняешь. Пластырь надо срывать быстро. Поболит и пройдет. Оставаясь с ним, ты лишь продлеваешь свои страдания.
За столом повисла тишина. Очень хотелось заказать сейчас чего-то крепкого, что помогло бы хоть ненадолго притупить чувства и позволило взять паузу от душевных терзаний. Но я не решалась. Вдруг Назар захочет сегодня увидеться.
– Он расстался со своей девушкой, – тихо сказала я.
– Лина, это не значит, что он…
– Я знаю, – не дала я Лере договорить то, что слышать совсем не хотелось. – Знаю, Лер, но не могу избавиться от этой глупой надежды. Хотя Назар никогда и не давал повода думать, что между нами может быть что-то большее... И я стараюсь гнать от себя эти мысли, погасить чувства, но не получается.
– Мое мнение ты знаешь. Чем дольше ты остаешься с ним, тем больше мучаешь себя, а в конечном итоге все закончится предсказуемо: вы расстанетесь. Не тешь себя напрасной надеждой, Лина. Уходи. Через некоторое время ты сможешь выкинуть его из головы. Станет легче. И без Гордеева жизнь возможна.
Я понимала, что Лера права, но не чувствовала в себе решимости поставить точку в этой ставшей болезненной для меня связи. Даже больше: все во мне сопротивлялось этому. В данный момент я готова довольствоваться теми крохами его внимания, что мне перепадают. Не знаю, сколько это продлится, но что-то менять сейчас я не буду. Пока я стараюсь принимать ситуацию такой, какая она есть.
– Я просто хочу быть с ним. Так сильно хочу… – новая порция слез выступила на глазах, – что готова оставаться с ним на его условиях.
– Ты понимаешь, что продолжая вариться в этом, делаешь себе хуже? Происходящее уже ненормально.
Я кивнула. Я понимала, что выход из моей ситуации только один, но на данный момент была не готова принять нужное решение. Это как резать по живому без анестезии. От такой боли может случиться шок. Я старалась этого избежать. Промокнув салфеткой слезы, я пыталась успокоиться.
– Понимаю, Лер, но пока не готова поставить точку и уйти.
– Мне больно видеть, как ты страдаешь. И тяжело осознавать, что я приложила к этому руку.
– Не надо, Лер. Я ведь сказала, что твоей вины нет. Я тебя попросила, ты помогла. А все, что случилось дальше только моя проблема и последствия расхлебывать тоже только мне. Спасибо, что выслушала и пытаешься помочь. Я это ценю и очень благодарна тебе.
– Когда ты будешь готова уйти от него, я тебя поддержу. Ты не останешься с этим один на один, – Лера снова взяла меня за руку. – Пройдем через расставание вместе. Это не так страшно как может казаться сейчас. Потом найдем тебе нормальную работу, где не нужно будет раздвигать ноги, – улыбнулась она.
– Будет здорово. – Я тоже улыбнулась, смахивая продолжающие катиться по щекам слезы.
– Все наладится, Лин. Так или иначе, непременно наладится. – Лера крепче сжала мою ладонь. – Не вешай нос.
Этот разговор не решил моей проблемы, но мне все равно стало немного легче оттого, что я смогла поделиться с кем-то своими душевными муками. В какой-то момент стало слишком тяжело справляться с этим в одиночку. Мне нужен был кто-то, кто выслушает, подставит плечо, поддержит.
– Думаю, теперь нам надо заказать огромный десерт с невероятным количеством сахара.
– Я не хочу.
– А придется, – не приняла Лера отказа. – Это что-то вроде первой помощи, которая сейчас необходима твоей душе.
– Но задница явно не оценит такого подарка.
– Ничего. Дополнительная сотня приседаний заставит ее замолчать.
– Лечиться будет душа, а отдуваться за это придется жопе.
– Такова жизнь, – развела она руки в стороны.
Лера заразила меня своим оптимизмом и непоколебимой уверенностью в том, что все непременно будет хорошо. А может мне просто хотелось верить в лучшее. Но как бы там ни было, брауни с шариком ванильного мороженого помог на некоторое время заглушить невыносимую горечь внутри.
– Господи, – простонала Лера, засунув в рот ложку с десертом. – Почему все неполезное такое вкусное? Что за вселенская несправедливость?
Мой телефон издал короткий сигнал, и я тут же устремила глаза на экран, мгновенно позабыв обо всем на свете.
«На выходные улетаем в Сочи. Заеду в восемь».
Внезапная радость подскочила к горлу. Я едва могла заставить себя усидеть на месте. Долгие дни ожидания новой встречи с Назаром подошли к концу.
– Прости, мне нужно идти, – я поспешно начала копаться в сумке в поисках карточки.
– Гордеев вызывает? – Понимающе улыбнулась Лера.
Я даже не старалась скрыть улыбку, она намертво приклеилась к губам. Тело ходуном ходило от радостного волнения и предвкушения скорой встречи.
– Что, даже десерт не доешь?
Я помотала головой. Меня ждут выходные с Назаром. Это куда лучше десерта.
– Безнадежный случай, – вздохнула Лера. – Беги.
Найдя, наконец, карточку, я обвела глазами зал в поисках официанта, но тот как назло куда-то запропастился.
– Да иди уже, – махнула Лера рукой. – Тебя же сейчас разорвет от нетерпения. Я заплачу. В следующий раз ты угощаешь.
– Договорились.
Я обняла Леру на прощание и поспешила к выходу из ресторана, на ходу вызывая такси. Настроение, которое еще пять минут назад было паршивым, сейчас заставляло меня глупо улыбаться и в нетерпении следить в приложении за подъезжающей ко мне машиной.
  
Выходные… я проведу с Назаром все выходные. И даже несмотря на скоротечность этих дней, я все равно была рада любой возможности побыть с ним.
Хотя до восьми вечера еще была уйма времени, я все равно мысленно умоляла водителя ехать быстрее. Проверив погоду на ближайшие дни в Сочи, я прикидывала, что из вещей мне стоит взять с собой. Мне, как ребенку, было тяжело сдержать эмоции, радость зашкаливала внутри. Казалось, я сейчас просто взорвусь. Но было кое-что, что омрачало предстоящую встречу.