Воины Арктара

Раздумывать о том, что произошло, было некогда – вампир, пойманный в огненный обруч был не опасен, но второй, припадая на раненную ногу, был слишком близко, чтобы забыть о нем. Двумя взмахами топора Агрон отрубил ему руки чуть повыше локтя, а третьим снес ему голову. Ослепленный ярким светом огня, привыкший к сумраку ночи вампир был не опасен – вряд ли он даже успел понять, почему его руки, вдруг, перестали подчиняться ему, а перед глазами на отрубленной голове небо и земля несколько раз поменялись местами. Обезглавленное тело сделало несколько неуверенных шагов, и нелепо дергаясь повалилось на землю, пытаясь удержать равновесие взмахами бескровных культей.
  
Тело второго вампира было охвачено пламенем, и оставшееся ему время измерялось секундами… Огненный обруч исчез – в нем больше не было необходимости. Пылающее тело с воем понеслось прочь, чтобы догореть в траве где-то в отдалении…
Агрон огляделся, оценивая обстановку, и то, что он увидел, не принесло радости. Алекс из последних сил отмахивался мечом от наступающего на него вампира, не отводя взгляда от черных зрачков этого существа… В любой момент он мог лишиться последних крох жизненной энергии, и не успеть среагировать на молниеносный выпад вампира. Медлить было нельзя!
Агрон бросился к нему, на ходу вынимая из-за пояса второй метательный топор. Не было времени даже на то, чтобы наложить на него ауру меткости, не говоря уже о том, чтобы гадать, кто пришел к нему на помощь, сковав вампира огненным обручем. Агрон замахнулся топором, но не успел метнуть его. Прямо перед ним черноту ночи рассекла яркая алая линия, огненная стрела, вонзившаяся вампиру в грудь, в то место, где у любого живого существа должно было бы находиться сердце.
Он вскрикнул, и захлопал руками по груди, пытаясь сбить расползающееся по его телу пламя, но огненный обруч, материализовавшийся вокруг его плеч не позволил ему даже шевельнуться.
Агрон опустил топор – в сравнении с оружием того, кто пришел им на помощь, все его мастерство боя, и вся доступная боевая магия были лишь игрушками. Сотворить заклятья, подобные огненной стреле или обручу мог лишь маг-огневик, и оставалось надеяться, что он настроен враждебно лишь по отношению к вампирам.
Молния расколола небо надвое, на миг ослепив Агрона, а раскаты грома оглушили его подобно мастерски нанесенному удару. Пылающая фигура вампира, лишившись остатков силы, вливавшей жизнь в его мертвое тело, рухнула на землю и затихла.
Агрон огляделся, ища своего нового союзника, или же просто нового игрока в этой игре, которому суждено будет оборвать его жизнь и его поход за Свитками Знаний. Огневик стоял неподалеку, в своих темных одеждах практически полностью сливаясь с ночной тьмой, и лишь зоркий глаз орка способен был выделить его фигуру на фоне звездного неба.
– Приветствую тебя, огненный! – крикнул Агрон, высоко подняв руку, – Благодарю тебя за помощь!
Огневик не шелохнулся, и на миг сердце Агрона ухнуло в пятки. Кто знает, что творится сейчас в голове этого странствующего служителя огненного культа? Огневики всегда были непредсказуемыми, и внушали трепет всем живым существам в Заповедных Землях. Бежать не имело смысла. Сражаться было бесполезно…
В детстве Агрон слышал от отца о том, что в незапамятные времена клан орков в голодный год совершил набег на храм огневиков, в котором, в тот момент, находились лишь юные маги-недоучки. Они вынесли все припасы, и убили всех, чтобы скрыть следы своего присутствия…. И по сей день никто не знает, как верховный маг храма выследил их, но когда он пришел на стоянку клана степь, казалось, обратилась в ад. Чей-то меткий топор все же сразил великого огневика, но раньше, за несколько минут он успел истребить почти всех орков, находившихся поблизости… Клан был уничтожен, и с тех пор орки обходят стороной храмы огневиков, опасаясь вызвать гнев их обитателей.
Темная фигура направилась к ним, освещая себе путь языком пламени на верхушке своего посоха.
