Тор. Компиляция (СИ)

Увидев Васильева и испуганно ойкнув, девушка вновь спряталась под одеяло. А майор развел руками и отступил:
— Виноват, торопился и забыл, что ты не один.
— А позвонить не вариант?
— Просто там…
Майор замялся, и Строгов поторопил его:
— Что там?
— К нам Анастасия Сергеевна, мать Роберта Маркина, в силе тяжце. С мужем и многочисленными охранниками на двух аэромобилях с гербами. Значит, визит официальный.
  
— Как не вовремя. — Невыспавшийся Тор потер красные воспаленные глаза и вопросительно кивнул: — Где они?
— Во дворе замка. Пока еще ждут торжественной встречи. Но их терпение на исходе.
— Распоряжение слугам уже отдал?
— Да. Ковровые дорожки готовы. В трапезной накрывают стол. Слуги выстраиваются.
— Понял. Выйди. Я сейчас.
Васильев отступил и прикрыл дверь, которая из-за подушки не захлопнулась, и прислушался к тому, что происходило в спальне. Около минуты Тор что-то шептал Барбаре и целовал девушку, а потом поднялся и стал одеваться. Юноша все делал быстро и вскоре, оставив подругу, оказался перед Васильевым. Судя по всему, Строгов уже успел принять стимуляторы и выглядел бодро, краснота с глаз Тора сходила, и, поправляя портупею с пистолетом, юноша спросил старшего товарища:
— Как думаешь, из-за чего Анастасия Сергеевна прилетела?
— Это очевидно. Конечно же из-за сына. — Майор пожал плечами и дал Тору пару советов: — Главное, не тушеваться. Чуть слабину дашь, Маркины тебя сожрут. Муж у Анастасии — мужик нормальный, тихий и спокойный подкаблучник, никому слова поперек не скажет, а вот она фурия…
— Знаю, слухами земля полнится. — Тор двинулся по коридору и на ходу продолжил: — Все понятно. Сначала будут угрозы, скрытые и не очень. Потом уговоры и посулы. Ну, а затем, когда я растолкую моей доброй тетушке Анастасии, что ее сын, по сути, заложник, она может расплакаться и попробует надавить на жалость. Так мне кажется.
— Верно мыслишь, — одобрил слова Строгова майор. — Только хамить ей не нужно. Не простит.
— Это как получится. Будет вести себя адекватно, то и я в рамках приличия останусь. А если нет, тогда ответ будет жестким, и я не посмотрю, что она женщина и моя родственница.
Тор замолчал, и Васильев поинтересовался:
— У тебя с дочкой Ольсена серьезно?
— Да. — Глава клана с ответом не тянул.
— А ты не торопишься? Вы всего одну ночь вместе провели.
— Нет. Я не тороплюсь и в ближайшие дни, еще до отлета, сделаю Барбаре официальное предложение. Думаю, Ольсены мне не откажут.
— Они будут только рады. Но, по скромному моему разумению, о личном всерьез надо задумываться только после возвращения из рейда.
— А я считаю, что этот вопрос надо решить до отлета.
— На это есть причина?
— Я хочу забрать мою будущую супругу с собой.
— Зря. Мы ведь не на прогулку отправляемся. Так зачем подвергать жизнь девчонки опасности? Или у тебя так сильно гормоны играют, что ты совсем голову потерял?
Майор ожидал, что Тор ответит ему, мол, не твое это дело. Однако Строгов хмыкнул и промолчал. После чего Васильев, который успел неплохо изучить характер Виктора, осознал, что отговаривать его бесполезно. Глава клана уже все для себя решил и не отступит. Видимо, он в самом деле всерьез решил жениться на Барбаре, и, что бы Васильев ни сказал, сын его покойного друга с выбранного пути не свернет. Упрямый, потому что и гордый. Впрочем, как и большинство потомков Серого Льва, так что его поведение удивления не вызывало.
Виктор Строгов и Васильев спустились вниз, где их ожидали Факундо и Бялецкий. Оба доложили, что к встрече «дорогих» гостей все готово, и Тор, ступив на край красной ковровой дорожки, вышел во двор замка. Глава клана должен был встретить родственницу между замковым донжоном и ее аэромобилем, рядом с которым замерли охранники Маркиных. Таков протокол, и он поступил именно так, как того требовала вежливость.
Тор замер перед своим жилищем. А вот Анастасия Сергеевна транспортное средство не покинула. Дочь императора решила сразу же унизить хозяина замка, и Васильев, который встал за спиной Строгова, осуждающе качнул головой. Не с того Анастасия Маркина решила начать разговор. Ой, не с того, и это могло вызвать ответную реакцию решительного Тора.
Старый гвардеец не ошибся. Виктор презрительно скривился, качнулся на каблуках, резко развернулся и направился обратно к жилому донжону. И лишь после этого из аэромобиля появилась Анастасия Сергеевна, которая не шла, а горделиво выступала по направлению к племяннику. Однако Тор даже не обернулся, и на этот раз уже он оскорбил гостей. Ответный ход. Мелочь. Всего лишь. Но именно подобные мелочи сразу же определяли, кто есть кто в будущем разговоре и у кого на руках главные козыри.
Молодой Строгов вошел в трапезную и сел во главе стола, Васильев, на правах главного советника, расположился по правую руку, а Факундо с Бялецким встали у стены. Наступила тишина. Все ждали гостей, которые повели себя невежливо, и спустя минуту они появились.
— Анастасия Сергеевна Маркина и советник Дэррик Деметрэ! — объявил дворецкий.
Разгневанная дочь императора влетела в трапезную и замерла в нескольких метрах от Тора, который сохранял спокойствие. Лицо женщины пылало гневным румянцем, который четко выделялся на ее белой коже. И когда муж Анастасии Сергеевны и отец Роберта Маркина, рослый широкоплечий брюнет в мундире статского советника и с добродушным полноватым лицом, остановился рядом с супругой, она выдохнула:
— Где мой сын?!
Тор улыбнулся, равнодушно и оттого оскорбительно:
— Думаю, что рядовой моей дружины Роберт Маркин сейчас на полигоне. Но я могу ошибаться.
Кулачки Анастасии Маркиной сжались так, что побелели костяшки пальцев. Потом, ища поддержки, она оглянулась на мужа, который пожал плечами, мол, это не моя забота, и презрительно фыркнув, женщина вновь обратила свое внимание на Тора:
— Нам надо поговорить. Наедине.
— Запросто.
Строгов кивнул Факундо и Бялецкому на выход, и, когда они вышли, Маркина ткнула пальцем в Васильева:
— А он?
Тор скопировал движение родственницы и, указав на ее мужа, повторил слова женщины:
— А он?
— Ладно.
Маркина спорить не стала. После чего Тор привстал и пригласил ее расположиться слева от себя:
— Присаживайтесь, дорогая тетушка.
Гости присели, и в трапезной вновь воцарилась тишина. Неловкая. Никто не торопился начать разговор, но, наконец, Анастасия Сергеевна не выдержала:
— Я хочу, чтобы мой сын был освобожден от службы в твоей дружине. Поверь, Строгов, так будет лучше для всех.
— Нет. — Тор покачал головой. — Ваш сын, тетушка, и мой двоюродный брат, оскорбил меня. Это раз. И он мог сделать меня инвалидом, а подобное простить трудно. Это два. Поэтому он будет служить мне пять лет — так сказал император.
— А ты понимаешь, что тем самым бросаешь вызов всему нашему клану?
— Это не вызов, Анастасия Сергеевна. Ни в коем случае. Расценивайте мое упрямство как гарантию моей безопасности. Ведь если со мной что-то случится, то и вашему сыну, самому любимому, которого вы избаловали, не поздоровится, ибо каждая медаль имеет две стороны.
— Ты не посмеешь!
— Еще как посмею. Поверьте мне.
— Да мы тебя…
— Тихо! — Тор ударил кулаком по столу и, когда Маркина запнулась на полуслове, добавил: — Давайте говорить как родственники, тетушка, а не как враги.
— Да какой ты мне родственник, бастард?!
— Вы хотите сказать, что император был не прав, когда признал меня своим внуком?
Глаза юноши сузились и Анастасия Сергеевна, эта сильная женщина, которая руководила несколькими крупными корпорациями, снова осеклась и мотнула головой:
  
— Нет.
— Тогда следите за тем, что говорите, уважаемая.
— Хорошо.
Анастасия Сергеевна собралась и постаралась успокоиться, после чего Тор продолжил беседу:
— Значит, так. Роберт остается у меня, и это не обсуждается. Будете делать мне пакости — я знаю, что возможностей у вас хватает, — и тогда он пострадает. Мне от вас ничего не нужно. Пока. А если что-то понадобится, то будьте готовы оказать услугу. И за это я гарантирую, что вашего отпрыска не станут угнетать или как-то унижать. Ну и, кроме того, вы получите возможность навещать его.