Мой опасный (СИ)
Мы очень сильно отстаём, но нам на всё плевать! Улыбаясь до ушей и перебрасываясь злыми остротами, влетаем на финишную линию… последними. Зато полным составом.
Первой пришла команда 6-КЛ, мы видим, как они празднуют победу, хлопают по плечу Дарга Валтина, своего командира.
Подтягиваются остальные отстающие — хмурые, расстроенные. Они все перебрались через провал в земле. И сейчас мрачно присоединяются к своим командам.
На нашу же 1-КА, пришедшую последней, все другие косятся, как на ненормальных. Есть от чего. Похоже, вообще никто из нас не расстроен. Наоборот. Мы все довольные до жути. Переглядываемся восторженно и благодарно. И я понимаю их. Сейчас каждый сделал глобальный скачок над собой.
Ведь никто из нас до сих пор даже близко не приближался к той скорости и эффективности действий, какую мы обрели сейчас, когда единым целым пробивались к финишу. Это дорого стоит.
И не так уже важно, что интенсив нам не зачтут. Всё равно. Мы достигли главной цели — стали намного круче, чем были. А значит, интенсив точно был не зря!
Хард подходит ко мне, не скрываясь, обвивает хвостом мой коротыш, привычно поглаживая кольцо на моём хвосте. Мы все грязные, броня местами обуглена и в прорехах, но никто не ранен, все целы. И Хард сейчас привычно проводит по мне руками и хвостом, убеждаясь, что я в порядке.
Обнимаю мужа, прижимаясь к нему и смотрю ему в глаза, встречая его пронзительный счастливый взгляд. Нам не нужно слов. И даже поцелуев не нужно. «Все будет хорошо, малышка моя», — говорит Хард хвостом, обвивая мой подставляющийся под ласку коротыш, — «сообразим, как дальше».
«Сообразим», — отвечаю своим хвостиком ему я.
На построение наша команда выходит с видом победителей. На нас смотрят, как на безумных, но нам всё равно. Здесь каждый из 1-КА — победитель.
Дрэго Зартон стоит перед нами с привычной бесстрастностью и полностью неподвижным хвостом. Показывает на табло с результатами.
Да, 1-КА на последней строчке. Зачёт ведь идёт по первому добравшемуся до финиша. Об этом нас отдельно предупреждали.
6-КЛ празднует победу, однако замирают и строятся назад под властным взглядом куратора интенсива.
Дрэго Зартон выходит вперёд, обводит нас тёмным взглядом.
— Вы видите перед собой промежуточные результаты финала, — вдруг заявляет он резким поставленным голосом, а вокруг сгущается ошеломленная тишина.
Губы Зартона кривятся в жесткой зловещей усмешке.
— Финал еще не окончен. Прошу командиров групп подойти и получить новые вводные для последнего этапа испытания.
Глава 46. Наизнанку
Хард ушёл вместе с другими командирами получать вводные. А мы остались. Стояли мы так и радовались не долго. Наваливалась неизбежная усталость. Вот она цена за тот сумасшедший прорыв.
Чем дольше ждали, тем очевиднее было: дикая нагрузка с финальным рывком далась нам не просто так.
В конце-концов мы просто уселись на бетонное покрытие плаца и так, сидя, молча, смотрели в пустоту. Не только 1-КА, остальные команды тоже ждали, кто сидя, кто лёжа. Досталось всем.
Даже говорить и переглядываться сил уже не было. Жесть. Как нам дальше-то идти? Какой ещё нахрен последний этап испытания? Да мы просто уже всмятку. Наизнанку ведь вывернулись уже.
Но, что характерно, едва мы увидели группу возвращающихся командиров, вскочили и выпрямились в струнку — образцово. Хоть сейчас на парад. Даром, что все измазанные. Зато вон как стоим!
Куратора Зартона с группой командиров не было. Хард приблизился мрачный. Мой взгляд, как и взгляды других членов команды, оказался прикованным к тому, что он держал в руках — связку черных браслетов.
— Это для финального испытания, — начал Хард, раздавая нам браслеты. — В первом этапе зачёт был по первому прибывшему. Во втором, который куратор Зартон назвал последним, зачёт будет засчитан по последнему члену команды.