– Мы не ищем вражды, Огненный, – крикнул Агрон, крепко сжимая в руке рукоять топора. Что бы ни случилось – он постарается как можно дороже продать свою жизнь.
Тишину ночи разорвал хриплый смех огневика, и в свете его посоха Агрон увидел изрезанное морщинами лицо мага. Он был стар, но не слишком, видимо только что шагнув в старость, но еще не успев в ней увязнуть.
– Если бы я искал вражды, орк, ты уже катался бы по земле, пытаясь сбить пламя, – усмехнулся маг, – Твой род должен помнить урок, который один из нас преподнес клану Каноев.
– Канои совершили преступление, и поплатились за него, – ответил Агрон, – Я принадлежу к клану Саморов, и не отвечаю за дела других.
– Знаю, знаю, – усмехнулся старик, подходя ближе и остановившись в двух шагах от Агрона, – Орки всегда были самодостаточным и самовлюбленным народом. Пусть мир канет в небытие, пусть Арктар вернется и испепелит свои Заповедные Земли – лишь бы осталась трава в орочьей степи, на которой можно спать, да степные звери, которых можно употребить в пищу. Вы не отвечаете за грехи других, вы не приходите другим на помощь. Вы – сами по себе, и за это вас ненавидят, но за это же и уважают.
– Спасибо тебе за помощь, хотя она и была излишней. Мы справились бы сами, ты лишь ускорил конец нежити. Назови свое имя, чтобы я мог рассказать своему клану об огненном маге, пришедшем на помощь орку!
– Мое имя Кельт-Адас, орк. А ты, должно быть, Агрон… Бывший вождь клана Саморов.
– Я вижу, огненный орден знает все о делах нашего клана? – с поклоном спросил Агрон, хотя на сердце у него пылал пожар. Какое дело этому магу до внутренних проблем клана? Откуда он вообще знает о том, что Агрон был изгнан своими же сородичами.
– Если бы огненный орден не знал всего, что происходят в Землях Арктара, они давно захлебнулись бы в крови и утонули в хаосе. Поэтому я знаю и то, куда ты держишь путь, и то, откуда пришел твой спутник.
Только сейчас Агрон вспомнил о существовании Алекса, и обернулся, чтобы взглянуть на него. Взгляд в глаза вампира дорого ему обошелся – человек выглядел так, как будто только что состязался в трехсотверстном заберег с лучшим бегуном орков, и еле держался на ногах. Но все же держался, и рука Алекса уверенно лежала на рукояти меча. Он мог быть самовлюбленным, самоуверенным и совершенно неподготовленным к путешествию по Землям Арктара, но отказать ему в мужестве было нельзя. Не зная, что перед ним стоит живая легенда Заповедных Земель, маг-огневик, которым орки пугают своих детей, Алекс готов был биться с ним на смерть, сделай он хоть один неверный шаг.
– Меня зовут Алекс Нидман, огненный, – кивнул он, заметив, что взгляд Кельт-Адаса направлен на него, – И мне было бы очень интересно узнать, откуда ты знаешь обо мне так много, при том, что я не имею понятия о том, кто ты?
– Присядем к костру, странники, – предложил маг таким тоном, как будто это не он пришел на чужую стоянку, а как раз наоборот, приглашал случайных путников к своему костру, – Солнце встанет еще не скоро, и у нас есть много времени на обстоятельную беседу.
– Я слышал, огненные маг умеют черпать силу прямо из огня? – спросил Агрон, опуская топор и кивая Алексу чтобы тот последовал его примеру, – Но ни орки, ни люди не умеют обходиться без сна и пищи. Наш путь был долог, а бой тяжел, и мы предпочли бы поговорить с тобой после рассвета.
Маг рассмеялся, и даже в его непроницаемых глазах скользнула тень улыбки.
– Ты и вправду таков, каким я тебя представлял, Агрон. Своенравный и своевольный, как все орки. Но ты прав. Невежливо с моей стороны навязывать вам свое общество этой ночью. Предлагаю вам отдохнуть, странники! Я же остаток ночи проведу к костра, охраняя ваш сон, и будьте уверены, ни один вампир или другая ночная тварь не посмеет подойти к вашему лагерю ближе, чем на выстрел моей огненной стрелы.
  
– Не сомневаемся… – ответил Агрон, и, кивнув Апексу, опустился на землю у костра. В глазах Алекса был немой вопрос, и нужно было постараться ответить на него так, чтобы не вызвать гнева мага. Впрочем, с другой стороны, орки всегда были известны своей честностью и прямотой.