Хозяйка "Эльфийских ушек" или Никому не отдам (СИ)

И что это было? Не зря в любовных романах говорилось, что к женщинам у драконов хорошее отношение. Думаю, подержи я так Рамелая за ноздри, не миновать мне тут же ответки, в лучшем случае, по лицу кулаком. А этот попугал и пошел… хотя обещал вернуться, но поживем — увидим. Может, протрезвеет и забудет. Я вдруг поняла, что дракон очень молод, несмотря на уже сформированное тело, лет ему мало, скорее, даже меньше, чем Райне. Я вздохнула, только озабоченных малолетних ухажеров мне не хватает. Ну его…
  
Сердце радостно билось в груди, я своего добилась, из дверей дома потянулись «ночные бабочки» с огромными баулами. Мне было плевать, что они там тащат, все равно после них почти все придется выкидывать. Я не ханжа, но очень брезглива.
Когда последняя из них покинула мой двор, я закрыла ворота, калитку и выдохнула:
— Не так уж и трудно, — сказала я, — главное, чтобы теперь нас оставили в покое. Может, на воротах повесить объявление, что бордель переехал? – спросила сама у себя. Потом осмотрела замерших детей, — входите, нам еще нужно привести на сегодня пару комнат в порядок, перевезти остатки еды.
Иногда я люблю этот мир за длинный день… но не всегда.
Я взяла проснувшуюся Даринку у Райны и пошла осматривать свои владения уже более осмысленно. Внизу было еще три комнаты. Одна, как я поняла была кладовой, вторая столовой, которой, я так поняла, никто не пользовался. Третьим был довольно большой зал с высокими потолками, это навело меня на мысль про бальный зал. Стены тут еще хранили былую красоту и даже пару картин, которые покрылись паутиной. 
На другом конце зала была широкая застекленная дверь на еще одну террасу. Я ее открыла и вдохнула пряный запах трав и цветущих кустарников. Тут сад, правда, сильно запущенный, но еще можно различить и узкие дорожки, и кусты роз, обильно усыпанных цветами, и затянутую вьюном беседку, к которой был прочищен путь.
— Госпожа, — я поморщилась, сколько раз говорила Райне наедине называть меня Альдина. Она вроде соглашается, но потом вновь возвращается к привычному обращению, — мы нашли наверху много спален.
— Оно и понятно, — кивнула я и улыбнулась, рассматривающей свисающие со стен лианы, Даринке, — Приведем в порядок комнаты, и каждый сможет выбрать себе одну, — сказала я девушке.
— Госпожа, не нужно, мы с сестрами поживем в одной.
— А это уже как сами захотите, — улыбнулась я девушке, — кстати, пока мелких нет рядом, расскажи, что там с эльфийскими ушками.
— Хм-м, — девушка замялась, — дело в том, что у нас, эльфов, уши… как бы это сказать…
— Говори прямо Райна, я обещаю не смеяться.
— Считается, что наши уши самая чувствительная для любовного возбуждения зона.
— Эрогенная зона, что ли? — я удивленно потрогала свои уши, вызывая краску на лице девушки.
— Не знаю, что вы только что сказали, но "эльфийскими ушками" обычно обзывают проституток, сейчас редко, это устаревшее название.
— Вот тебе, бабушка, и Юрьев день. Получается, если перевести, мы сейчас будем жить в продажной эльфийке?
— Как-то так, — пожала плечами Райна.
— Вот гад этот Рамелай, — помянула я ушастого, — чтоб у него его эльфийские ушки упали и больше никогда не поднимались.
Я опять потрогала свои уши. Уши как уши. Точно выдумывают. А потом в моей голове возникла мысль, как использовать это название в своих целях. Хихикнула. А что, нужно же чем-то деньги зарабатывать, золото постепенно кончится и что потом, лапу сосать?
Мысль пока сырая, ее еще продумать и обкатать нужно. Поездить по городу, прицениться, на горожан посмотреть, кто как ходит. Я тут же нахмурилась. Жаль, что тут принцессы будут жить. Не мог Рамелай мне в другом городе бордель выбрать. Хотя нет, я с любовью погладила дверь, ощущая под пальцами приятное тепло, я этот дом теперь ни на что другое не поменяю. В ответ пришел отклик счастья. За много веков дом научился чувствовать, это ли не чудо.
— Ничего, — ободрила поникшую Райну, — мы даже из этого названия себе пользу сделаем. Не переживай, пошли лучше комнаты осмотрим.
  
