Тайник. Тыкулкас
– Что ты говорила про древнее знание? Откуда ты это знаешь?
Айнана заливисто расхохоталась, пугая утреннюю тишину, вытерла с подбородка капнувший соус и, отпив горячий отвар, проговорила:
– Это просто бабушкины сказки, – она покачала головой. – Юргинай, ну мы же с тобой не можем поехать в свадебное путешествие. Дома всё время твоя тётя и ещё Кадарий Сэлэмэнович зачастил, а мы с тобой молодые. Давай искать новые пути для себя здесь, – она показала на лес и пещеру. – А то потом я забеременею и больше некогда будет веселиться.
– Ты такая… – Юргинай помотал головой, не в силах подобрать слова. – За что мне так повезло с тобой?
– Ну, значит, есть за что, – зевнула Айнана.
Юргинай тряхнул головой, выбираясь из вереницы вчерашних воспоминаний, посмотрел на жену, недвижимо сидящую возле костра, и, подсев к ней поближе, прошептал:
– Не пугай меня больше, как вчера. Хорошо?
– Я сама ночью напугалась, полночи не могла глаз сомкнуть, – проговорила Айнана, поёживаясь. – Ходил кто-то.
– Айнана, ну ты смешная, – целуя ухо девушки, сказал Юргинай. – Конечно, ходил. Мы ж в тайге. Ну мелкота какая-нибудь бегала, может лось процокал, – он счастливо вздохнул. – А я после вчерашнего спал, как младенец.
– Да нет, туда и сюда ходил, – отстранившись и убирая распущенные волосы под широкий гребень, проговорила Айнана. – Но сюда к пещере не подходил.
– Ну, может, Сэлэмэнович приходил проверять не унёс ли нас медведь, – хохотнул Юрингай.
– Не, у Сэлэмэновича шаг тяжёлый, и он покашливает всё время, а тут тихо ходили. Как бы вот там на берегу всё время кто-то возился, – Айнана показала в сторону деревьев, где внизу летело течение реки.
– Давай сейчас позавтракаем и сходим, посмотрим, – сказал Юргинай, второй раз разогревая завтрак.
Но девушка, подошедшая к краю плешивой поляны, примостившейся возле пещеры, глянула вниз и чуть задохнувшись, спросила:
– Юргинай, что там такое?
– Погоди, – Юргинай с сожалением отставил шкварчащую на золотистых чешуйках сала яичницу и поспешил к Айнане. – Не знаю.
Молодые люди поспешили вниз и буквально замерли, немного не дойдя до берега. В расцветающем дне было видно, что на берегу реки стоит наполовину вытащенная из воды лодка, а в ней спиной к застывшим в немом ужасе любителям живой природы, стоит человеческая фигура, линии тела которой скрывал тёмный плащ, а голову, словно корона, венчали длинные тёмные ветви.
Мужчина, взяв Айнану за руку, инстинктивно передвинул её себе за спину, нащупал в кармане рацию и глухо проговорил:
– Приём, Кадарий Сэлэмэнович, ты на связи?
Пластиковый корпус передатчика несколько секунд безмолвствовал, потом защёлкал в ответ, зашипел, и перевитый помехами голос ответил:
– Чё, не спится вам там? Али дело молодое не задалось?
– Кадарий Сэлэмэнович, тут что-то странное. Ты в сторожке?
– Ну да. А что такое?
– Дойди до нас. Ружьё возьми, – проговорил Юргинай и выключил рацию. – Вместе глянем.
***Чаща видимого с дороги леса полыхала первыми заморозками. Непогода тёрла холодный воздух о наждак серого неба, и на землю сыпалась стружка первого колкого снега, а на искрящуюся от лёгкой наледи дорогу падали высушенные до пергамента осенние листья.
Софья тяжело вздохнула, глядя на красивую скользкую глазурь, покрывавшую асфальт, и осторожными шажками пошла вперёд в сторону ожидавшей её машины. У неё уже было сильное подозрение, что поход в больницу принесёт печальные новости: в первый же день по прибытии в Тыкулкас она умудрилась несколько раз больно шлёпнуться по дороге от местного аэропорта до гостиницы с громким названием «Сердце Севера». Софья несколько дней стоически переносила боль в руке, но потом, когда рука стала заметно отекать, всё-таки решила, что нужно показаться врачу, иначе предпринятая экспедиция будет бессмысленной. И сейчас, найдя адрес местной клиники, Софья вызвала такси и поехала в больницу, рассматривая однообразные пейзажи Тыкулкаса.
