Из моего окна

– Если твой друг хочет, чтобы ты поднялась, он должен за тобой спуститься. Таковы правила.
– Это займет всего секунду, – умоляю, но охранник не обращает на меня внимания. Поэтому я пытаюсь пройти мимо него, и он останавливает меня.
– Отпусти меня. – Изо всех сил стараюсь вырваться, но охранник еще крепче сжимает мое запястье.
– Она сказала, чтобы ты ее отпустил, – слышу сладкий голос. Смотрю через плечо и вижу серьезного, хорошо одетого Аполлона Идальго.
– Это не твое дело, – грубо отвечает охранник.
Выражение лица Аполлона доброе, но уверенное.
– Если на тебя заявят о нападении, сомневаюсь, что ты избежишь последствий.
Охранник насмешливо фыркает.
– Если ты пытаешься напугать меня, ты только позоришься, сопляк.
Я бросаю взгляд на охранника. Разве он не знает, кто такой Аполлон? Может, Аполлон и выглядит как ребенок, но он принадлежит к одной из самых влиятельных семей в штате.
Аполлон рассмеялся.
– Сопляк?
Охранник продолжает стоять на своем, я пытаюсь вырваться, но он только крепче сжимает мою руку.
– Да, почему бы тебе не лезть не в свое дело?
– Аполлон, все в порядке. Я попыталась подняться, хотя он сказал мне нет. – Я смотрю на охранника. – Не могли бы вы меня отпустить?
На секунду кажется, будто охранник раскаивается, и затем он отпускает меня.
– Извините.
Когда мы отходим от охранника, Аполлон осматривает мою руку. Она красная, но не фиолетовая.
– Ты в порядке?
– Да, спасибо.
– Если бы он не извинился, я бы его уволил.
– Уволил? Это твой бар?
– Нет, – покачал головой Аполлон. – Брата.
Настала моя очередь удивляться.
– Ареса?
Аполлон трясет головой.
– Арес и бар? Нет, мама бы не позволила. Это бар Артемиса.
А, старшего брата.
– Не волнуйся, я уже написал Артемису, он едет сюда.
Отчасти мне жаль охранника, но потом я вспоминаю, как грубо он ко мне отнесся, и жалость проходит.
Так, погодите…
Артемис едет сюда…
И у меня сейчас в венах алкоголя больше, чем крови.
Небольшая ссора с охранником заставила меня немного протрезветь, но я все еще очень пьяна. Я понимаю это, когда с трудом поднимаюсь по лестнице. В горле появляется комок от того, что могу встретить Ареса здесь, наверху. В VIP-зоне красиво: стеклянные столы и удобные кресла, официанты обслуживают богатых посетителей. В глубине зала я вижу багровые шторы, за которыми скрывается темнота.
Аполлон проводит меня к одному из кресел перед пустым столом.
– Присаживайся, хочешь что-нибудь?
Я чешу голову, пытаясь вспомнить, что пила с Дани, но она дала мне столько коктейлей, что я уже все забыла.
Я помню только один из-за его причудливого названия: «Оргазм». Но я ни за что не произнесу это слово при Аполлоне.
– Что посоветуешь?
Аполлон одаривает меня невинной улыбкой.
– Я не пью, но мои братья любят виски.
– Тогда немного виски.
Аполлон делает заказ официанту, а затем садится рядом со мной. Я нервничаю, сложив руки на коленях.
– Мне очень жаль, что так вышло с охранником, – извиняется Аполлон и смотрит на меня нежным взглядом. – Иногда нанимают абы кого.
– Все в порядке, мне тоже не стоило пытаться прорваться наверх.
– Я попрошу Артемиса дать тебе пропуск, чтобы ты могла подниматься, когда захочешь.
– Спасибо, но ты не обязан этого делать.
– Эй, мы выросли, играя через общий забор. – Это правда, хоть мы и не друзья, я помню, как мы вместе играли и болтали через забор.
– Не думала, что ты это запомнил, ты был таким маленьким.
– Конечно, я помню, я помню о тебе все.
Его тон заставляет меня нервничать. Аполлон замечает выражение моего лица и говорит:
– Знаю, это звучит странно, но у меня просто хорошая память.
Я улыбаюсь ему, чтобы успокоить.
– Не волнуйся.
Уж кому, но точно не мне тебя судить. Официант приносит виски, я глотаю через силу. Отвратительно.
Я с любопытством смотрю на багровые занавески.
– А что там?
Аполлон почесывает голову, но тут звонит его телефон, он встает и уходит, чтобы ответить на звонок. Я не могу отвести взгляд от штор, и любопытство, как всегда, берет надо мной верх. Что же там? Аполлон все еще говорит по телефону, поэтому я встаю, чтобы отправиться в это таинственное место.
Когда я прохожу через шторы, меня окутывает темнота, и глазам трудно привыкнуть к слабому свету горящих свечей. Я вижу, как парочки целуются и лапают друг друга на расставленных тут и там диванах. Некоторые занимаются сексом через одежду, вау, это для меня чересчур. Здесь столько штор, что я уже не знаю, где выход, и боюсь открыть занавеску, помешав какой-нибудь парочке, которая неизвестно чем там занимается. Я иду на еле различимый образ стеклянной двери и надеюсь, что это выход. Но то, что я вижу за ней, обескураживает меня.
Арес.
Он сидит на стуле, откинув голову и закрыв глаза. Осторожно и совсем бесшумно я выхожу на балкон.
Арес так красив с закрытыми глазами, так невинен. Он вытянул свои длинные ноги, в одной руке держит стакан виски, а другой безуспешно пытается спрятать эрекцию, из-за чего явно расстроен. Очевидно, он пытается успокоить своего маленького друга, подышав свежим воздухом, но, похоже, это не помогает. Я победоносно улыбаюсь.
 Значит, ты поддаешься моим чарам, мой греческий бог.
Я откашливаюсь, Арес открывает глаза и поднимает голову, чтобы посмотреть на меня. Я не могу перестать улыбаться, и, кажется, он это замечает.
– Почему я не удивлен, что ты здесь? – говорит он весело и выпрямляется на стуле.
– Вышел подышать? – спрашиваю я и слегка смеюсь.
Арес проводит рукой по подбородку.
– Думаешь, это из-за тебя?
Я скрещиваю руки на груди.
– Уверена.
– Почему ты так уверена? Может быть, я целовался с красивой девушкой.
Я продолжаю улыбаться.
– Уверена из-за того, как ты смотришь на меня.
Арес встает во весь свой рост, и моя храбрость меркнет.
– И как я смотрю на тебя?
– Будто вот-вот меня поцелуешь.