"Фантастика 2025 -72". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Но мисс Тарукай каждой порой источала ужас, он сквозил в каждом её движении, в каждом жесте. Впрочем, сегодня Дейва это уже не заводило. От его гнева и страха не осталось следа, их не нужно было подпитывать. Исчезла необходимость самоутверждаться. Он лишь с глубоким удовлетворением смотрел на дело своих рук: услужливую домашнюю зверушку. 
Она весь день ждала Дейва, готовилась к его приходу, думала о нём. И очень боялась не угодить. Его умиляли её жалкие суетливые попытки скрыть панику и неподготовленность, забавляла её надежда на то, что он ничего не заметит. И Дейв позволил ей заблуждаться. Сегодня можно. Тем более, горничная, и правда, очень старалась услужить. Обычно эти её усилия только сильнее разжигали в нём гнев, распаляли, но не в этот раз.
  
Вода в ванне оказалась почти той температуры, какой он предпочитал. И это даже тронуло Дейва. Он ведь вернулся домой на час позднее обычного. Однако Джеллика расстаралась к приходу хозяина сделать всё так, как он любил: горячую ванну, горячий ужин… Правда, пены влила чуть не флакон, он едва в ней не утонул, а воды было — на донышке. Но Дейва это не разозлило, скорее позабавило. Как позабавили жалкие попытки горничной скрыть косяк с ужином. В другой раз он бы не простил ей лживой изворотливости, но сегодня всё, буквально всё будило в нем благодушие и снисходительность. 
К тому же видеть, как у Джеллики трясутся руки, было таким наслаждением, в котором Дейв даже в нынешнем расслабленном состоянии не мог себе отказать. Знать, что для кого-то ты — центр мироздания, потому что именно от твоего настроения полностью зависит чужая жизнь.
Вот почему Дейв сделал вид, что не заметил оплошности мисс Тарукай. А еще ему очень понравилась робкая попытка горничной проявить ласку и заботу. Он же видел, как её колотит. Тем ценнее была эта новая нота в их отношениях. Сама того не подозревая, Джеллика подала хозяину идею для новых утончённых издевательств. На свое счастье. Ведь в последнее время ему стало мало её страха перед физическим наказанием, он заскучал. И вдруг — такое поле для экспериментов.
И Дейв позволил за собой ухаживать, позволил с собой разговаривать. Это было свежо и по-своему остро. Так остро, что он захотел продолжить игру в другой плоскости и принёс мисс Тарукай в спальню. Этот величайший акт доверия поверг девку в совершеннейший шок, её трясло от пяток до затылка. И хозяин с наслаждением наблюдал, как его жертва пытается перебороть ужас, проявить взаимность… Обычно-то она лежала бревно бревном, так что он чувствовал себя каким-то некрофилом.
В ту ночь, благодаря старательности Джеллики, Дейв смог драть её в свое удовольствие часа, наверное, два. Всё же, когда женщина в постели пусть неумела, но усердна, удовольствие получаешь куда большее. Да ещё этот её страх очень добавлял остроты. Так добавлял, что утром Дейв снова обстоятельно и с удовольствием попользовал девчонку, после чего в прекрасном расположении духа отправился на работу. Он уже прикидывал, как будет развлекаться с Джелликой вечером, жил предвкушением, когда…
Один-единственный звонок.
Белобрысая сука! Она никак не хотела оставить его в покое! Лично позвонила сообщить о том, что квоты на забор образцов для лаборатории увеличены, и потребовала сдвига в исследованиях уже к концу месяца. При этом не забыла намекнуть, что в случае недостаточного старания поднимет вопрос о компетентности мистера Парсона и соответствии им занимаемой должности.
У Дейва ужас смешался с гневом. Он едва дождался свободной минуты и сразу набрал своего куратора из АБН. Попросил к вечеру организовать полный сервис по снятию напряжения, после чего постарался отдышаться и успокоиться.
Он держал себя в руках, Корпоративный Дух тому свидетель! Держал, когда вернулся домой, держал, когда эта черномазая дура подала ему стейк, сегодня на редкость сухой и безвкусный.
