"Фантастика 2025-77". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
В зале повисла тишина. Затем многие заговорили одновременно:
— Это безумие!
— Невозможно!
— Самоубийство!
Я поднял руку и голоса стихли.
— Да, это звучит как самоубийство, — спокойно согласился я. — Но альтернатива хуже. Вы будете жить в постоянном страхе, ожидая, когда Кетцаль решит нанести удар. Ваши барьеры впечатляющи, — я кивнул Мелиссе, — но они лишь замедлят его. И что в итоге?
— Ты предлагаешь нам броситься в пасть демону? — громко спросил массивный молодой мужчина, явно из секты Небесного Тарана.
— Я предлагаю вам шанс на настоящую победу, — ответил я. — Сейчас Кетцаль не ожидает атаки, он думает, что мы боимся. Мы должны нанести удар. Тем более что у нас есть бесценная информация о цитадели Ацтлана.
— И откуда же? — нахмурился Рохан Крейн.
Я кивнул отцу, и он выступил вперед.
— Мое имя Рейвен Мо, — произнес он, и некоторые старейшие практики удивленно переглянулись при упоминании фамилии Мо. — Последние десятилетия лет я провел в плену у Кетцаля. Мне известны многие секреты Цитадели Ацтлан и планы Владыки.
— Клан Мо… — пробормотал один из старейшин. — Тот самый клан…
— Это сейчас не имеет значения, — прервал я, видя, как отец напрягся. — Важно то, что мы знаем: Кетцаль может уничтожить нас в любой момент. У нас есть примерно месяц, не больше.
— И каков ваш план? — спросила Мелисса, внимательно глядя на меня.
Я улыбнулся.
— Не только мой. Я вижу здесь немало талантливых практиков, и хотел бы услышать ваши мысли. Но сначала… — я поднял глаза, заметив движение в дальнем углу зала. — Почему бы вам не выйти из тени? Я чувствую вашу ауру уже несколько минут.
Из темного угла выступил молодой человек с длинными черными волосами, собранными в хвост. На его плече сидела маленькая черная лисица с тремя хвостами — редкий духовный зверь.
— Эйден, — улыбнулся я. — Вижу, ты обзавелся духовным зверем.
— А я слышал, что ты достиг Сферы Монарха, — улыбнулся он в ответ, внимательно изучая меня своими темными, как полночь, глазами. — Ты не терял времени зря. И я очень рад тебя видеть.
Мы обменялись крепким рукопожатием.
Позади появился еще один юноша, высокий и улыбчивый, но на этот раз менее разговорчивый, нежели я помню.
— Рю, ты изменился, — кивнул я ему.
Мастер оригами улыбнулся, встретившись со мной взглядом.
— Ты показал мне кое-что важное, так что я стал… серьезнее относиться к миру.
В следующие несколько минут в зал вошли ещё три молодых практика, которых представили как оставшихся из восьми гениев: Сильвия — хрупкая девушка с ледяными голубыми глазами и родословной Морозного Феникса; Као Шен — молчаливый мускулистый юноша, чья кожа при движении отсвечивала металлическим блеском; и, наконец, Илшан Хуэй — мастер иллюзий, чьё лицо постоянно менялось, не позволяя запомнить его истинные черты.
— Восемь гениев… — задумчиво произнес я, глядя на пятерых присутствующих. — А где остальные трое?
— Тристан и близнецы Чен охраняют северный рубеж, — ответил Рохан. — Они вернутся, когда услышат о наших планах.
Я кивнул.
— Это хорошо. Их таланты пригодятся. А теперь, — я перевел взгляд на карту, разложенную на столе, — позвольте мне объяснить, что я предлагаю.
* * *К закату солнца я уже успел отправить нескольких быстрых гонцов с сообщениями в Западный регион, к Таррику и Фа Суну, а также подробно обсудить план с лидерами Альянса. После нескольких часов напряженных дебатов и корректировок, наш общий стратегический план начал обретать форму. Этим идеям я обязан по большому счету воспоминаниям Повелителя.
Отец, до этого молчавший, наконец выступил вперед.
— Цитадель Владыки защищена древним барьером, — сказал он, указывая на грубый набросок крепости, который сделал по памяти. — Это не просто формация, это симбиоз нескольких систем защиты, наложенных друг на друга за столетия. Внешний слой разрушает все, что к нему приближается без специальной метки Ацтлана. Второй слой искажает пространство, заставляя злоумышленников блуждать в лабиринте иллюзий. Третий…
— Но как же тогда проникнуть внутрь? — прервала его Мелисса, нахмурившись. — Это звучит непреодолимо.
