В лапах зверя (СИ)

Но теперь не хочу.
И настроение, до того приподнятое, несмотря на тяжелый день в универе и непонятки в жизни, падает чуть ли не до нуля.
Уже без особого интереса смотрю на витрины.
Манекены, в разных, самых причудливых изломанных позах, наряды на них, красивые, но не цепляющие. Много огней, света, мелькания рекламы…
Всего этого становится чересчур, и я иду вперед, уже, практически, никуда не глядя. Может, какое-нибудь знакомое название увижу? Что-то из масс-маркета? Конечно, в универ ходить в этом неправильно, учитывая, какие там все пафосные. Еще больше будут пялиться.
  
Но смотреть что-то в дорогих отделах не тянет совершенно.
Неожиданно откуда-то сбоку доносится запах кофе, настолько вкусный, что невольно сворачиваю и иду по следу, как крыс Рокки за сыром.
Чуть в стороне от центрального входа — небольшой уютный магазин. Или кофейня?
Пару секунд озадаченно пытаюсь понять, что это такое. Вроде как, витрины имеются. Правда, на них не манекены, а стойки с вешалками. На вешалках — одежда. И… Вот те джинсики я бы померила…
В самом помещении чуть приглушенное освещение, мне от входа отлично виден диванчик и кресла, стоящие на красном коврике. Странный интерьер, напоминающий домашнюю обстановку больше, а не отдел в торговом центре.
А наверху, вместо вывески, приглашение: “Заходи, у нас тут вкусный кофе… И много чего еще”.
Почему-то это умиляет.
И я захожу.
____________________________________
 Глава 24 
В помещении неожиданно не полумрак, как казалось от входа, а уютный мягкий свет. Особо освещены зоны, где стоят вешалки с вещами, и зеркала.
Я останавливаюсь, в легком смятении. Может, развернуться и уйти? Что-то совсем у меня нет настроя на покупки.
Да и возвращаться надо. Не факт, что меня потеряли, я даже больше чем уверена, что вообще не потеряли, но в универе задали море домашки. Словно в школе, ей-богу! И по английскому задали, а это печаль.
Лучше посидеть поучить, чтоб совсем уж лохушкой не выглядеть в глазах всех этих богатеньких студентов.
Пусть и недолго мне с ними общаться (надеюсь), но хочется делать это нормально, без напряга.
Я уже разворачиваюсь к выходу, решив не испытывать больше судьбу, явно сегодня не день для шопинга, когда откуда-то сбоку выходит девушка:
— Привет! Заходи, у нас вкусный кофе!
— Эм-м-м… Да я… — начинаю я говорить, но девушка улыбается настолько приветливо, что кажется невозможным обидеть ее отказом.
Да и кофе… Хочу. И выпью!
— Сколько капучино стоит? — спрашиваю я, потом лишь сообразив, что уж на капучино-то у меня денег точно хватит. И надо бы это нищенское “сколько” из разговора убирать.
— Это угощение, — улыбается девушка, подходя ближе, и я с удивлением понимаю, что она — совсем не девушка. Женщина. Красивая такая, молодая.
Не могу удержаться, рассматриваю ее.
Невысокая, очень фигуристая и в то же время тонкая, в свободном брючном костюме, как-то так интересно облегающем ее фигуру, что ни одной манящей детали не скрыто! А ведь не просвечивает ничего, и вырезов ни одного… Пуговицы, вон, до самого горла застегнуты. Сама женщина смуглая, с темными волнистыми волосами, собранными в небрежный пучок.
Такое ощущение, что это не продавец, а хозяйка дома.
И я зашла к ней в гости.
— Располагайся, — она указывает мне на кресло, и я послушно сажусь. Наблюдаю, как женщина принимается готовить кофе, колдует с автоматом, с какими-то добавками. И комментирует свои действия спокойным мягким голосом:
— К сожалению, по правилам торгового центра, нельзя открытый огонь… Пожарная безопасность… Потому кофе не самый качественный получается. Но все говорят, что тоже ничего. Я как-то смирилась с кофе из автомата, хотя больше люблю по-турецки, на песке. Ты любишь такой?
Она поворачивается ко мне, и я лишь плечами пожимаю:
— Не пробовала никогда.
— О, это надо исправить! — улыбается женщина, и я зависаю на этой улыбке, настолько дружелюбной и нежной, что невольно тянет улыбнуться в ответ, — когда будут угощать, не отказывайся.
