Её любимое чудовище
– Разберёмся, – не дрогнувшим голосом произнёс он и поднялся вместе с Алиной, бережно прижимая её к груди. – Пока отправь посланника в столицу за целителем, но так… что принц ничего не узнал. Ясно?
– Да, мой сир, – Раир поклонился и вышел первым…
Глава двадцать восьмая***
Вэйл нёс девчонку через весь особняк, не боясь, что их увидят, что начнут судачить. Плевать. Сейчас главное найти того, кто это сделал и дождаться целителя.
Алина слабо застонала и попыталась перевернуться.
– Тише, девочка… – нежно произнёс и коснулся губами ледяного лба. – Отдохни.
– Я… – но упрямая девчонка не оставила попыток заговорить. – У-ко… кхе… кхе…
– Тише… – умоляя, прошептал Вэйл. – Прошу тебя, тише. Помолчи немного.
Девчонка недовольно завозилась и приоткрыла мутные глаза.
– Мо-ди-… стка, – сипло выдохнула она и снова провалилась в беспамятство.
– Модистка? – удивлённо произнёс Вэйл. – Зачем тебе модистка, девочка?
Сердце разрывала тревога и не покидало ощущение, что он упускает нечто важное…
Занёс Алину в покои, где уже суетилась прислуга.
– Принести грелки и питьё, – громогласно скомандовал, заставив девушек подскочить и засуетиться.
Аккуратно уложил девчонку в кровать и раздел особо бережно. Казалось, одно неловкое движение и малышка сломается, будто кукла. Она выглядела такой хрупкой, такой беспомощной…
«Хочу просто обнять тебя…»
Вэйл провёл пальцами по мягким волосам и вышел, оставляя под дверями охрану.
В допросной сидела сирра Татти Нэм. Растерянная волчица озиралась по сторонам, сидя на металлическом стуле. Её тонкие запястья сжимали грубые металлические кандалы.
– Это не обязательно, – поморщился Вэйл и махнул рукой, чтобы страж снял это убожество со слабых девичьих рук.
А сам встал напротив, напряжённо вглядываясь в лицо волчицы.
– Айсир… – пролепетала она. – Почему меня привели сюда? Я ведь… я даже не понимаю в чём дело…
Вэйл приблизился и глубоко втянул воздух рядом с девушкой. Странно…
– В твоих покоях был обнаружен магический атрибут и та самая булавка, которой укололи мою невесту.
– Вашу невесту? – непонимающе переспросила Татти, хлопая большими глазами.
– Мисс Алину, – терпеливо пояснил и отошёл. – Она находится в плохом состоянии и оттого насколько быстро ты заговоришь, и мы снимем воздействие магии, зависит твоя дальнейшая судьба…
Девушка дрогнула, а карие глаза наполнились слезами.
– Но я ничего не сделала! – испуганно воскликнула она. – Айсир Хант… – нежный голос задрожал. – Я, правда, ничего не сделала. Вы же знаете, как тепло я к вам отношусь, что я даже не рвалась за вас замуж. Я… да мне нравится Алина! Она нормальная. Зачем мне её… – волчица растерянно растёрло лицо. – Я даже не знаю, что с ней сделали.
– Укололи заговорённой иглой и наложили проклятье, – мрачно отозвался Вэйл.
Татти запросто могла смыть с себя весь запах, но у неё не было для этого времени. Она пришла на арену раньше всех…
Думай, Хант, думай!..
Татти не заходила в покои и, по словам стражи, в северном крыле не появлялась. Позже всех на арену пришла Лэйт, она могла… могла. Но она в покоях тоже не появлялась, а утром Алина никуда не ходила. Единственный, кто приходил в покои, это прислуга, что принесла завтрак и модистка, которая пришла…
– Бездна! – сквозь зубы рыкнул Вэйл и вылетел из допросной, чуть не снеся трёхслойную массивную дверь.
«Модистка…» – шептала Алина.
Ну, конечно! У кого ещё могут булавки? Но… она человек, у неё нет дара. Она не могла заговорить булавку и наложить проклятье. Могла взять волос для заговора, но не более…
Все невесты находись в приёмной под строгой охраной. Все семь, Татти в допросной, но где искать модистку. Никого не должны были выпускать из особняка…
– Каян, – подозвал к себе стража и произнёс так, чтобы невесты не слышали: – Разыщи модистку, она у нас одна, светленькая такая, скромная, и притащи в допросную. Чем скорее, тем лучше. Возьми с собой ребят.
– Да, мой сир, – воин поклонился и поспешил исполнить приказ.
Осталось понять, кто же этой гадине помогал.
«А когда пойму… сверну змее шею…»
***
Алексан наслаждался… просто наслаждался. Лаской умелой красавицы, чьё имя даже не спросил, ароматным вином и негой.
Опустил ладонь на девичью макушку и немного надавил, помогая ей взять глубже…
В дверь тихо, но настойчиво постучали.
Волна раздражения прокатилась по телу, заставляя неприязненно морщиться.
– Я сказал не беспокоить меня! Пшёл вон! – выкрикнул он и запустил в резные двери кубок.
– Ваше Высочество! Вы просили сообщить если… – голос из-за двери было едва слышно.
Алексан раздражённо рыкнул и резко поднялся, заправляя рубашку в штаны и застёгивая их. Девушка, сидевшая на коленях, смущённо вытирала алые губки.
– Прости, мой ангел, я скоро вернусь. Не скучай пока… – махнул рукой, разрешая девушке сесть за накрытый стол.
Широким шагом пересёк покои и распахнул двери.
– Ваше Высочество… – камердинер вид имел жалкий.
– Что у тебя? На виселицу захотел? – Алексан едва сдерживал гнев. Неудовлетворённость болью отдавала в паху, распаляя ещё больше.
– Там… посланник вожака вервольфов ищет целителя, – жалобно проблеял камердинер. – Стража сказала…
– Целителя? – удивлённо переспросил Алексан, вскинув брови. – Зачем ему? Он же вервольф, его никакая магия не возьмёт…
– Может, слуге? – наивно предположил камердинер.
– Слуге? Не говори глупостей! – огрызнулся Алексан, но тут его осенило. Лицо разгладилось и засияло торжествующей улыбкой. – Собирай саквояж и вели подать карету. Мы выдвигаемся в Тихое Плато!
Камердинер с готовностью поклонился.
– И целителя не забудь, – усмехнулся Алексан и вернулся в покои закончить начатое. Нельзя отправляться в гости таким неудовлетворённым и раздражительным…
Глава двадцать девятая***
Вэйл общался с волчицами, пытаясь найти среди них одну единственную, что наслала проклятье. Лэйт оставил на потом. С ней труднее всего иметь дело: она хитрая и скользкая, и нужно быть настороже. А подозревать без причины и доказательств нельзя, она может и нажаловаться, только повод дай.
Когда очередь дошла до неё, вернулся Каян.