"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Мля! Диего не знал, чего ему хотелось. Но не этого всего. Хотелось… быть мужчиной, что ли. Не головорезом, не охуелосом с амбициями, а мужиком. Чтобы девчонки сами липли, потому что… Почему? Потому что рядом спокойно, надежно и никто не обидит.
— Ты пришла найти короля, — пела эта девочка.
И что-то там было еще, что ей всего семнадцать, что она хочет танцевать. И она танцевала. Немного застенчиво в такт песне. А голос… голос лился и лился. Диего хотелось слушать его вечно, настолько это было прекрасно, и настолько он сам себе казался лучше, пока она пела. Хотелось быть тем самым королем, в поисках которого она пришла.
Когда песня закончилась, у него в голове еще продолжали звучать последние отголоски мелодии и голоса. Все хлопали, свистели, а Диего не мог даже поднять рук, чтобы пару раз ударить ладонью о ладонь. Он оцепенел, только с восторгом таращился на исполнительницу, а она несколько секунд смотрела на него. Почему-то с огромным удивлением, словно видела кого-то другого. Он не мог отвести глаз и, наверное, так бы продолжал стоять и пялиться, если бы Леди Мэрилин не увела мулаточку, приобняв за плечи.
После этого Диего тоже пришлось идти прочь вместе с остальными мужиками. Они оживленно обменивались мнениями, но Пять Ран не участвовал в разговоре, он еще жил в песне, еще видел девушку, поющую в свете ярких прожекторов.
В себя пришел только на улице, а продышавшись, осторожно спросил у Поролона:
— Это кто… была?
— Если бы не шлялся всю ночь, знал бы, — проворчал добродушно Леон. — Гостья Старшей. Эрика зовут.
— Как? — Пять Ран будто кипятком окатили. — Как зовут?
Мир вокруг зашатался.
— Джеллика. Ты чего? — удивился Поролон. — Имя как имя. Из каких-то совсем плохих мест приехала — вся в шрамах.
— Откуда знаешь?
— Хелена рассказала. А ей Конни. А Конни — Эрна. А Эрне — Лина, а то не знаешь, как у девок информация расходится.
Диего с трудом сглотнул.
Наконец-то, стал понятен странный сон. Эрика, Линда — он их убил, так или иначе. Юкки… однажды ее волокла из бара пьяная кодла. Пять Ран видел, но прошел мимо, не вмешался. А еще Хелена, которой помогли, которую как раз спасли.
Все так просто!
«Зажигает королева танцпола». «Пришла найти короля».
— Эй! — лапища Поролона обхватила за плечи и не дала свалиться. — Чё с тобой? Сражен силой искусства?
* * *
В роскошном VIP-кабинете ресторана «Вюртемберг» сидели двое. Сухая, с идеальной осанкой и рыжими кудрявыми волосами женщина и молодой мужчина, выражение лица которого было застывшим и жестким.
— О чем задумался? — Ханна Клейн покрутила вокруг безымянного пальца левой руки обручальное кольцо.
— О том, что не понимаю, как Нейт собрался обеспечивать свою безопасность здесь и сейчас, — Дитрих задумчиво смотрел в стену. — Сколько групп подтянет к ресторану, как организует связь с ними, как их замаскирует… Он настолько иначе мыслит, будто мы с разных планет. Все-таки вояка и спустя десятки лет остается воякой.
— Ну, может быть, он обойдется только телохранителями? — равнодушно предположила Ханна.
— Не верю, — сказал муж.
В этот момент их коммуникаторы синхронно пиликнули. Ханна взяла свой, с непроницаемым лицом прочла сообщение и отложила в сторону. Дитрих тоже пробежал глазами по пришедшему на его девайс тексту и с любопытством покосился на жену.
— Как тебе новость? — наконец, спросил он, понимая, что собеседница не заговорит первой.
— Это было ожидаемо, — спокойно ответила Ханна. — Иначе зачем бы ему ее искать и опекать. Омоложение в лучшей клинике Ховерсов дряхлой маразматичной сотрудницы-десять с вырезанной маткой — вполне логичный итог этой глупости.
— Ханна… — муж заговорил неожиданно мягко и даже коснулся узкой ладони собеседницы с непривычной для него нежностью.