Я лишь улыбаюсь.
Угощать? Где, интересно?
В этом склепе Сим-Сима?
Смешно.
— Меня зовут Анастасия, — представляется женщина.
— Лика, — отвечаю я.
— Анжелика? — поднимает брови Анастасия.
— Мама любит французские фильмы, — пожимаю я плечами. К тому, что люди переспрашивают мое имя, я уже привыкла.
— Ты — гораздо симпатичней, чем та актриса, — щурится весело Анастасия.
О.
Приятно.
Краснею, не зная, куда девать взгляд, но в этот момент Анастасия подает мне кофе, придвигает ближе красивую вазочку со сладостями.
— Угощайся.
И я угощаюсь.
И вот клянусь, это — лучший кофе в моей жизни! Не сказать, что я гурман, но…
— Очень вкусно, спасибо! — говорю я и, не удержавшись, еще отпиваю.
— Пробуй пахлаву, я сама готовила, — Анастасия указывает мне на сладость, я послушно беру. Ну вот как тут отказаться?
— У тебя было не очень хорошее настроение, так ведь?
Анастасия садится напротив, тоже с кофе, только с черным, словно деготь. Отпивает, аккуратно ставит чашку на блюдечко.
— Так, — признаюсь я.
И неожиданно для себя выкладываю историю своего неудачного посещения бутика.
— Знаешь, как в фильме “Красотка”, та же фигня, — горячусь я, — только еще хуже!
— Не стоит по одном событии судить обо всем дне, — улыбается Анастасия, — посмотри, может, тебе тут что-то понравится?
— Ну, мне вон те джинсы приглянулись… — отвечаю я.
Анастасия кивает:
— Пей спокойно кофе, угощайся. Сейчас посмотрим, что можно подобрать. Ты, кажется, упомянула про университет? Тебе надо собрать капсулу для него?
— Угу… — я, правда, понятия не имею, что такое капсула, но соглашаюсь.
Мне ужасно нравится тут, в уютном то ли кафе, то ли салоне. Здесь нереально пахнет кофе и пряностями, это расслабляет и одновременно тонизирует.
И я ловлю себя на том, что забываю о своих проблемах, о том, как напрягает меня атмосфера дома Симоновых, как жуток взгляд старшего брата Савы, как неуютно в универе, под насмешками сладких, никогда не видевших бед, мальчиков и девочек. И насколько вообще я себя неуверенно чувствую сейчас. Как шатко и тяжело все, оказывается.
Забавно, что я это осознаю, но как-то уже спокойно, лениво даже. Словно это где-то вдалеке.
А близко сейчас: вкусный кофе и сладости, приятный разговор с доброжелательной интересной женщиной, а в перспективе — покупки. Это заставляет ловить чуть будоражащее превкушение чего-то чудесного. Как подарки на Новый Год в детстве, когда еще верила в Деда Мороза.
— Вот, посмотри, я тебе подобрала несколько вариантов, — Анастасия появляется откуда-то из недр салона, толкая перед собой вешалку, заполненную плечиками с одеждой.
Я изучаю. И не понимаю, нравится мне, или нет.
— Надо мерить, — говорит Анастасия, — допивай и вон туда, в примерочную. Только сразу весь образ примеряй, чтоб оценить.
Ровно через десять минут, глядя на себя в зеркало, я понимаю, что деньги, которые до этого потратила, заказывая через интернет одежду, явно просто пущены на ветер.
Но кто ж знал, что тут такое?
— Ну вот, — удовлетворенно осматривает меня Анастасия, — глаз-алмаз. А вообще, у тебя такая фигурка, что даже мешок идеально сядет… Кстати, о мешках… Вот, еще это примерь.
Она мне протягивает еще что-то на плечиках, по виду, реально мешок.
Но я послушно беру.
И снова меряю. И меряю. И меряю.
И не могу оторвать взгляда от себя в зеркале. Не то, чтоб я жаловалась на внешность, нет.
Но сейчас между мной прежней, обычной девчонкой с района, и вот этой няшной киской, что смотрит из зеркала, разница, как между ладой и космолетом. Оба — транспортные средства. Но на этом сходство и заканчивается.
  
— А что это за фирма? — я в примерочной поискала ценники, нашла, охренела, конечно. Но, выйдя к зеркалу, поняла, что возьму все. Вообще все. И обувь тоже. И все побрякушки, которые Анастасия мне предложила в дополнение. Потому что это — вообще другой уровень.