С этими словами он надел черный браслет с белой застёжкой на меня.
— Конфигурация как обычно, — продолжает Хард, надевая браслет с красной застёжкой на себя и показывая нам. — Я впереди, приказы хвостом, я буду красным помечен, — жест на мой браслет, — Диана, Лин и Гердан замыкающей тройкой, белая метка. Когда приступим, браслеты будут активированы. Мы будем видеть отрыв по белым браслетам. Всех команд. Сможем понимать, со знаком минус, насколько мы отстаём от последнего в другой команде. Выйдем в плюс, значит обошли.
Хард обводит нас мрачным взглядом.
— Сначала хорошая новость. Мы пришли полным составом. А значит, не получили штрафные баллы за временной разрыв между первым и последним членом команды.
Перехватив вопросительные взгляды, пояснил:
— Победа присуждалась по первому в команде, а вот разница во времени первого с последним, пошла в счёт второго испытания. Мы пришли полным составом. У нас разница минимальна. В других командах были отстающие. По ним и считали разницу. В общем, у нас фора на старте в четыре минуты.
Мы настороженно смотрим на Харда. Четыре минуты — это же целая вечность. Пропасть просто. С такой форой, мы уже победители! Почему он такой мрачный сейчас?
— Плохая новость. За то, что команда ослушалась приказа командира, штраф в десять минут.
Хард обводит нас цепким взглядом.
— Наше отставание шесть минут, — жёсткая звериная усмешка, точно как у Дрэго Зартона. — Шансы минимальны, но мы поборемся. Однозначно. У нас двадцать минут на инструктаж, смену аккумуляторов и прочую подготовку, и на старт. Трасса, скажу я вам, полный звездец. Поэтому настраиваемся, что там будет ад. Начиная с того, что трасса проложена под землёй…
Чем больше говорил Хард, тем больше вопросов было к его отцу. Дрэго Зартон вообще нормальный? Начиная от сложности продвижения в подземных условиях, заканчивая количеством тварей.
Утешало только одно. Вряд ли куратор нас целый год дрючил, чтобы потом в финале всех убить. Хотя именно такой расклад, чем больше мы слушали Харда, казался всё более и более вероятным.
— Радует одно, у других команд такая же задница, — Хард медленно обводит нас пристальным взглядом, глядя в глаза каждому. — У нас сейчас идеальная слаженность действий. Сохраним её, значит победим.
Я прерывисто вздыхаю, поймав завершающий взгляд Харда. Мрачный. Цепкий. Предупреждающий. Прожигающий меня насквозь.
Понимаю его… Инстинкты рихта — защищать самку. Ограждать от опасности. Да его сейчас на части рвёт, чтобы послать в глубины космоса весь интенсив, всё подряд, схватить меня в охапку и утащить подальше. Мне запретить участвовать. Вот что он сейчас хочет больше всего.
Встречаю его взгляд спокойно. Если сейчас Хард это сделает… да, я откажусь от интенсива. И даже не затаю обиду. Он мой самец. Муж. Мой любимый. Доверяю ему. Всегда. Его решения всегда правильные. Он это знает.
А ещё Хард знает, как для меня это важно. Любит меня. И ломает себя сейчас, свои воющие инстинкты — ради меня.
Улыбаюсь ему. Его взгляд теплеет, он кивает мне и командует:
— Давайте, 1-КА, инструктаж закончен. К бою.
И мы пошли в этот самый бой. Экипировались по-новому. То, как вокруг нас суетились техники, снабженцы и инструкторы, действовало на нервы. Все мрачные, но дело своё знают, да ещё и проверяют всё несколько раз.
На полигон со входом-имитацией подземной шахты мы вышли мрачные, но взгляды каждого горели угрюмой решительностью. Каждый из нас знает, зачем он здесь. Вот и будем делать свою работу.
Надо отдать должное снабжению интенсива, обвес у нас был что надо. Одни устройства ночного видения чего стоят. Удобные, идеальные просто. Очень хорошо видно, да ещё и с маркерами цели. Крутая штука. Нам на интенсиве показывали, даже давали несколько раз освоиться и разобраться с ними.
Остальное всё тоже самое крутое, последней модификации. Ладно. Почувствуем себя элитой космодесанта на самом ответственном задании.