— Что касается не заданного тобой вопроса, мой ответ: нет, — Ханна ответила на участливое прикосновение, но тут же убрала руку. — Я не буду предпринимать каких-либо действий, пока эта старая дура на территории Ховерсов.
— Спасибо. Просто я еще очень хорошо помню, как…
— Это было давно, я была молода и вспыльчива. Прошло пятьдесят с лишним лет, Дитрих, ярость не живет так долго.
— А ненависть?
— Ненависть живет. Но я дождусь случая поудобнее.
Дитрих улыбнулся жене, а она продолжила:
— Кстати, я удивлена. Ты почти без сопротивления дал Герарду все, что он попросил.
— Считай такую уступчивость моим подарком невесте, — усмехнулся муж. — Все просто, дорогая. Чем больше уступка, тем сложнее понять, где в ней оставлены лазейки для наблюдения и контроля.
Их разговор прервал возникший на пороге лакей:
— Герр Клейн, фрау Клейн, ваши гости прибыли, их кортеж только что остановился у входа.
— Отлично, — Дитрих встал. — Дорогая?
Ханна поднялась следом, взяла мужа под руку.
— Кабинет переговоров на первом этаже подготовлен, — продолжил лакей. — Вино, фрукты, кофе и легкие закуски уже поданы. Обед подадут сразу по вашему сигналу.
— Думаю, стоит заказать платье для торжества в модном доме Мелинды Ховерс, — сказала Ханна супругу. — Как считаешь?
— Отличная идея, — ответил тот и поцеловал руку спутницы.
* * *
В зале для официальных приемов в особняке Ли Янь Цинь Су Мин еще не бывала. Тут оказалось очень светло, торжественно и, действительно, официально. Ничего лишнего: полы из белого искусственного мрамора, белые стены, высокие потолки с несколькими огромными переливающимися люстрами, большие окна, фуршетные столики (тоже белые), белые узкие диваны в лаунж зоне, установленные так, чтобы было удобно устроиться на них небольшой приватной группой.
Все белое-белое. Тон и цвет приему задавал декор и текстиль, который индивидуально подбирался для каждой встречи. Сегодня это был сдержанный красный и в качестве компаньона к нему — золото. Весьма и весьма.
Но кореянка заметила это вскользь, а объяснения Абэ хотя и слушала внимательно, но размышляла все равно о том, как разрешится дурацкая ситуация с идиотом Мацумото и каким образом после этого придется корректировать свои планы.
Ли Янь Цинь шла рядом, невозмутимая, в красном платье с золотыми узорами. Платье было вполне себе европейским, но сшито по национальным мотивам. Бонза сектора всегда умела себя преподнести и одновременно сделать послание участникам встречи. Сегодняшний ее наряд говорил, что происходящее — вежливая формальность. Не более.
Едва Ли Янь со своими спутниками вошла, к ней сразу же с поклоном шагнул Исикава Мацумото, а с ним — новый посланник. Точнее, посланница. Высокая стройная женщина в диковинном бело-красном наряде, подобных которому Су Мин прежде не видела. Это было кимоно, отдаленно похожее на то, в которое Ли Янь облачилась на траурную церемонию. Именно отдаленно, потому что наряд незнакомки казался более громоздким, менее изящным, а женщина в нем смотрелась, как маленькая куколка в футляре из толстой ткани. Платье схватывал широченный пояс, собранный сзади в огромный, похожий на подушку, узел. Концы пояса спускались до самого пола.
— Рад вас видеть, госпожа, — заговорил Мацумото, обращаясь к бонзе.
Су Мин же с интересом смотрела на стоящую рядом с японцем женщину и думала о том, что при встрече на улице может ее не узнать: лицо незнакомки было белым как бумага, глаза и брови подведены розовым, губы нарисованы красной помадой, причем не по их естественному контуру. В результате лицо напоминало прекрасную маску. Усиливала эффект театральности сложная прическа с множеством заколок и подвесок.
Ли Янь ответила японцу формальным поклоном и произнесла:
— К сожалению, я буквально на несколько минут. Дела. Вместо меня на вашем приеме будут мои представители, — она показала на Су Мин и Абэ.
— Госпожа Ли Янь Цинь, — в свою очередь глубоко поклонилась японка. — Очень жаль, что вы не можете задержаться. Позвольте поблагодарить за гостеприимство и за то, что позволили воспользоваться этим прекрасным залом, а также дали разрешение нанять ваших изумительных поваров.