Ёлка желаний

– А я Ира, – сказала я и запустила девушку в квартиру. – Только Стаса нет, и я не знаю, когда он появится.
– А вы не знаете, где он? Ой. Ты не знаешь? – Надя оглядывалась по сторонам.
– Нет. Он уехал рано утром первого числа, мы еще спали с Мишей. Шестого января новогодний ужин у его начальника, для Стаса это важно. Думаю, к этому моменту Стас вернется.
– Значит, он сюда приехал в новогоднюю ночь? Я так и думала.
Было видно, что девушка расстроена и вот-вот расплачется.
– Хочешь чаю или кофе? Что ты так в дверях стоишь.
– Я пойду. Мне теперь все понятно. Я только в кладовку загляну, – сказала Надя и молниеносным движением открыла дверку. – Лыж нет. Уехал один. Трус.
– Что ему передать?
– Ничего. Я дура, что пришла. Ничего у нас не получится, и думать нечего, – сказала Надя и исчезла так же быстро, как появилась.
А я села на стул у двери и задумалась. Может, позвонить Стасу? И что я ему скажу? Мне искренне было жаль девушку, но могла ли я ей помочь? Не мое это дело, пусть сами разбираются.
Из раздумий меня вырвал резкий громкий звук вопящей сигнализации. Я вскочила со стула и побежала на кухню. Дым и запах гари я почувствовала уже в столовой. Горели пельмени, это стало понятно сразу. Я схватила пылающую сковородку и сунула в раковину под струю воды.
– Мама, что случилось, – перекрикивая сигнализацию, вопил Миша.
– Все хорошо, я пельмени спалила. Видишь, огня больше нет, только дым. Не бойся. Сейчас я отключу кричалку.
Легко сказать, отключу. Знать бы еще где? Я бегала по дому в поисках пульта, но никак не могла его найти. Телефон Стаса не отвечал. Что делать?
– Может, пожарным позвонить? 112 – телефон спасения.
– Боюсь, если сигнал поступает на пульт к диспетчеру, они скора приедут сами.
Оглушающий звук сигнализации вибрировал у меня в голове, пока я судорожно соображала, где же ее отключить?
– Мама, кто-то стучит в дверь.
– Да? Я не слышу, – я вышла в коридор и увидела, что дверь трясется от попадающих на нее ударов.
Едва я открыла замок, как в квартиру ввалился сосед, за его спиной маячили пожарные. Я прижала Мишу к себе и отодвинулась к стене, наблюдая за тем, как по квартире бегают спасатели. Как в замедленной съемке бегущий в дыму сосед с огнетушителем.
А потом наступила тишина.
– Все в порядке. Ложная тревога, – говорит в рацию один из спасателей. – Что ж вы так неаккуратно, дамочка. Внимательнее надо быть с огнем и не отвлекаться на телефонные разговоры.
– Извините. Я не специально.
Пожарные ушли, а сосед остался стоять в прихожей.
– Испугались? – спросил он.
– Да, – ответила я и расплакалась. – Очень.
Я утирала слезы ладошкой, а они все бежали. Хлюпая носом, я достала платок из кармана куртки и громко высморкалась.
– Ну что вы, все же хорошо, – сказал Толик. – Не плачьте. Пойдемте ко мне, я вас чаем напою.
– Да неудобно как-то. Спасибо.
– Пойдемте, бабуля сегодня пирожки пекла. Я только собирался их попробовать, когда у вас тут началось.
– Еще раз извините. Я не знала, как ее отключить.
– А с чем у вас пирожки? Я люблю пирожки, – сказал Миша, а для меня это стало полной неожиданностью.
Миша высвободился из моих объятий и шагнул по направлению к Толику.
– Я Миша, мне семь лет. Мы приехали на каникулы в Москву, нам Дед Мороз такой подарок сделал. Спасибо, что спасли нас.
– А я Толик, живу в соседней квартире и работаю в МЧС. Это я ТСЖ заставил в нашем доме всем пожарную сигнализацию установить. Дом старый, да еще и с газом. Спасать – моя работа. Да, и пирожки с капустой.
– Ух ты! Настоящий спасатель!
Я наблюдала за происходящим, и постепенно слезы прекращались. Мне становится смешно. Почему бы не сходить к соседу на чай? Он милый.
– Я обожаю пирожки с капустой, – говорю я и начинаю икать.
– Ну, тогда пойдемте. Бабуля обожает гостей. Вот ей радость то будет.
    
Глава 17. Миша
Я быстро натягивал штаны вместо пижамы, подпрыгивая от радости. Мне хотелось скорее пойти в гости к интересному соседу, которого, я уверен, послал Дед Мороз. Интересно, а он понравился маме? Вот она ему – совершенно точно.
– Ба! Я с гостями! – кричит дядя Толик, когда мы заходим к нему в квартиру.
– Надевайте тапки и проходите на кухню, – слышу я голос из глубины квартиры. Квартира какая-то не такая, как у Стаса.
– Да они в тапках. Это ж соседи.
Мы проходим по узкому коридору, во всю стену которого сделан книжный шкаф, а с другой стороны – двери.
– Ничего, себе, сколько книг? Вы их все прочитали? – спрашиваю я, когда мы заходим на кухню.
– Я нет. Я вообще не читаю, мне некогда. А вот Ба наверняка все прочитала, она у меня очень умная, профессорша.
– Толя, нет такого слова «профессорша». Сколько раз тебе говорила. Не позорь меня перед людьми, – сказала она, а потом повернулась ко мне и добавила: – Да, молодой человек, все эти книги я читала. Правда, некоторые уже не помню, давно это было. А ты умеешь читать?
– Да! Я еще в пять лет научился.
– И что же ты сейчас читаешь?
– «Три мушкетера».
– Молодой человек, да у тебя прекрасный вкус, – сказала бабушка дяди Толика и, домыв руки, вытерла их полотенцем.
На кухне пахло пирогами. А вот бабушка дяди Толи, выглядела совсем как не бабушка. У нее были коротко стриженные белые волосы и очки в черной оправе. Она была худенькая и невысокая, как будто совсем не ела своих пирожков. И джинсы. Разве бабушки носят джинсы?
– Роза Львовна, – сказала она и протянула маме руку.
– Ирина, – ответила мама и чуть сжала протянутую руку. – Извините за вторжение и переполох, я не специально… – маме как будто неудобно было. Или, может, она стесняется?
– А я Миша, – решительно сказал я, хоть и знал, что взрослых перебивать нехорошо. И протянул руку Розе Львовне. – Мы приехали из Екатеринбурга.
Она рассмеялась и пожала мне руку.
На столе стояла тарелка с маленькими пирожками, а рядом банка с вареньем. Тут же появились разноцветные чашки и пузатый чайник.
– Садитесь поудобнее и налетайте на пирожки.
– Спасибо. Пирожками пахнет даже на лестничной клетке, – сказала мама и взяла пирожок.
– Ба у меня в семьдесят лет только печь научилась, когда на пенсию вышла. А так некогда ей было, работала много.