Помешанный на тебе (СИ)

— Достойный хоть букет? — продолжает ворчать. По роду деятельности дед всё привык контролировать.
— Обижаешь.
И вот я с корзиной цветов для Аделины, дед с букетами и конфетами для персонала, а Андрюха с шарами ждем мою девочку и сына в специальной комнате. Я уже видел своего ребенка, держал его на руках и укачивал. Но сейчас всё равно волнуюсь, как в первый раз. Такой приятный мандраж.
  
Медсестра открывает дверь, и я вижу ее — мою Аделину. Она выходит к нам, держа на руках маленький сверток в белом пушистом пледе. Она без косметики, с простой косой, немного уставшая, но улыбается. Такая мягкая, теплая и, несмотря на вторые роды, всё же выглядит как девочка, моя девочка, на руках которой мой сын.
Такой крошечный и такой важный. И мое сердце бьется где-то в горле. Сглатываю.
— Встречайте Максима Артуровича, — тихо произносит Аделина.
Да, мы решили назвать сына Максимом.
Дед первым подскакивает к моей жене, опережая меня.
— Дай-ка посмотреть на богатыря!
Он заглядывает в сверток, и его суровое лицо тут же смягчается.
— Весь в меня. Похож, — гордо заявляет дед. Моему сыну всего неделя, и там пока трудно понять, на кого он похож.
Андрей нетерпеливо подпрыгивает рядом.
— Мам, можно посмотреть? Можно? — тянется к брату.
А я пока раздаю цветы персоналу и благодарю их.
Аделина опускается на корточки, чтобы показать Андрею брата.
Дюха смотрит серьезно, сведя брови.
— Он красный.
— Это пройдет, — усмехается Аделина. — Ты тоже таким был.
— Да? — удивляется пацан. — Артур купил мне конструктор. С ним можно играть в конструктор? — указывает на брата.
— Придётся подождать, не так скоро, — отвечаю я, опуская руку Андрею на плечо.
Наконец, дед отступает, и я подхожу к Аделине.
Приподнимаю ее вместе с малышом, целую в висок. Она неделю была в клинике. И я дико соскучился. Мне трудно спать без нее.
— Как ты? — спрашиваю, вдыхая ее запах, который теперь смешался с чем-то новым, детским.
— Счастлива, но устала и хочу домой, — шепчет она мне в шею.
— Дай мне Максима, — забираю сына. Спит. Рассматриваю его, снова сглатывая. Целуя его в носик. Вдыхаю его запах, и голова кругом.
— Так, хватит телячьих нежностей! Девочка устала, надо ехать домой. Артур, дай мне правнука, а сам бери сумки! Андрей, держи шары крепче! — командует дед.
Усмехаемся с Аделиной. У нас мировой дед. По факту, он наш ангел-хранитель. Если бы не он, всё решалось бы очень долго.
А Тарас… Они развелись, да, имущество разделили, но Аделина сразу всё переписала на сына. Алименты он платит. Встречи с ребёнком были оговорены по желанию отца. Мы не препятствовали, но переживали и не хотели оставлять Дюху наедине с отцом, боясь, что он его заберет. Зря боялись, как оказалось. Тарас, разводясь с женой, отчего-то развёлся и с сыном, который был ему так «нужен». Ну и бог ему судья. Андрей не страдает от недостатка мужского внимания.
И вот мы едем домой. Семья. Моя семья. Два простых слова, которые я раньше не мог даже представить рядом. Аделина с Максимом садится на заднее сиденье, Андрей устраивается рядом с ними, не сводя глаз с брата.
По дороге дед не унимается ни на минуту.
— Комнату проветрили, кроватку собрали. Тамара борщ сварила и пирогов напекла. Я ей наказал: никаких острых приправ. У нас кормящая мама! А еще я позвонил педиатру, она завтра заедет. Не какая-то там районная, а профессор, между прочим! — сообщает он нам.
— Дед, мы справимся, — улыбаюсь я, глядя в зеркало заднего вида на Аделину, которая тоже усмехается.
— Конечно, справитесь, куда вы денетесь! — фыркает он. — А я проконтролирую.
Дома нас встречает Тамара с пирогами. Дед лично проверяет температуру в детской и качество проветривания. Андрей важно показывает комнату Аделине и брату, рассказывает, как собирал со мной кроватку.
Вечером, когда всё немного успокаивается, мы с Аделиной остаемся вдвоем в спальне. Максим спит в своей люльке. Я ложусь рядом с Аделиной и осторожно обнимаю жену.
— Ты не представляешь, как я тебя люблю, — шепчу ей.
— Представляю, — улыбается она. — Ты же мой маньяк.
— И всегда буду им.
Она кладет голову мне на плечо.
— А я никогда не думала, что смогу любить кого-то так сильно. И теперь вас трое.
Максим тихонько посапывает в люльке. За стеной дед рассказывает Андрею какую-то историю из своей молодости. В доме тепло и уютно.
Целую Аделину в висок и думаю о том, как странно устроена жизнь. Еще год назад был одиночкой, помешанным на работе фотографом, а теперь я муж и отец двоих детей. И ни секунды не жалею об этом.
— О чем задумался? — спрашивает Аделина.
— О том, что иногда достаточно одного взгляда, чтобы вся жизнь перевернулась, — отвечаю я, вспоминая тот день в кафе.
— И одного маньяка, — смеется она.
— Именно, — соглашаюсь я, крепче прижимая к себе мою девочку. — Именно так.
Конец