— Любой барьер можно разрушить изнутри, — ответил отец. — В сердце крепости находится Зал Вечного Пламени, где хранится артефакт, питающий всю защитную систему. Если его деактивировать или уничтожить, барьер падет быстрее, чем если атаковать напрямую.
— Звучит слишком просто, — скептически заметил Лиан. — В чем подвох?
— Подвох в том, что до этого зала еще нужно добраться, — ответил я. — Цитадель кишит демоническими практиками, а сам Кетцаль представляет смертельную угрозу.
— И как же вы предлагаете это сделать? — спросил Рохан, скрестив руки на груди.
Я подошел к карте и уверенным жестом указал на нее.
— План состоит из трех частей. Первая: основные силы Альянса нанесут прямой удар по внешним укреплениям Цитадели. Это будет очевидная атака, которая привлечет внимание большей части сил Ацтлана.
— Самоубийственная атака, — мрачно заметил Горм.
— Нет, если правильно рассчитать время и распределить силы, — возразил я. — Цель не в победе, а в создании достаточного хаоса. Вторая часть: пока идет основная атака, группа молодых мастеров, — я кивнул в сторону собравшихся гениев, — проведет серию диверсий в ключевых точках вокруг Цитадели. Разрушение линий снабжения, саботаж резервных формаций, нейтрализация отдельных опасных практиков…
— А третья часть? — спросил Эйден, внимательно наблюдая за мной.
— Третья часть — проникновение небольшой группы в самое сердце Цитадели, деактивация барьера и устранение Кетцаля, пока он уязвим, — ответил я. — Эту группу возглавлю я.
— Сложно, — задумчиво произнес Рю. — Но выполнимо, если все сработает идеально.
— А что с внутренними силами Ацтлана? — спросила девушка с родословной Морозного Феникса. — Разве все практики там преданы Кетцалю?
— Хороший вопрос, — кивнул я. — Отец, расскажи им.
Рейвен обвел взглядом присутствующих.
— Власть Кетцаля держится на страхе, — произнес он. — Многие высокопоставленные практики внутри секты ненавидят его, но слишком боятся выступить открыто. Они могут стать нашими союзниками… или самыми опасными врагами, если решат выслужиться перед Владыкой.
— Значит, еще один неизвестный фактор, — нахмурился Рохан.
— Любой план имеет неизвестные факторы, — спокойно ответил я. — Искусство стратегии не в том, чтобы избегать неизвестности, а в том, чтобы быть готовым к ней.
В зале воцарилась задумчивая тишина. Затем Мелисса подняла голову, и в ее глазах я увидел решимость.
— Я пойду с вами, Джин, — твердо произнесла она. — В группе проникновения. Моя специализация — барьеры. Я могу помочь с деактивацией защиты.
— Я тоже, — произнес Эйден, делая шаг вперед. — Сочту за честь вновь сразиться с тобой плечом к плечу.
— И я, — вступил Рю. — Думаю, это важно для меня, как для практика.
Я кивнул, принимая их предложения.
— Хорошо. Но это будет рискованно. Каждый должен понимать: шансы на возвращение… невелики.
— Разве ты не для этого пришел к нам? — с легкой улыбкой спросил Рю. — Чтобы изменить эти шансы?
В этот момент двери зала снова открылись, и вошли двое — знакомые фигуры, вид которых заставил меня улыбнуться. Фа Сун, монах из Западного региона, все такой же спокойный и собранный, и Таррик, бывший адепт «Алых Барханов», теперь мой верный союзник.
— Кажется, мы вовремя, — произнес Фа Сун с легкой улыбкой. — Я чувствую здесь аромат решительности и волнения.
— Народ пустыни готов следовать за освободителем, — добавил Таррик, склоняя голову в приветствии. — Клан Окаменевшей Пыли, Дети Алого Самума, Странники Теневых Дюн — все они собрали своих практиков и ждут сигнала.
Я кивнул с удовлетворением.
— Ваше прибытие — последний элемент, которого не хватало. Мы выступаем через три дня. Времени достаточно для финальных приготовлений и координации основных сил.