Её любимое чудовище

– Надеюсь на это, – серьёзно кивнул Раир и вздохнул. – Может, вам что-нибудь нужно, что поможет скрасить одиночество? – поинтересовался заботливо.
На секунду задумалась. Бутылка вина точно бы скрасила моё одиночество…
– Письменные принадлежности и…
– Мисс умеет писать?! – в священном ужасе воскликнул Раир. Бедолага. Он так скоро приступ заработает…
– И читать, – кивнула на трюмо, где лежала книга и улыбнулась. – А ещё… мне бы швейные инструменты: иголку, нитки… белые. Ножницы и мелок. Или кусочек мыла.
Раир обескураженно моргнул.
– Эм-м… я постараюсь мисс, – неуверенно протянул он и удалился, а я спокойно продолжила ужин.
Раир расстарался. Он принёс целую швейную коробку, много бумаги и перьевую ручку с чернилами. Такой я ещё не писала, но с интересом опробую.
– Я загляну перед сном, – вежливо пообещал он. – Отдыхайте.
– Спасибо, – благодарно улыбнулась в ответ и помахала.
– Ну что ж, – вздохнула, разложив на столе панталоны. – Приступим…
Последний раз шила в школе. Это был фартук. А потом я пошла в музыкальную, и мама разрешила получать по труду тройки. Музыка важна для поступления, сказала она. А варежки я и сама тебе свяжу. И связала. И шапку. И салфетку крючком.
Теперь я даже немного жалею. Сейчас бы не ломала голову с какого конца к этим панталонам подступиться.
Во-первых, мне категорически не нравится рюши. Во-вторых, форма и резинка пантопонов. Мне не нужны изящные кружевные трусики-танго, хотя бы простые. Обычные. А не эта женская вариация «семейников».
Итак, долой ханжество! Да здравствуют, удобные трусы, что не будут выпирать под штанами. Кстати о штанах… вот волчица не в платье была, какое бельё она надевала? Или была без белья?! Оо…
Я закончила перешивать резинку, мне осталось лишь подшить края, когда дверь комнаты распахнулась. Подняла взгляд и удивлённо вскинула бровь.
В проходе стояла та самая неуравновешенная волчица, а за её спиной гордо держались остальные. И мне как никогда стало интересно, какое бельё они носят…
– Ты немедленно расскажешь, кто такая и почему проживаешь в покоях сира Раира, – волчица прошла вальяжной походкой и остановилась в метре от стола, вскидывая подбородок.
Ну вот… я проблемы не искала, они сами пришли… Какие неугомонные.
Остальные волчицы последовали примеру своей предводительницы и в комнате стало тесно. В воздухе повисло напряжение.
– Ты слышишь меня? – недовольно рыкнула неуравновешенная.
– Я немного занята, – отозвалась, дружелюбно улыбаясь в ответ.
– Чем таким важным, что игнорируешь нас? – враждебно спросила черноволосая, складывая руки на пышной груди.
– Трусы шью, – ответила честно и продемонстрировала свои труды. – Немного осталось. Хотите и вам перешью? Или у вас есть? Нормальные, не панталоны…
Волчица беззвучно открывала рот.
– Ох, да ладно вам, – скривилась в ответ. – Это всего лишь трусы, не стоит падать в обморок.
Неуравновешенная подскочила к столу и с хлопком упёрла в столешницу аккуратные бледные ладони.
– Ты немедленно ответишь, кто ты такая и почему айсир Хант тебя до сих пор не вышвырнул? И не вздумай…
– Отойди, пожалуйста, мешаешь, – ровно произнесла я, отодвигая в сторону швейные принадлежности и выкройки будущих трусов.
Глаза волчицы опасно вспыхнули. На мгновение я даже испугалась. Представила, что она станет огромным волком и вцепится мне в глотку, но волчица лишь бессильно зарычала, развернулась и бросилась прочь.
– Ты ещё пожалеешь, – угрожающе пообещала черноволосая.
– Очень сильно, – добавила рыжая со вздёрнутым носом.
– Жди… – добавила блондинка и вышла вслед за своими «подругами».
Потрясла головой и моргнула.
– Что это сейчас было вообще?
Не успела дошить несчастные трусы, как меня снова потревожили. Он появился практически бесшумно, напугав.
Втянулся возле стола, заложив руки за спину и устремил суровый взгляд зелёно-жёлтых глаз на моё рукоделие.
– Тебе нельзя оставаться здесь, – голос Ханта звучал спокойно, но за спокойствием чувствовалась угроза. – Мои невесты нервничают и штурмуют мои покои, я не могу выспаться.
– Спите здесь, – предложила непринуждённо, пожав плечами. – Зачем вам восемь? Одной действительно недостаточно? – я искренне не понимала.
Хант всё ещё выглядел помятым и дико уставшим.
– Каждый брачный сезон я обязан принимать у себя невест со всего Плато, – нехотя пояснил он. – Но это не значит, что обязан жениться. По окончанию сезона, они разъедутся, если… я не поставлю на ком-нибудь из них метку. Такая метка позволяет задержаться в моём логове ещё на две недели.
– И когда заканчивается брачный сезон? – спросила скептически, не понимая такого сложного обычая.
– Нескоро. Он только начался, – сдержанно произнёс вервольф и нахмурился. – Ты сбила меня с мысли, я пришёл не за этим…
Отложила «рукоделие» и поднялась.
– Ты сам себя сбил, – улыбнулась непринуждённо и приобняла мужчину за плечи. – Кровать вон там. Подушка, одеяло… ложишься, глазки закрываешь и спишь. Здесь уж точно тебя никто не побеспокоит. Неуравновешенные су… самки сюда больше не явятся. Ну?
Хант недоверчиво прищурился, а я закатила глаза.
– Слушай, подумаешь как от меня избавиться завтра. Утро вечера мудренее, не слышал поговорку?
Видимо волк чертовски устал, раз согласился. Снял камзол, размял шею и скинул сапоги. Он кажется сам не верил, что делает это…
Я старалась не смотреть. Такое рельефное мускулистое тело немного смущает. Точнее нахождение этого тела рядом, вот что смущает.
– Колыбельную петь не стану, – усмехнулась, накрывая волка одеялом. – Спи.
– Спите, – зевая, поправил упрямец. – Ты должна… обращаться ко мне… – и засопел, закрыв глаза.
– Должна-должна, – усмехнулась и вернулась за стол.
Пора заканчивать. Я ещё хотела подготовить учебный материал для Эленьи. Стоит начать с простого. С букв. Только… откуда я знаю местный язык? И судя по всему, неплохо знаю. Надеюсь и писать не разучилась…
    
Глава седьмая
Я тихонечко вырисовывала буквы, когда в дверь постучали. Глянула на спящего волка, но он даже не шелохнулся. Разметался по кровати, засунув руку под подушку, и мерно посапывал.
Тихонечко подошла к двери и спросила, надеясь, что меня услышат:
– Кто?
После минутной паузы, раздался робкий голос служанки.