Держал, когда она звенела посудой и чуть не опрокинула бутылку с вином. Держал, когда зазвонил телефон…
А потом самообладание его покинуло. Куратор из АБН сухим отрывистым голосом, не утруждаясь даже маломальской вежливостью, выплюнул в трубку: «Сегодня не получится. Придется подождать». Дейв прорычал, что за те деньги, которые он платит, услугу должны предоставлять в срок, а не ставить в лист ожидания. Однако ему напомнили, что он не VIP-клиент, а значит, нех выделываться, и вообще, подводить контору под суд желающих нет. После чего просто оборвали вызов!
Такого поворота событий мистер Парсон не ожидал… Да что там не ожидал! Для него это стало шоком, а потому эмоции, столь тщательно сдерживаемые в течение всего дня, прорвались наружу. Виновата, конечно, как всегда, была эта трясущаяся черномазая дура, которая, видя, что хозяину плохо, начала бесить его, бормоча всякую ахинею! 
А потом… потом было затемнение. Дейв не понял, как сорвался. Помнил, что повернулся, увидел испуганную служанку, а потом… чернота.
Он очнулся, ослепленный светом фар, стоящий на пороге собственного дома, а на дорожке сидела на заднице эта всклокоченная окровавленная сука и орала, орала, аж заходилась. Тут Дейв с ужасом понял… всё понял! Схватил её за шиворот, втащил в дом, зашвырнул в чулан. Даже не приковал. Просто закинул внутрь и запер, спрятав от самого себя. А ключ метнул в стену. 
Потом снова было затемнение. 
Очнулся он на набережной. Стоял у железного парапета, жадно глотал прохладный, пахнущий водой воздух и пытался понять, что случилось. Тело сотрясала дрожь. Еще он вспотел — был сырой просто до нитки. Постепенно приходило осмысление произошедшего. 
Джеллика не поняла. Не осознала опасности. 
На этот раз хозяин бы не просто слегка её помял. Всё шло к гораздо более трагическому финалу. Её бы собирали по кускам по всему дому… Хорошо, что она вырвалась. Если бы этого не произошло, и если бы Дейва не ослепил свет фар…
Мистер Парсон рвано вздохнул. Он едва не убил ту, кто поддерживала в нём силы, ту, которую так берег, от которой напитывался уверенностью и чувством превосходства. 
Эледа, долбаная гадина! Чуть не лишила его самого дорогого — спокойствия! 
Дейв еще некоторое время стоял, сунув руки в карманы брюк и глядя на черную воду, а когда совсем успокоился, сел в машину и поехал домой. Его уже отпустило — гнев сошёл. Остался лишь мерзкий страх, точнее, его отголоски… 
Дома мистер Парсон снова принял ванну, привел себя в порядок, переоделся и посмотрел в зеркало — олицетворение респектабельности. Глаза, правда, воспалённые слегка, но это пройдёт.
Когда он открыл дверь, Джеллика ринулась из темноты чулана и распласталась на полу, обхватив ноги хозяина. Горничная захлебывалась в словах и рыданиях, уверяла, что любит его, просто обожает, умоляла простить, просила дать ещё один шанс. Она даже не замечала, что ее изрезанные руки всё ещё сочатся кровью и та пачкает дорогие брюки мистера Парсона. Дейв равнодушно слушал, глядя на трясущийся затылок и плечи. 
Страх медленно отступал.
— Встаньте, мисс Тарукай, — сказал хозяин, брезгливо освобождаясь. — Хватит трястись. Это раздражает.
Горничная тотчас вскочила, глядя на него глазами преданной собачонки. Она была именно такая, как надо: растрепанная, затравленная, с лицом, опухшим от слёз, дрожащими губами.
— Приведите себя в порядок и приберите в гостиной. Не заставляйте меня напоминать вам о ваших обязанностях.
— Да, мистер Парсон, конечно! Спасибо! — она с такой готовностью ринулась выполнять его приказание, что у Дейва потеплело на душе. Он очень ценил рвение и старательность.
Правда, пришлось ещё раз переодеться, но это уже была ерунда. Есть кому выстирать — сама испачкала, сама и исправит. Окончательно нервы успокоило виски со льдом. 
  
Хозяин устроился на диване, цедил алкоголь и молчаливо наблюдал за горничной. Ту колотило от его внимания до такой степени, что руки, держащие компактный бесшумный пылесос, мелко-мелко тряслись.
— Знаете, мисс Тарукай, — сказал вдруг Дейв, словно бы невзначай, — а ведь вы неблагодарная маленькая дрянь.