"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
— Прости, Соня, но ты ведь знаешь… я домоседка, — попыталась оправдаться Памела и добавила, словно в утешение: — Дома помолюсь. Мне так легче, чем на людях.
Собеседница осуждающе покачала головой.
— Это в тебе гордыня говорит, — сказала она назидательно. — Все мы молимся дома и вообще везде, но церковь есть церковь. Там душой очищаешься и…
— Соня, — Пэм вдруг рассердилась. Вот уж в чем она нуждалась меньше всего, так это в наставлениях такой же, как она, старой дуры. — Я больше туда не пойду. Точка. Если ты меня пытаешься позвать в церковь из благих побуждений, то пойми: самое благое для меня сейчас — душевное спокойствие. И обрету я его не на проповедях, а когда найду сына. Прости, я действительно тороплюсь.
И больше не глядя на подругу, которая явно опешила от такой резкой отповеди, Памела заторопилась на выход. Если она поспешит, то еще успеет на переговорный пункт, где есть справочный терминал. Главное — не мешкать, туда идти минут тридцать быстрым шагом. А сейчас уже четверть девятого! В девять пункт закроется, а еще одну ночь в неведении Пэм просто не переживет.
На нее косились с удивлением — Памела неслась, лавируя в безликой толпе. Быстрее, быстрее! В боку уже кололо, и спина вся взмокла, но без двадцати девять миссис Додсон — раскрасневшаяся и запыхавшаяся — влетела в кондиционированную прохладу переговорного пункта.
Здесь, к счастью, еще всё работало — в переговорных кабинках сидели люди и мерцали голограммы. Возле справочных терминалов оказалось пусто, Пэм достала бумажку с записью, которую сделала накануне, когда отправлялась в церковь за помощью к Преподобному. На бумажке было написано правильное название места работы Рекса: «База ГБР 16 902».
Трясущимися руками Памела выбрала в меню терминала пункт «связь», затем пункт «справочная», после этого перед ней развернулось меню с названиями направлений… Десятка три! К счастью, пункт «силовые структуры» значился одним из первых. После этого осталось всего ничего — найти в длинном списке ГБР. Ну и, наконец, номер непосредственно базы, который Пэм ввела, тщательно перепроверив все цифры. После этого нажала «предоставить контактную информацию», и терминал известил, что услуга будет стоить один кред, после чего попросил поднести к считывателю ИД-браслет.
Памела послушно выполнила требование, услышала пронзительное пиканье. На экране появилась надпись «Услуга оплачена» и лишь после этого — контакт для связи. Пэм торопливо достала из сумки огрызок старенького пластикового карандаша и записала тринадцатизначный буквенно-цифровой контакт. Дважды перепроверила, не ошиблась ли в какой из цифр, и нажала отбой.
В общежитие летела, как на крыльях, сжимая во вспотевшей руке заветный клочок бумаги. А уже в комнате занавесила окна, включила телевизор, приглушила свет и достала из-за спинки дивана коммуникатор.
Нет ничего сложного. Всего-то набрать тринадцатизначный номер, тщательно сверяясь с записью, затем нажать кнопку — отправить вызов и ждать…
Ждать пришлось недолго — всего два гудка, а потом голос автоответчика начал долгую и нудную инструкцию: «Если вы частное лицо, нажмите «один», если представляете организацию, нажмите «два». Если вы хотите связаться с имущественным отделом, нажмите…» И так до бесконечности. Пэм замучилась тыкать чертовы кнопки!!! Но где-то на десятой или двенадцатой ей, наконец, предложили соединить с общей справочной службой, после чего сообщили, что разговор будет записываться, и попросили ждать.
Она ждала минуту, и вторую, и третью, в трубке пиликал гимн корпорации, а потом… вызов просто сбросили. Ну или он оборвался по какой-то другой причине.
И Памела снова стала набирать номер, снова тыкать кнопки, снова ждать, снова слушать музыку… Ей повезло на четвертый раз — женский голос отчеканил:
— База ГБР номер шестнадцать девятьсот два, оператор центрального узла Мэддл Селиван. Чем могу вам помочь?
Пэм вдруг растерялась… Что ей сказать этой строгой незнакомой женщине? И будет ли та ее слушать?
