Академия Икс (СИ)

— Черт… как же тяжело говорить, но… но ты главное слушай! Слушай меня, Грейнджер. — Она почувствовала, как он прижал ее голову к груди. Громкий стук сердца эхом раздался в голове, перебивая сладкий шепот силуэта. — Все, что с тобой происходит, это вина не твоя, не моя и даже не ублюдка Тома. Все это из-за алчной жажды власти в прогнившем до дыр мире. Тебе просто не повезло оказаться в центре всего этого дерьма, но это не значит, что ты слабая!
  
«Я… не виновата… — мысленно выделяла она главные слова. — Я не… слабая».
— Мир, в котором мы живем, отвратителен! Люди сошли с ума, обнажая свои тела на камеру и делая из этого престижную профессию! Это неправильно! Это раскрепощает и стирает моральные рамки. Именно это произошло с Томом. Нынешняя идеология, где личное приравнивается к публичному, соблазнила его, он стал безумцем и устроил геноцид… Гермиона… он использовал тебя… использовал, потому что сошел с ума от власти и безнаказанности. — Его голос с каждым словом становился более плавным, и это каким-то образом успокаивало, вселяло решительность и ясность. — Прошу тебя… прошу, вернись ко мне, чтобы вместе могли бороться с этим миром. Один… я не справлюсь. Я не хочу…
«Я не слабая, мне просто не повезло», — с уверенностью повторила Гермиона, мысленно пытаясь рассеять тьму и оттолкнуть от себя навязчивый силуэт.
Она почувствовала, как руки Драко опустились с плеч на спину, как пальцы вырисовывали понятные только им узоры.
— Драко… — хрипло прошептала она и почувствовала, как его тело напряглось. Вероятно, он услышал. Услышал ее голос.
— Боже… — облегченно выдохнул он, крепче сжимая ее в объятиях. — Черт, Грейнджер, я думал… думал, что я теряю тебя…
«Ты не можешь! Ты должна принять меня! — затребовала Феромониха, пытаясь мелькать перед ней. — Нет! Нет, вернись!»
Но было поздно. Яркие просветы все чаще возникали перед глазами, пока зрение не вернулось в норму. Боль отступала, а вместе с ней и охватившее отчаяние.
От слов Драко на душе становилось легче. Он прав. Прав во всем.
Она не марионетка в чьих-то руках. Ей просто не повезло, банальное стечение обстоятельств, из которого был выход.
Гермиона не обязана поддаваться Феромонихе и отдавать ей контроль. Она в состоянии сама управлять эмоциями, чувствами и мыслями.
«Я справлюсь. Я сама себе хозяйка, только я и больше никто! — подбодрила она себя, чувствуя воодушевление от собственной решимости. — Ты не нужна мне, Феромониха! Больше не нужна!»
Наконец мелькающий силуэт испарился, и Гермиона ощутила, как груз, давящий на нее с момента выхода из комы, тоже исчез. Она глубоко вздохнула, пробираясь мурашками от долгожданной свободы.
Придя в себя, Гермиона непонимающе заморгала и со стыдом посмотрела на хаос, который устроила, пока Феромониха мысленно пыталась завладеть ее телом: кругом валялись осколки стакана и нескольких ваз; пара стульев были опрокинуты; шоколадки разлетелись по всей комнате, пачкая мебель сладкими потеками.
— Прости, я все убе… — Но договорить ей не дали. Мягкие губы накрыли ее, сначала едва заметно и неуверенно, но с каждой секундой более ощутимо и требовательно. Он медленно исследовал каждый дюйм, временами несильно оттягивая нижнюю губу, словно говоря: «Ты меня напугала, больше так не делай».
— Вчера… — с хрипотцой прошептал Драко, слегка отстранившись. — Вчера перед тем, как сесть в машину… Я хотел сказать… — Его челюсти сжались, дыхание участилось. Он запустил пальцы во влажные волосы и приятно сжал несколько прядей. — Знаю, это прозвучит как бред…
Нежное приятное чувство тепла обволокло ее, словно мягкое одеяло. Его присутствие, касания, слова — все это успокаивало и между тем волновало, заставляя сердце выпрыгивать из груди.
— У меня никогда не было отношений, — стыдливо сказал он и сильнее отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза. — Но я хочу этого. Хочу отношений с тобой, Гермиона. Мне ужасно осточертело каждый день менять партнерш и играть на публику в угоду извращенной политике нашей страны.
Она широко распахнула глаза, не веря ушам. Драко Малфой, потомственный порноактер, хотел связать себя отношениями, да еще не ради забавы, а потому что страстно желал этого.
— Знаю, ты вроде как мечтаешь стать известной порноактрисой, мы можем что-нибудь…
— К черту порно! — на эмоциях выпалила она. — К черту съемки, конкурсы, приемы! — Она дотронулась тыльной стороной ладони до его щеки и интуитивно прикусила губу, любуясь красивым лицом. — Я уже давно не хочу спать с кем-то, кроме тебя, а после комы мне вовсе претит сама мысль о карьере порноактрисы.
— Значит…
— Да… я хочу вступить с тобой в отношения, чего бы мне это ни стоило, Малфой, — шутливо фыркнула Гермиона, за что сразу была повалена на спину. Он навис над ней, щекоча кончиком носа щеку.
— Тогда… как насчет перевернуть весь этот прогнивший мир к чертям? — Губами он коснулся чувствительной зоны под мочкой, и Гермиона тихо простонала от удовольствия.
— Очень в моем вкусе. Люблю чертей… даже есть один на примете, мм… — Тело приветливо выгнулось, руки рефлекторно оказались на плечах и медленно двигались к его волосам. — Такой эгоистичный, бестактный… — он нетерпеливо укусил за жилку, заставляя ее руки сомкнуться и сжать несколько прядей, — жестокий… хам.
— Которого ты жадно раздеваешь глазами. Прямо сейчас, Гермиона… — Он широко улыбнулся, плавно пробираясь холодными пальцами под топик и сминая грудь.
— И не поспорить… — Она прикрыла веки и впервые за несколько дней позволила себе по-настоящему расслабиться, забываясь в желанных объятиях.
Впервые Гермиона с уверенностью могла сказать, что этого хотела именно Она, а не Феромониха.
Хотела быть с ним. Только с ним.