Ёлка желаний
В такси я включил на телефоне любимую игрушку и провалился в онлайн-стратегию. Мне нравились компьютерные игры за возможность отключить мозг. Я не хотел думать, я хотел отдыхать.
Мое появление в гостинице произвело эффект разорвавшейся бомбы. Каждый придумал сам, почему я неожиданно приехал первого января один. Вопросов у нас задавать не принято. Приехал, ну и молодец.
Друзья тут же взяли надо мной шефство, решив, видимо, что у меня с Надей разыгралась драма и я нуждаюсь в их поддержке. Меня тут же нашли куда поселить, хоть я и был морально готов ехать в другую гостиницу. В этой свободных мест не было до июня. Но парни обаяли девушку на рецепшене, и она нашла один свободный номер на два дня.
Сегодня на лыжи я так и не встал, как хотел. Появился Леха и сказал, что из-за снегопада все нормальные трассы закрыли.
Как только я сюда приехал, мне стало можно не думать, что делать. Каждый раз на отдыхе большой компанией я попадал в водоворот общих настроений и подчинялся ему. Кто-то кидал идею, ее тут же либо отметали, либо принимали, либо видоизменяли. Куда идти? Что делать? И чем наполнять досуг? В целом мне было не принципиально. Я знал своих друзей с детства и не имел поводов сомневаться, что будет весело. Я не был лидером тусовки, я не генерировал самые идиотские идеи, я был тот, кого брали в блудняк как надежного и не ссыкливого.
Как же мне этого не хватало. Я пытался вспомнить, когда последний раз отдыхал? Летом. Неужели летом? Работа в Роскосмосе требовала от меня максимальной собранности. Ранние подъемы, бесконечные совещания и сложные интриги не давали мне расслабиться. Но я не жалуюсь, я люблю свою работу, надо только вовремя от нее отдыхать.
Утром следующего дня я проснулся от настойчивого звонка телефона.
– Стасян, хватит дрыхнуть. Погода, самое то для покатушек. Через пятнадцать минут на завтраке сбор.
Я отключил телефон и перевернулся на другой бок. Потом в мою дверь стучали, но вырвать меня из сна не так-то просто. Я проспал завтрак. Проспал сбор и массовый отъезд на гору. И только в одиннадцать утра я был готов ехать кататься. Яркое солнце слепило мне глаза так, что они слезились, когда я вышел на улицу. Я вдохнул морозный воздух полной грудью и в очередной раз похвалил себя, что приехал.
Я люблю спорт, а в особенности экстремальный. В детстве я занимался футболом. Дошел до юношеской сборной и бросил. Стало неинтересно. Стало надо все свое время отдавать спорту, а я мечтал уже тогда о космосе. И пришлось выбирать между профессиональным спортом и учебой. Потом был большой теннис, в нем я не преуспел, но занимаюсь до сих пор.
Вечером пить, а утром идти на гору было обычным для нас делом. Но сегодня я впервые почувствовал, что мне тяжело. Ноги не слушались, а тело теряло концентрацию и, как следствие, я неудачно упал.
– Ну что за неудача? На третьем спуске выбить колено?
– Хорошо, что ногу не сломал.
Я сидел у кабинета врача и страдал. О катании можно забыть на ближайшее время. Я сходил к врачу, и мне наложили фиксирующую повязку. Я как кузнечик скакал на одной ноге, пока не пришел Мишка. Он подставил мне свое дружеское плечо, и мы переместились в лобби на удобные кресла.
– Миша, на! – пришла Светка и вручила моему другу орущего ребенка. – Я с девочками в СПА. Ванечка поел, но спать отказался. Развлекайтесь, я надолго.
– Ну, Свет, ты же видишь, я не могу.
– Я тоже больше не могу. У меня заслуженный отдых. Я тоже человек, – сказала жена моего друга и быстрой походкой удалилась прочь.
Мишка вздохнул, достал телефон и отдал его ревущему ребенку. Тот вмиг успокоился.
– Сейчас включу тебе «Смешариков», ты только не ори.
Мишка усадил ребенка на соседнее кресло и вернулся ко мне.
– Раз у меня скоро тихий час, надо хорошенько подкрепиться, – сказал Миша и стал изучать меню бара.
– Сложно быть отцом? – неожиданно спросил я.
– Да хрен его знает, я еще не понял. Мне не особо доверяют Ваньку. Я вообще иногда забываю, что у нас ребенок есть.
– Как это?
– Ну знаешь, смотрим мы со Светкой фильм перед сном, а Ванька плакать начинает. Так я не сразу врубаюсь, что это из соседней комнаты. Светка подрывается, идет, а мне все еще кажется, что это у соседей за стенкой.
Вот если бы у меня был ребенок, я каждую свою минуту переживал, что с ним что-нибудь случится. Мне казалось, что дети – это так сложно и ответственно, что даже думать про них не хотел. Может, не у всех так?
– А ты с чего детьми интересуешься? Неужели Надя того? – с ухмылкой спросил Мишка.
– Нет, с Надей, видимо, все. Я тут с пацаном одним познакомился…
– С симпатичной мамочкой? – Мишка улыбался во все свои тридцать два зуба.
Ирина? Симпатичная? Да я даже и не понял. Мишкин вопрос заставил меня задуматься.
– Да я не про то, о чем ты подумал, – я и сам не понимал, зачем затеял этот разговор и что хочу услышать от друга.
– Братан, думать о потомстве, – это нормально. Это инстинкты, продолжение рода и все такое. Жениться тебе пора. Ты у нас замороченный сильно, но женщина это быстро исправит.
– Я не хочу жениться и не думаю о потомстве, я просто хочу понять.
– Давай сначала. Я туго соображаю. Начни сначала.
И я рассказал Мишке про Мишку.
– Ты молодец, что вписался в программу, это хороший поступок. Но в чем, собственно, вопрос?
– Я привязался к парню и мне стала небезразлична его судьба.
– За два дня? – удивление Мишки было совершенно искренним. – К чужому ребенку?
Ну да, глупо это было говорить другу, который за два года не привык к отцовству.
– Я за Ваньку всех порву. Но это потому, что он мой сын. Он мой, понимаешь, и это главное. Я себя говном не считаю, но судьбы чужих детей меня не волнуют. Я делаю все для своей семьи, – говорил Мишка и жевал бургер, щедро политый кетчупом. – Но ты у нас всегда был неравнодушным. Еще со школы всех жалел униженных и оскорбленных. Если тебе что в голову пришло, никакими силами из башки твоей упрямой не выколотить. Ты у нас борец за справедливость.
Больное колено ныло. Мысли о Мише лезли в голову. Настроение портилось на глазах. И отдых получался какой-то не тот, как я хотел.
– Если тебе так хочется поучаствовать в судьбе больного ребенка, давай Длинного спросим. У него батя – в министерстве здравоохранения не последний человек. Помнишь, он Лехиному бате операцию по пересадке сердца за один звонок организовал? И еще кому-то из наших помогал.
– Спасибо, это хорошая мысль. Странно, что мне самому в голову не пришло.
– А лучше заведи своего ребенка и перестань думать о чужих мальчиках.
С логикой Мишки сложно спорить. Где-то в глубине души я понимаю, что он, скорее всего, прав.