Однажды в Марчелике

Грохнул второй взрыв. Из глубины банка вылетело целое облако строительной пыли. Часть стены в коридоре начала заваливаться на улицу, рассыпаясь на кучу камней. Иоганн оглянулся, ещё пылая жаждой отмщения – но всё-таки плюнул и, морщась от боли, побежал к своим. Он выскочил на улицу и увидел, как Пётр привязывает к задней стенке дилижанса жену мэра. Женщина как раз очнулась и принялась истошно верещать:
– Немедленно отпустите меня! Что вы делаете?!
– Заткнись!.. – не слишком вежливо буркнул ей в лицо Дан, закидывая внутрь дилижанса очередной мешок. И повернулся к товарищам. – Это последний. Поехали!
После чего он запрыгнул внутрь кабины, где уже сидел Вульф, а все остальные спешно расселись на лошадей.
Мигель хлопнул вожжами – раз, два! – и кони рванули вперёд.
Дилижанс вынырнул из облака пыли на центральную улицу. Прямо под носом у помощников рива, которые как раз бежали узнать, что это там за взрывы звучат…
Дан высунул руку из узкой щёлки двери и выстрелил в ближайшего противника, гуманно целясь в ногу.
Не попал. Зато заставил остальных резко отшатнуться. Вылетевшие следом молодые касадоры и Джон палили в сторону городских законников, вообще не особо целясь – лишь бы напугать.
Все вместе они пронеслись по улице и вылетели на дорогу на окраине города. За ними, с криками и ругательствами, устремилась группа из восьмерых всадников. Во главе с широкоплечим и седовласым ривом.
– Помогите!!! Не стреляйте!!! – кричала сзади жена мэра, которая поняла, что оказалась в не самом удачном месте. – Милый!!!
Дорога сделала резкий разворот и пошла вниз. Там, под откосом, блестели металлом рельсы железнодорожных путей. Поднятая ветром пыль ухудшала видимость, и приближающийся поезд гудел без остановки, предупреждая тех, кто может оказаться впереди.
– На поезд! – крикнул старик, оценив погоню.
Пустив на развороте коня наперерез, рив оказался совсем рядом с кабиной дилижанса.
– Метен, помогите мне! – возопила жена мэра.
Рив, соскочив с коня, уцепился за кабину, подтянулся и ловко влез на крышу. В два шага он оказался над Мигелем и Мэнолой, после чего навёл на них револьвер и крикнул:
– А ну-ка тормози!
Эти двое не успели даже оглянуться и испугаться. Потому что из двери дилижанса как раз появился Дан – и одним изящным звериным прыжком оказался рядом с ривом.
Тот почувствовал чужое присутствие и сразу дёрнулся на звук, но левая рука Дана схватила его за кисть, державшую револьвер, а правой парень нанёс ему сильный удар в лицо. Рив не удержался на ногах, упал на крышу и выпустил оружие. Но он был бывалым бойцом…
На ногах рив оказался мгновенно – и тут же сам молниеносно ударил в ответ. Он был уверен, что такой резкий удар обычный грабитель не успеет заметить, пока не упадёт навзничь, харкая кровью. Но, как оказалось, грабители были совсем не обычные…
Кулак рассёк только пустоту. В этот момент рив увидел лицо грабителя совсем близко – и только тут в его голове, наконец, совместились все неприятные факты. Одежда, оружие, загар на лицах, а ещё – взгляд… Этот спокойный, хладнокровный взгляд, даже когда вокруг в воздухе свистят пули…
Он видел его только у касадоров центральных равнин – тех, кто бесстрашно идёт в неизведанные земли за добычей и славой. Полные отморозки, опасные настолько, насколько вообще могут быть опасны люди…
И сейчас перед ривом был именно такой враг. А значит, старые методы тут не сработают. Впрочем, рив просто не знал, что ничего уже не сработает, и главная добыча грабителей только что сама забралась на почтовый дилижанс…
За спиной законника внезапно появился Мигель и врезал ему в то незащищённое место, где шея обычно переходит в затылок. Рив города Парке кулём повалился на крышу.
Дорога снова сделала разворот – и теперь шла вдоль железнодорожных путей. И по ним, выпуская клубы пара, летел пыхтящий поезд. Он не слишком быстро прошёл мимо дилижанса, мимо конных касадоров – и устремился к переезду, где старый Джон предлагал оторваться от преследования. Но план уже изменился…
Бросая лошадей, касадоры облепили подножку одного из вагонов, помогая забраться Вульфу, затаскивая тело рива и перекидывая сумки с добычей, которую по причине жадности и бережливости никто бросать не собирался: зря, что ли, банк грабили?..
Преследователи всё ещё стегали лошадей, пытаясь догнать грабителей. У кого-то из них как раз сдали нервы, и в шуме поезда и топоте копыт прозвучал первый выстрел. Пуля из ружья ударила куда-то в грудь Мэнолы, и та, не издав ни единого звука, начала падать. Если бы не брат, то обязательно бы свалилась с поезда.
С неистовым рёвом Дан выхватил две «немезиды» и, сверкая красными глазами, принялся палить по помощникам рива. На этот раз уже не слишком-то заботясь о том, что кто-то из них может случайно умереть. Заржала, падая и подминая всадника, лошадь… Вскрикнул и свесился из седла руками вниз один из преследователей… Вот и второй вылетел из седла, получив удар тяжёлой пулей в плечо… Остальные с криками и проклятиями принялись отворачивать в сторону.
– Миг! Как Мэнола?! – крикнул Дан, вытирая пот и грязь со лба.
– Жива! – ответил тот.
– Дан, не стой столбом! – крикнул Джон. – Захватывай этот чёртов поезд! Нам нельзя останавливаться на следующей станции!
Дан схватился за скобы и резво полез на крышу вагона. Позади затихали крики жены мэра – лошади дилижанса уже замедляли шаг, постепенно останавливаясь. Умные животные видели конец дороги и вовсе не собирались скакать по полям, как их дикие собратья.
Молодой касадор пробежал по крыше вагона, перескочил на следующий – и увидел на другой стороне помощника машиниста (а, может, и самого машиниста), который полез проверять, в чём дело.
Револьвер прыгнул в руку Дана, свистнули последние три пули в барабане, но все прошли мимо… Человек испуганно вскрикнул, перескочил через гору угля – и прыгнул в проход между угольным танком и первым вагоном.
По инструкции, в случае захвата поезда требовалось, в первую очередь, сделать так, чтобы ушёл паровоз. Правила железнодорожных компаний прямо говорили, что в такой ситуации вагоны, оказавшиеся захваченными, необходимо отцепить. Именно это и собирался сделать работник поезда. Дан о его планах догадался, а потому последние два вагона преодолел с такой скоростью, которую от нормального человека мало кто мог бы ожидать.
Успел в последний момент, когда помощник машиниста – а это был именно он – уже тянул рычаг сцепки. Свалившееся сверху тяжёлое тело касадора чуть было не сбило парнишку под колёса поезда. Дан едва успел подхватить беднягу и отбросить его на кучу угля. Это, правда, вовсе не значило, что тот спасён – наоборот. Злой от того, что весь план пошёл прахом, молодой касадор не стал стесняться и врезал парнишке в живот.
– Только пошевелись! – пообещал Дан. – И ты будешь очень долго страдать перед смертью!