Дочь от бывшего мужа
— Да твою ж!.. — сдержанно ругается Антон, когда грязная со всех сторон Жуля прыгает ему на колени и пытается в придачу поставить свои лапы ему в тарелку.
Я смеюсь и показываю ему пальцами сердечко, чтобы хоть как-то задобрить грозные мысли своего мужа.
В ближайшие дни Жулю от него точно придется прятать, иначе она может «случайно» потеряться где-нибудь в поселке. Или Антон, тоже естественно «случайно», переедет ее своим танком на четырех колесах. Несколько раз.
— Только ради тебя, — цедит Антон едва ли не сквозь зубы и за шкирку, держа на расстоянии от себя, уносит Жулю в дом.
Первый мой вопрос после его возвращения, не утопил ли он наглую прелесть в раковине.
— Я хотел, — вздыхает Антон и подхватывает на руки засыпающую Есю. — Но потом она на меня так посмотрела, что я проникся.
— А где Жуля сейчас?
— Откуда я знаю? Убежала твоя блоха куда-то. Я на всякий случай убрал всю обувь, а то ей, по-моему, не очень понравились водные процедуры, — Антон так странно улыбается, что я сразу понимаю — аккуратностью тут и не пахнет.
Скорее всего, он просто прополоскал ее в тазике и с минуту примерно попугал феном.
Я порываюсь встать, скинув теплый плед с ног, но Антон останавливает меня. Сжимает пальцами мое бедро, наклонившись вместе с Есей, и говорит, что раз уж дети сегодня на нем, то и уложит он их сам, без моей помощи.
— Ты пока набирайся сил, Дашуль. Они тебе еще понадобятся.
Гек семенит вслед за Антоном, и я остаюсь одна на террасе. Закидываю ноги на соседний стул, снова заворачиваюсь в плед, чтобы было теплее. Не могу отказать себе в удовольствии стянуть еще один кусочек шашлыка с блюда. Холодным он кажется даже еще вкуснее.
Прикрываю глаза и думаю о том, что всего этого могло бы у меня и не быть. Смешно, но по щекам прокатывается несколько слезинок. Вот что значит умение накрутить себя на ровном месте. Я шмыгаю носом, зажевывая все это остывшим мясом, когда Антон возвращается ко мне.
— Малыш? — он теряется от вида моих красных глаз. — Меня десять минут не было, а ты уже вся в слезах сидишь.
— Дольше.
— Что?
— Тебя дольше не было, — выпятив обиженно нижнюю губу, отвечаю ему.
— Моя ж ты умница.
Антон обходит мое кресло и останавливается за спиной. Его ладони ложатся на мои напряженные плечи, и я шумно выдыхаю от первого чувствительного нажатия. Расслабляющий массаж заставляет меня урчать от удовольствия, кофта сползает с одного плеча, и я чувствую прикосновение теплых сухих губ к нему.
Едва дышу, когда Антон добирается до шеи, закидываю назад руку, чтобы обнять своего мужа. У меня мурашки во всех местах, когда он покрывает мою кожу влажными поцелуями. А уж когда Антон начинает перебирать волосы, у меня теряется абсолютно вся концентрация. Я хочу продолжения как можно скорее.
— У меня хорошие новости, карамелька, — шепчет Антон мне на ухо.
— Ты наконец-то перестанешь относиться ко мне как к хрустальной вазе? — вымучиваю из себя слишком длинную на данный момент фразу.
— Только после родов, моя зайка. Я все-таки взял тот контракт у Штейнера, он выбрал меня, а не Дементьева.
— Почему? — оживляюсь я.
— Потому что мы с тобой друг друга любим, а Дементьев уже успел развестись, когда узнал, что Штейнер отдал предпочтение ему. Но контракт-то они подписать не успели.
— Любим?..
— А у тебя есть какие-то возражения, Дашуль? — усмехается Антон, покусывая мою шею.
Он забирается рукой под плед и поглаживает кожу над резинкой моих простеньких штанов.
— А вдруг ты со мной живешь только ради контракта? — закусываю губу, перебирая короткие волосы на мужском колючем затылке.
— Можем хоть завтра развестись. Мне ты нужна, а не какие-то контракты. Будем жить во грехе.
— Нет уж, я не хочу пачкать паспорт еще одним штампом. Придется все-таки терпеть тебя.
Я смеюсь, когда Антон закидывает мои ноги к себе на бедра, заставив чуть ли не лечь в кресле, а после резко подхватывает меня с него, чтобы прижать к своей твердой груди. Он несет меня в спальню и закрывает дверь в нее прямо перед мордочкой заинтересованной Жули.
— Терпишь меня значит, а, карамелька? — нависая надо мной, спрашивает Антон. — Маленькая лгунья.
— Из последних сил, — я притворно вздыхаю и обнимаю его всеми конечностями. — Скажи еще раз.
— Что сказать?
— Ну Антон!
— Я люблю тебя, малыш. А теперь расслабься и получай удовольствие.
Нам выпал второй шанс, чтобы мы могли исправить все ошибки прошлого. И, кажется, у нас получилось.
Эпилог— Даш, выдохни. Не мог мой братец просто так сбежать, — Камилла пытается меня успокоить, но получается у нее это, откровенно говоря, очень плохо. — Да и вы уже официально расписаны, не забыла?
— Почему тогда Антон не отвечает на звонки? Он не приехал, понимаешь? Не приехал…
Я всхлипываю и стираю со щек предательские соленые дорожки, размазывая макияж по всему лицу. Не представляю, как я сейчас выгляжу, после получаса рыданий.
— Тебе нельзя волноваться, моя дорогая, — Ками бумажным платочком стирает поплывшую тушь под моими глазами. — Если Антоша по каким-то неизвестным причинам решил дать заднюю, я сама его из-под земли достану, а потом уже мы с тобой разденем его до трусов. И имущество отсудим, и компанию.
— Не нужна мне никакая компания… — жалобно хнычу, поглаживая живот.
С самого утра внизу немного тянет, но это, наверное, из-за волнения. Пусть мы с Антоном уже расписаны, но сегодня официальный день нашей свадьбы с гостями и выездной регистрацией, где у меня будет возможность сказать «да» добровольно.
Рожать мне через три недели, так что проблем возникнуть не должно. Я специально подгадывала дату, чтобы сделать все до рождения Тимура.
Да, нам с Антоном обещали мальчика.
— Не волнуйся, пожалуйста, Дашуль. Да отсыпается братец где-нибудь после мальчишника. Это мы у тебя ели кексы и запивали их соком, а у мужиков явно программа была насыщеннее. Я специально для этого предлагала на входе раздавать жвачку, — Камилла обмахивает меня каким-то буклетом.
— Программа? Ты что-то знаешь, да? Там были другие женщины?
Боже, мои гормоны меня допекут.
Я и «свадьбу» сегодняшнюю у Антона выклянчила из-за них. Мне хотелось сделать все правильно, перед рождением Тимура. На протяжении всех месяцев мне даже в голову это не приходило, а на седьмом вдруг стукнуло — хочу церемонию. Хочу и все тут. Антону ничего не оставалось, кроме как организовать все за месяц.
— Какие женщины? — вроде бы по-настоящему удивляется Ками. — Ты думаешь, Антону нужен кто-то еще? Да он тебя на руках носит и пылинки с тебя сдувает.