— Здравствуйте, — заговорила, наконец, она. — Меня зовут Памела Додсон, номер ИД-браслета двенадцать сто семь восемьдесят четыре три ноля шестьдесят четыре. Я ищу своего сына, Рекса Додсона, который числится в штате вашей базы.
— Миссис Додсон, — перебила женщина, — информация о сотрудниках ГБР является закрытой и не разглашается третьим лицам. Направьте нам официальный запрос на имя…
— Подождите! — взмолилась Пэм. — Я не третье лицо, я его мать! Он пропал, я не могу с ним связаться, а…
Она поняла, что если вот сейчас не приведет какой-то убийственный аргумент, ее просто не дослушают, поэтому продолжила:
— У меня завтра утром эвтаназия. Я… — она всхлипнула, причем совершенно искренне, — хотела с ним попрощаться… Он знает и должен был приехать еще сегодня, но его нет, и он не отвечает на звонки, я… боюсь, что не успею ему сказать… или что с ним что-то…
И уже не в силах больше сдерживаться, она разрыдалась в трубку.
Похоже, оператор центрального узла, имя которой Пэм не запомнила, оказалась в замешательстве.
— Миссис…
— Додсон.
— Да, миссис Додсон, я не могу нарушить протокол. Соболезную вашей ситуации, однако с операторского пункта я никак не могу проверить правдивость полученной информации…
— Но что же мне делать?! — воскликнула Пэм. — Процедура состоится завтра в шесть утра!
Женщина на другом конце соединения замешкалась и сказала мягче:
— У вас явно личный вопрос, я бы посоветовала вам поговорить со старшим безопасности. Его зовут Стенли Нотингрейт. Капитан Нотингрейт. Я вас соединю.
— Спасибо! Спасибо большое!
— Оставайтесь на линии.
И в трубке снова заиграла музыка.
Пэм сидела, глотая слезы, и снова ждала. Долго, минуты три, видимо, женщина-оператор объясняла ситуацию старшему. Во всяком случае, когда пиликанье механической музыки оборвалось, мужской голос сказал:
— Озвучьте ваши данные, миссис.
— Меня зовут Памела Додсон, номер ИД-браслета двенадцать сто семь восемьдесят четыре три ноля шестьдесят четыре. Я ищу своего сына, Рекса Додсона, который числится в штате базы ГБР, номер… — Пэм поспешно развернула бумажку и зачитала номер базы. — ИД-браслет номер…
Мужчина молчал, но Памела слышала в трубку, как едва слышно клацают кнопки. Видимо, он вводил данные браслетов во внутреннюю информационную сеть, чтобы сверить правдивость информации. Через несколько секунд капитан произнес:
— Миссис Додсон, поднесите ИД-браслет к сканеру коммуникатора.
Пэм растерялась:
— Я… не умею пользоваться…
— Просто поднесите браслет к экрану, — терпеливо сказал мужчина.
Пэм поспешно отняла комм от уха и приложила запястье к теплому пластику. Экран загорелся, и комм издал протяжный сигнал. Женщина снова жадно прижала трубку к уху.
— Миссис Додсон, информация о сотрудниках не предоставляется третьим лицам, однако учитывая вашу ситуацию и тот факт, что данные, озвученные вами, подтверждаются, я слегка отступлю от инструкций, — сказал капитан. — Рекс Додсон не числится в составе частей ГБР уже более трех лет. Он выведен из штата и снят с довольствия. Соболезную вашей ситуации.
— Постойте! — пол под ногами Памелы стремительно уходил в пустоту. — Что значит — не числится?! Я разговаривала с ним пять дней назад и…
— Миссис Додсон, я предоставил вам максимум возможной в вашей ситуации информации. По всем остальным вопросам оформляйте официальный запрос в СБ-корпорации, это можно сделать на любом переговорном пункте. Срок рассмотрения заявки — три месяца.
— Спасибо, — глухо сказала Памела. — Спасибо, капитан Нотингрейт.
— Всего доброго.
Мужчина оборвал вызов, а его собеседница, словно подкошенная, рухнула на старый продавленный диван.
Ее сын не числится в составе ГБР. Но он где-то работает. У него деньги, много денег, он может позволить себе делать ей дорогие подарки, но он не выходит на связь. Где его искать — непонятно, чем он зарабатывает на жизнь — мать не знает… Боже, да известно ли ей вообще хоть что-нибудь о собственном ребенке?!