Иные
— Да закрой ты дверь! Бабье дело, не лезь!
Дюргий вернулся в комнату, едва сдерживаясь, чтобы тоже не закрыть уши. Сел на лавку. По радио мужской голос, слегка волнуясь, говорил:
— Граждане и гражданки Советского Союза!.. Сегодня, в четыре утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города…
Они с отцом переглянулись. Отец прибавил звук, а Дюргий, не дослушав, сорвался с места и снова выскочил в сени.
Женщина на столе еще кричала и плакала. Иван склонился над ней, уткнувшись лбом в ее мокрый лоб, и шептал что-то утешающее. Хильма запустила руки по локоть под юбку роженицы, уже не просто мокрую, а темную от крови. Земля поплыла у Дюргия из-под ног. Вдруг женщина вскинулась, с рычанием тужась, и его обдало странной волной — будто разлили в воздухе теплый янтарный мед. Плотницкие инструменты отца взмыли и задрожали на весу, но ни Хильма, занятая младенцем, ни Иван, кажется, ничего не заметили. А Дюргий завороженно наблюдал, как эта волна окутывает его, как тонут в ней звуки, превращаясь в звон, тихий и тонкий. Невидимая сила коснулась его — ласково, но знакомо.
— Анники… — прошептал Дюргий, и тут все кончилось.
С грохотом попадали инструменты, вода плеснула из ведра. Женщина, обессиленная, рухнула в объятия Ивана, а Хильма подняла на руках младенца, маленького и красного. Хильма шлепнула его по спине — ребенок закричал громким басом.
— Какой грязнуля, — рассмеялась Хильма. Ловко ополоснув малыша в тазу, она завернула его в цветастую простынь и подала измученной матери. — Сын у тебя, красавица.
Дюргий почувствовал, что ему надо на воздух — успокоиться, взять себя в руки. Он выскочил из сеней во двор, вдохнул теплый июньский воздух. Из открытого окна доносилось уверенное:
— Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами!
Рухнув на ступени, Дюргий нервно засмолил, озираясь по сторонам. В деревне все шло своим чередом, словно никто ничего не слышал — ни как рождается новый человек, ни как рассыпается с грохотом хрупкий мир.
Скрипнув петлями, на крыльцо вышел Иван, сел рядом.
— Как зовут жену твою? — спросил Дюргий, кроша табак на землю.
— Аня, — ответил Иван. — А что?
Нет, не бывает таких совпадений. Дюргий покосился на дверь, за которой все стихло, кроме неразборчивого бормотания старухи.
— Ты как вообще? Живой? — Иван хлопнул Дюргия по плечу. — Какой-то зеленый весь. Может, воды? Роды — дело такое…
Дюргий помотал головой.
— Не, не в том. Тут по радио объявили… — Он кивнул на чистое, подернутое легкой дымкой облаков небо. — Война началась.
Лицо Ивана вытянулось, побледнело. Он поверил сразу, будто заранее знал, что так будет. Сидя бок о бок, они молчали, мрачно наблюдая, как из летнего, пронзительно голубого неба один за другим падают на землю черные точки, похожие на птиц. Птицы превращались в людей, люди раскрывали парашюты. Иван протянул руку за папиросой, затянулся, закашлялся с непривычки. Через минуту из сеней донеслось еще слабое:
— Ва-ань!.. Ты где? Что случилось?
В тот же миг с дальнего края деревни застучала короткая очередь и поднялся пронзительный женский крик.
Основано на сценарии Елены Войтович для Плюс Студии
Над книгой работали
Главный редактор оригинальных проектов Букмейта: Ксения Грициенко
Ответственный редактор: Елена Васильева
Менеджеры проекта: Дарья Виноградова, Инна Анищенкова
Руководитель по контенту в Букмейте: Юлия Мишкуц
Литературный редактор: Полина Бояркина
Корректор: Александра Степанова
Продюсер аудио: Анна Меркулова
Звукорежиссер: Надежда Маркелова
Монтаж и саунд-дизайн: Иван Прокофьев
Музыка: группа АИГЕЛ
Обложка: Катя Легушева, Марк Чернышев