Глава 10
 
Комнаты были довольно просторные, я насчитала их десять штук, плюсом шел большой зал, который можно потом устроить как гостиную. Все обставлены однообразно. Кровать, шкаф, стул, две двери, ведущие в гардероб и которые, скорее, походили на кладовые и небольшие мойки с туалетами. Вот в этом была радость. Мойки — это квадратные низкие ванные, располагались так, что ими пользоваться могли сразу жители нескольких комнат. Только у двух комнат были отдельные санузлы и довольно вместительные ванные комнаты. От дома тут же пришла справка, что все можно переделать, но… энергии потребуется очень много, а я еще слаба.
Что слаба я с ним согласилась, поэтому пока только моем, убираем. Пока выбрали три комнаты, что почище, для девочек, нам с Даринкой и Ираю. Выкинула из них все тряпье, оставив пустую мебель. Свою комнату, которая имела небольшой балкон, тут же проветрила. Закрывшись, покормила свою крошку, и когда она заснула, аккуратно устроила на пустом травяном матрасе, постелив свой плед. Девчонки и Ирай уже набрали воды в большие деревянные ведра и намывали окна и полы.
Райна показала мне, где они нашли принадлежности, а тряпок было в достатке. Наверное, пару часов мы только мыли. Я видела в глазах детей такое воодушевление, что украдкой роняла слезы. Никогда не думала, что так впечатлительна. Перемыв в комнатах все поверхности, кроме стен и потолка, перешли на кухню, тоже очень нужная нам площадь.
Оставлять одних девчонок, да еще Даринку, было страшно, но дом уверил меня, что, если я прикажу, никто в дом не войдет, на том и порешили. Девчонки остаются, убирают, смотрят за Даринкой, я еду с Ираем к нашему фургону за вещами.
— Госпожа, нам нужны лошади, — завел со мной разговор в наемной карете мальчишка, — я уже проверил, на заднем дворе есть конюшни и место для кареты. Если фургон не нужен, лучше купить карету. Чтобы мы сами могли ездить, куда нам надо.
— Нужно посчитать, во сколько нам лошади обойдутся и карета, — с сомнением сказала я.
— Я уже все посчитал еще когда ехали в город, — Ирай был очень серьезен, — карета, самая дешевая, стоит десять золотых туатов, лошади обходятся в месяц сто серебряных туатов, к этому я добавил вызов лекаря, если с ними что-то случится, корм и вывоз навоза.
— Ну допустим, навоз наш дом себе будет забирать, все же это для него полезно.
Я задумалась. Если я собираюсь в дальнейшем продвигать то дело, что задумала, мне нужна будет карета, да и просто осмотреть город нужна карета. Нанимать все время неудобно. Я вздохнула.
— Ирай, давай сейчас доедем до фургона и посмотрим, что можно сделать. Если фургон мы продадим за хорошую сумму и быстро, то лошадей оставляем и покупаем карету. Ты прав, нам лучше иметь свой транспорт.
— Я буду сам смотреть за лошадьми, госпожа, вы не пожалеете, — мальчишка улыбался, сверкая белыми зубами, и сверкал зелеными глазищами.
Наш фургон стоял на месте, даже жалко стало продавать такую красоту, небольшой дом на колесах, но держать его тут и платить за стоянку тоже не выход. Уезжать я больше никуда не собираюсь, поэтому, скрепя сердце, пошла к распорядителю Мару. Гном уже собирал новый караван и на кого-то, как всегда, орал.
— Чего изволите, госпожа Сомайн? — увидел он меня и приветливо улыбнулся.
— Я бы хотела продать фургон, не могли бы вы посоветовать мне, как это лучше сделать?
— Ох, это прекрасная новость, госпожа. Дело в том, что в Сомайне, нет своих мастеров, кто может делать фургоны. Советую вам не ставить его на продажу просто так, а устроить аукцион, я вас уверяю, он уйдет больше тех пятидесяти золотых туатов, которые вы за него заплатили.
  
Я удивленно посмотрела на гнома, тот хохотнул:
— Я не шучу, сейчас дам вам адрес аукционного дома, отдаете им права на продажу, с которой они будут иметь свой процент, естественно. Поэтому продать подороже им выгодно. Это недалеко, можно пешком пройти, госпожа Сомайн. И заключайте магический договор, мало ли.