– Вы с Москвы? – щербато улыбаясь, спросил водитель с высушенным до сухости лицом.
– Нет. Из Петербурга, – покачала головой Соня.
– К нам по работе? – лихо вводя в поворот машину, снова поинтересовался мужчина.
– Да.
– Ну понятно. К нам такие красивые девушки отдыхать не ездют. Холодно им у нас. А чего в больничку?
– Упала, – пожала плечами Софья.
– А, это вас земля наша поприветствовала, – крякнул водитель и чуть тише добавил: – Теперь будьте осторожнее, видимо, по вкусу вы её пришлись, теперь будет за вами смотреть.
– Не поняла вас, – Софья выплыла из потока своих мыслей и посмотрела на затылок водителя.
– Я говорю, приехали. Выходите. С вас двести рублей.
– Вы что-то ещё сказали, – не двигаясь с места, проговорила Соня.
– Да нет. Показалось, – махнул рукой шофер. – Идите, только аккуратнее, скользко.
Соня неловко повернула руку, резкая боль прострелила запястье, и она, охнув, поспешила к входу в небольшое здание, где находились поликлиника и травмпункт.
Добравшись до вестибюля, который оживлённо жестикулировал людскими потоками, Софья посмотрела вокруг, нашла большую таблицу, где были расписаны часы приёма врачей и висела кривая стрелка, указывающая путь к стойке информации, на которой болталась давно запылённая табличка «ЗАКРЫТО».
– Простите, – Соня услышала, как к ней обратилась невысокая светловолосая барышня, стоявшая рядом.
– Да, – отозвалась Софья.
– Никак не могу разобраться, где здесь травматология. Недавно в город вернулась, – она как-то грустно улыбнулась, – и вот оказывается, нужно пройти диспансеризацию. Бумажка пришла. Меня, кстати, Лариса зовут.
– Очень приятно. Софья, – у Сони сильно ныла рука, любой разговор сейчас был ни к месту, да и никаких новых знакомств она заводить не планировала. – Вы простите, я в этом городе первый раз, ничего здесь не знаю.
– Понятно.
– Новикова?
Рядом с девушками вдруг раздался глухой мужской голос, и обе, вздрогнув, повернулись к долговязому мужчине, почти полностью замотанному в белые врачебные одежды.
– Да, – ответила Лариса.
– Ну где вы ходите-то? Давайте быстрее, – проговорил мужчина и, сверкнув глазами, в прорези между медицинской шапочкой и маской, закрывающей почти всё лицо, поспешил в боковой коридор.
– А. Да. Бегу, – девушка коротко махнула Соне и поспешила за доктором.
Софья лишь пожала плечами, отвлеклась на телефонный звонок и пошла в сторону регистратуры, чтобы выяснить, где можно сделать снимок.
– Ну у вас всё неплохо, – успокаивающе сказал молодой хирург, к которому её направили после рентгена. – Повреждений кости нет, но сильный ушиб, поэтому кое-какие процедуры поделать нужно.
– Хорошо, что трещины нет, – улыбнулась Софья. – Я уж думала, не дай бог, операция.
– Операция не потребуется, – доктор покачал головой. – Ох, девушки, какие же вы все паникёры. Я помню. На практике в Москве ко мне пришла барышня, прямо далеко возрастом за бальзаковский и у неё была, простите, плёвая мозоль, так мы с ней анализы разве что на Синдром Вольфа-Гиршгорна не сдавали.
– Я не знаю, что это, – пожала плечами Софья.
– Не забивайте себе голову. Эта такая загадочная и редкая генная болезнь.
– Люблю загадки, даже работаю в этой сфере, – Софье была определённо тепло рядом с этим человеком, и, наверное, в первый раз после всех перипетий с Малининым, ей вдруг стало хорошо.
– Это в какой сфере у нас загадки отгадывают? – доктор оторвался от заполнения карточки и вскинул на неё глаза.
– Ну у нас такое, – Соня задумалась, – что-то сродни творческому объединению. Ищем ответы на многие вопросы, – как можно более пространно ответила она.
– Ой, как интересно. Я обожаю кроссворды и сериалы про загадки.
– А для меня вот загадка, как доктор из столицы, попал сюда, – улыбнулась Соня.
Мужчина несколько секунд смотрел на клавиатуру, потом коротко вздохнул и сказал: