Из моего окна

Я качаю головой, сбрасывая штаны на пол вместе с боксерами, и начинаю мастурбировать перед ней, ее голодные глаза смотрят на меня с вожделением. Я касаюсь ее мокрого входа, но не вхожу и делаю шаг назад.
Она пытается возразить, но тут же закрывает рот, борясь всем своим существом, она не хочет проигрывать. Тогда я все усложню для нее. Я касаюсь ее между ног, ее смазка скользит по моим пальцам, она закрывает глаза и стонет.
– Умоляй меня, ведьма.
Она качает головой.
– Я… Ах, Арес.
– Я знаю, что ты хочешь умолять меня, – бормочу я, быстрее двигая пальцами. – Я знаю, что ты хочешь чувствовать меня внутри себя, чтобы я вошел в тебя, жестко, снова и снова.
Я знаю, что ей нравится, когда я так с ней разговариваю, это возбуждает ее, а меня сводит с ума ее реакция на мои слова. Я целую ее снова и языком показываю, как сильно хочу ее и что одной только мольбы будет недостаточно, чтобы я погрузился в нее и прекратил эту пытку.
Когда мы перестаем целоваться, она убирает мою руку со своей промежности и с полузакрытыми глазами произносит это:
– Пожалуйста, трахни меня, Арес.
Ее слова посылают поток желания, который спускается по всему телу к моему члену.
– Еще раз.
Она кладет руки мне на шею и шепчет мне на ухо:
– Пожалуйста, возьми меня, Арес.
Ей не нужно просить об этом снова, я хватаю ее за талию и притягиваю к себе, ее ноги обхватывают мои бедра. Я разом вхожу в нее, приглушенный крик покидает ее губы, она такая горячая и мокрая, что эти ощущения на мгновение парализуют меня.
Я атакую ее шею и начинаю быстро двигаться в ней. Ракель откидывается на руки назад.
– О боже, да, Арес, мне нравится, еще, пожалуйста.
Я хватаю ее за бедра, чтобы ускорить темп, я вижу все, и это возбуждает меня в тысячу раз сильнее, я люблю глазами, поэтому мне нравятся такие позиции, в которых я могу все разглядеть.
Ракель бесконтрольно стонет, звуки соприкосновения наших тел эхом отдаются в комнате.
– Тебе это нравится, да? Жестко? – Она продолжает стонать в ответ. – Ты моя, Ракель, – говорю я ей – а я, черт возьми, твой.
– Да! – Она снова хватает меня за шею, ее руки опускаются на спину, и я чувствую, как ее ногти вонзаются в мою кожу. – Быстрее! – умоляет она мне на ухо, и я страстно рычу и повинуюсь.
Покусывая ее шею, я продолжаю двигаться, полностью ощущая ее. Я вхожу и тону в ней. Я так сильно сжимаю ее бедра, что она морщится от боли, хотя я знаю, что ей это нравится, она любит заставлять меня терять контроль.
Я двигаюсь все быстрее и чувствую, как она мокнет еще сильнее, ее оргазм приближается, и это только приближает мой. Ее стоны становятся громче, ее слова – более смелыми и сексуальными, и это все, что мне нужно, чтобы кончить в нее, вместе с ней. Оргазм опустошает нас, оставляя без воздуха и в настоящем наслаждении.
Я упираюсь лбом в ее лоб, ее глаза закрыты.
– Ракель. – Она открывает глаза, смотрит на меня, и между нами вспыхивает связь. – Я так тебя люблю. – Слова слетают с языка, она всегда заставляет меня быть таким банальным.
Она улыбается.
– Я тоже люблю тебя, греческий бог.
Одевшись, мы выходим в пустынный коридор, чтобы вернуться в спортивный зал, где вовсю гремит выпускной бал. Ракель идет странно и неловко, и на моих губах пляшет насмешливая улыбка.
Она замечает это и хмурит брови.
– Наслаждайся, идиот.
Я прикидываюсь сумасшедшим.
– В чем дело? Ты не можешь нормально ходить?
Она шлепает меня по руке.
– Не начинай.
Я хватаю ее за руку.
– Ты заслужила это за то, что спровоцировала меня.
Она фыркает.
Я провожу большим пальцем по ее щеке, приближаюсь и нежно целую, наслаждаясь каждым прикосновением наших губ. Затем я целую ее в нос.
– Давай, ведьма, пора возвращаться на бал, и пусть все знают, что твой парень только что трахнул тебя как никогда.
Она хлопает меня по плечу.
– Ты все еще идиот, греческий бог.
Я подмигиваю ей.
– Идиот, которого ты умоляла трахнуть тебя.
– Заткнись!
Мы улыбаемся и возвращаемся в спортзал.
 
 – РАКЕЛЬ — 
Ай.
Мне больно ходить, я никогда не верила фразе «я трахну тебя так, что ты неделю ходить не сможешь», но теперь познала это на себе благодаря Аресу, который весь вечер ходит с высокомерным видом.
Я бросаю на него убийственный взгляд, на который он отвечает кивком, продолжая говорить с Джошуа. Арес и Джошуа прекрасно общаются в последнее время, чему я очень рада, нет ничего лучше, когда твой парень и лучший друг прекрасно ладят.
Дани бросает на меня хорошо знакомый взгляд.
– Что?
– Тебя отымели, да?
Я отвожу взгляд.
– Дани!
Она поднимает свой стакан и чокается с моим.
– За здоровье, ты сучка, мне это нравится.
Любой бы обиделся, но Дани говорит это с любовью, я знаю, это странно, но что я могу сказать? Моя лучшая подруга странная.
Арес приближается к нам.
– Пойдем на вечеринку ко мне домой?
Дани кивает.
– Да, Даниэль написал, наверное, они уже там.
Аполлон, Джошуа, Дани, Арес и я уходим с танцев и идем к машине Ареса. Сейчас только девять вечера, я не могу поверить, что столько всего произошло за такое короткое время.
Неловкое молчание между Аполлоном и Дани очень заметно, особенно со стороны Дани. Им было трудно вести себя нормально из-за всего, что случилось, но думаю, они делают успехи. Аполлон больше не писал ей, это разбило сердце Дани. Она всегда управляла парнями, но с Аполлоном все сложилось иначе.
 
* * *
Когда я вхожу в дом, слышу, как кто-то зовет меня по имени.
– Ракель! – кричит Грегори, протягивая руки, и я крепко обнимаю его. – Поздравляю!
Грегори мне очень нравится, мы прекрасно ладим, даже лучше, чем с Марко. Марко такой… Я не знаю, как описать, он очень скрытный и так был похож на Ареса времен, когда я встретила его, может быть, поэтому они лучшие друзья.
Арес разнимает меня с Грегори.
– Достаточно.
– Хорошо, сеньор зануда.
Я позволяю себе насладиться красиво украшенным залом. Здесь несколько человек, некоторые из школы Ареса. Есть и взрослые, думаю, чьи-то родители. Я узнаю Клаудию в милом черном платье рядом с двумя другими девушками, одетыми так же. Я понимаю, что они раздают шампанское и закуски. О, они обслуживают компанию.