Её любимое чудовище

Подошла к большому окну и бросила в него стул. Странно, что не слышала звон бьющегося стекла, но осколки… впились острыми краями в кожу. Руки и живот. Даже лицо…
Ни боли, ни страха я не ощутила. Просто хотела домой. Подошла к раю разбитого окна и посмотрела вниз.
Туман… ничего не видно. Ни какая высота, ни что там.
Шаг…
Лечу в пустоту, медленно закрывая глаза. Ожидая удара, боли, но вздрагиваю просыпаясь. Щёки почему-то влажные и пылают огнём, а в груди бешено колотится сердце…
Хант бережно прижимает меня к себе, но я чувствую, что злится. Стоп!..
– Откуда…
– Поняла разницу между спать со мной и без меня? – ровно спрашивает и отстраняется. – Одна из способностей вервольфов заглушать чужие эмоции. Пока я рядом, ты не думаешь о доме, и не волнуешься. Я почувствовал ещё в первый день твоего появления. Ты чужая…
Судорожно сглотнула, но в горле пересохло. Хант поднялся и налил мне воды.
– Так откуда ты? Ты ведь не потеряла память?
– Я… – осушила половину стакана и горько усмехнулась. – Всё это время думала, что сплю… или нахожусь в коме. Я умерла?
– Что за бред? – нахмурился волк и сел рядом. – Если бы ты была мертва, я бы сразу это понял, и не ощущал твои эмоции так явственно. Твоя аура другая… люди этого не замечают, даже не все вервольфы…
– А ваши самки?
– Они не способны видеть ауры, их чутьё не так развито, – Хант подавил вздох и подошёл к окну. – Откуда же ты свалилась на мою старую голову?
– Ты так стар? – хмыкнула, ощущая, как боль и смятение отступают. Наверное, рядом с волком мне и правда спокойнее…
– Да уж… – отозвался он, глядя на то, как светает на улице.
Обхватила колени руками и уткнулась в них подбородком.
– Не уверена, что вообще из этого мира… я шла с занятий и провалилась в люк. Банально?
Хант повернулся, глядя на меня нечитаемым взглядом. Покачал головой и приблизился.
– Этим многое объясняет… – пробормотал тихо и закутал меня в одеяло, что я даже пискнуть не успела. – До рассвета ещё пару часов, а потом нужно собираться. Можешь поспать немного.
– Не уверена, что засну, – прошептала, крутясь в своём одеяльном коконе.
– Я могу уйти, а могу остаться…
– А можешь нарычать, – засмеялась в ответ, а сердце больно сжалось. Не хочу возвращаться в кошмар, но и быть слабой не хочу. Не хочу зависеть от кого-то.
– Я справлюсь, – шепчу не очень-то уверенно.
Волк кивает и поднимается, принимая моё решение. Закрываю за ним дверь и плетусь в ванную. Не хочу себе признаваться, но я боюсь снова оказаться в том кошмаре…
 
Утром Эленья приносит завтрак, а я зеваю, сидя за столом и бездумно пялюсь в окно.
– Госпожа, вам плохо?
Моргнула и села ровно.
– Скажи… в этом замке есть фортепиано?
Эленья удивлённо вскинула брови.
– Госпожа умеет играть?
– Немного, – отозвалась уклончиво и притянула к себе чашку.
– Есть музыкальная комната, – добродушно улыбнулась она и добавила: – Госпожа такая талантливая…
– Приходи вечером заниматься, – напоминаю и откусываю кусок пирога. – Можешь ещё кого-нибудь взять, кто тоже хочет научиться читать.
Эленья вскинула голову, а её глаза радостно загорелись.
– Правда могу?!
– Правда, – усмехнулась и сделала глоток бодрящего кофе. Ум-м… Сай экспериментирует. Молодец.
В покои вошёл Раир и поклонился.
– Мисс Алина. Карета подана.
– Ясно, – прихватила с собой яблоко и поторопилась…
Хант занимал всё сиденье, развалившись.
– Я плохо спал, – недовольно произнёс он и указал на противоположное сиденье. – Поэтому будь послушной и сиди тихо.
Пожала плечами и забралась в карету.
Хант проводил меня украдкой взглядом и сел ровно.
– Почему ты в этом? Где платье, которое я купил?
Удивлённо приподняла брови, всем видом показывая, что не в курсе.
– Раир… – Хант тихо заскрипел зубами. – Ни на кого положиться нельзя.
– Так плохо выгляжу? – спросила и повернулась к окошку, которое прикрывала коричневая шторка.
– Нет, – чувствую на себе его пронзительный взгляд и мурашки по коже. Но хуже другое, стоило мне оказаться рядом, как отступила грусть, как моё настроение улучшилось, хотя ещё пять минут назад я проклинала весь мир и едва могла справиться с чувствами, что выедали душу.
– Ты плакала? – волк протянул руку и коснулся моего лица. – Глаза красные.
– Нет… – дёрнула подборок и усмехнулся. – Лук всё утро резала. Мог бы и помочь.
– Язвишь?.. значит, всё в порядке, – удовлетворённо заключил он и откинулся на спинку кресла. – Можешь поспать, ехать долго.
– Здесь неудобно, – поморщилась в ответ, уже думая об этом.
Волк вздохнул, а в следующую секунду я уже лежала у него на коленях.
– Ноги подожми, – ровно велел он, укладывая мою голову. – Так лучше?
– Не хочу тобой пользоваться, – проворчала в ответ, устраиваясь поудобнее. – Но отказываться не стану, так и знай.
Хант усмехнулся и положил свою горячую ладонь мне на плечо.
– С кем ты жила… ну, в своём мире? Чем занималась?
– О-о… – обескураженно протянула в ответ. Не думала, что его будут волновать подобные вещи.
Пришлось рассказывать. И о том, что жила с мамой одна, что она много работала, и о том, что училась на театральном факультете, а ещё играла в небольшой смешанной группе. Волк и половины не понял из моих слов, но понял главное.
– Женщины в вашем мире сами себя обеспечивают? А как же мужчины?
– У нас равноправие, – усмехнулась в ответ и прикрыла глаза от удовольствия. Волк неспешно копошился в моих волосах. – Мы учимся сначала в школе, потом в университете и сами зарабатываем на жизнь. Бывает, что, выйдя замуж, женщина перестаёт работать, но чаще трудятся оба партнёра. И женщинам нравится развиваться. У нас много творческих профессий, а есть женщины-карьеристки, им вообще брак не нужен. Важно лишь саморазвитие.
– Поэтому ты говорила о работе? О том, что хочешь быть полезной? – глухо спросил волк, подавив зевок. – Привыкла к этому?
– Ну… я как бы чувствую себя обязанной тебе за спасение. За то, что не бросил там на поле среди трупов, за то, что не выставил за ворота… Хотела отблагодарить, – засмущалась, пытаясь спрятать лицо.
– Выгнать меня из своей кровати, отличный способ отблагодарить, – хмыкнул он.