"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Как же? Ты так страстно спешила ко мне на свидание…
– Вы меня с кем-то перепутали, эс.
Матиас подошел еще на шаг ближе. Вот ведь… я понимала, что происходит. Этот паразит просто заявляет на меня права. Метит территорию, как последний паршивый кот. Простите, котики.
Тем не менее…
Когда эс и эсса собираются пожениться, заключить помолвку или просто приглядываются друг к другу… да вот это и происходит. Беседы, совместные прогулки (в рамках приличия), обеды и ужины за одним столиком…
  
Судя по всему, Мариса не помогла.
– Каэ…
Еще немного, и наглая лапа коснулась бы моего лица. Я едва сдержалась.
Но приличные эссы не перехватывают мерзкие конечности на излом, не ломают никому пальцы, не бьют в глаза или горло… даже если очень хочется. Даже если очень-очень.
А вот отстраниться я могу. Так, что наглая лапа зависла в воздухе.
И еще раз.
И еще.
Матиас понял не сразу, но потом до него дошло, что я проделываю, и парень остановился. В больших карих глазах вспыхнула злоба.
– Ты…
– Я. Тебе мало? Я добавлю. И я тебе не Каэ.
Матиас ухмыльнулся еще пакостнее.
– Ты уверена?
– Эс Лиез… – Я возвела глаза к небу. – Окажись вы последним мужчиной на земле… я бы посвятила себя богам! И дала обет безбрачия!
Сказано это было так искренне, что Матиас даже притормозил. Я и не врала. Ну кому, кому может понравиться вот ЭТО?
Даже в семнадцать лет… в мои семнадцать лет я больше ценила в мужчине ум, целеустремленность, характер, чувство юмора, а не вот… такое ЧСВ. Именно, что оно самое!
Может, у психологов это как-то иначе называется, когда человек считает себя центропупом всея планеты. А по-простому именно так. Чувство собственной важности. Очень распространено у спонсоров.
У некоторых я его и сбивала целебным массажем самолюбия.
– Но почему?
Видимо, это было настолько неожиданно, что Матиас растерялся.
– Потому что вы омерзительны.
– Я не урод, не калека, я пользуюсь успехом у женщин, – окончательно сбился с программы бедолага. – Я будущий драконарий, я богат…
Ну и как тут было устоять? Классика – она ж в любом мире бессмертна!
– Всем-то ты хорош, добрый молодец, да только я тебе не пара.
– П-почему? – предсказуемо повелся Матиас.
– Хвастаться не умею [34].
Ответом на мою тираду были выпученные глаза Матиаса и дружный хохот со стороны. И откуда только берутся непрошеные свидетели? Но Матиас был занят, охотясь на меня, а я – уворачиваясь от него. Вот и не смотрели по сторонам, а зря.
Беглый взгляд сообщил, что мы стали главной новостью дня. Матиас побагровел.
– Т-ты…
Я мило улыбнулась. Я, конечно. Еще полезешь – еще получишь. Даже и не сомневайся.
Парень заскрипел зубами, сжал кулаки, но понял, что дальше будет только хуже. Развернулся, сплюнул под ноги и покинул поле боя.
Я развела руками.
– Простите, эсы и эссы. Концерт закончен, все свободны.
И тоже ушла со сцены. Бесплатно я народ не развлекаю.
* * *
– Матиас перешел в наступление.
– Я поговорила с ним. Но родителям он написал о тебе, пока предварительно. И решил приударить за тобой. Ты-то рядом.
– Вот зараза! Что б ему на другое отвлечься?
– Дракона он в этом году не получит, даже права на Выбор – и то не будет. Поэтому… может, санторинцы приедут – отвлечется? А пока терпи, Каэ.
Я про Санторин уже и думать забыла, сдался мне он сорок лет!
– Санторинцы? А этим что тут надо?
Мариса только глаза закатила.
– Каэ, ты как с дерева упала! Они к нам столько времени пытались попасть, а в этом году вот – король пошел им навстречу. К Выбору приедут!
– Из кого выбирают?
Как-то я к вечеру плохо соображала. И спать хотелось…
– Каэ! Ко Дню Выбора!
– А-а-а-а-а… – До меня дошло.
Ну да, праздник выбора дракона, праздник, когда происходит импринтинг. И драконы могут выбрать себе друга-человека.
Парней туда и приводят, чтобы те подружились с ящерами. Сначала эсов, потом раэнов, потом – что останется, кто останется…
Можно и санторинцев допустить.
– В этот раз Выбор делают больше тридцати молодых драконов! Такое не каждый год случается!
Даже не каждые два. У драконов есть свой график, почкуются они не каждый год, или нерестятся, как там это правильно называется. В среднем самка дракона может отложить яйцо где-то раз в десять-двадцать лет. Если чаще, то драконы будут некондиционные. Недоразвитые. Чего-то они не доберут из материнского организма. Ну и… вылупятся и передо́хнут через какое-то время. Ни крыльев у них не будет, ни разума.
Такое уже случалось.
Драконов я продолжала изучать, чаще по энциклопедиям. Подобраться поближе в драконюшню у меня не получалось, охрана там стояла в три слоя. Так что наблюдала я издалека.
Ничего, кто ищет, тот найдет пути. Даннара сказала – равновесие? А мне почему-то кажется, что оно невозможно без драконов.
Интуиция? Идиотизм?
Я сама не знаю. Только точно понимаю, что хочу увидеть их вблизи…
Драконы!
– Тридцать драконов. М-да, такого давно не было.
– Больше двадцати лет!
Я кивнула.
Собственно, потому в академии и учатся три года, чтобы дать эсам побольше шансов. И драконам тоже.
Нет-нет, тут не идет речь о выборе вот того самого и единственного, это не сопливое романтическое писево о том, как двое встретились – и все. Песец пришел и скушал всех.
Просто есть люди, которые более и менее чувствительны, есть такие же драконы, поэтому подбор пары может занять годы. Это случается.
Но всю жизнь выбирать тоже нельзя.
Такая вот несправедливость, драконы могут выбирать партнеров несколько раз, они-то живут дольше людей. Намного… если их не убьют.
Люди рядом с ними вообще короткоживущие. Сколько там человеку отмерено? Лет семьдесят?
Драконариям – побольше, лет сто, но и они тоже смертны. Дракон переживает своего друга-человека и через какое-то время, лет через тридцать-сорок, чувствует, что может выбрать нового.
И снова проходит Выбор.
Человек может выбирать дракона максимум до двадцати лет.
Потом уже ничего не получится, как ты не извращайся. Ночуй в драконьих пещерах, пробуй драконью кровь или мочу, молись всем богам… нет таланта?
И контакта не будет!
Поэтому и приходят в академию в семнадцать лет. И уходят в двадцать. Все логично. Непонятно, правда, на что рассчитывают санторинцы. Если верить источникам – шансов у них нет. Хоть они тут год просидят, хоть три. Но вдруг Мариса знает больше?
– А за это время санторинцы хоть раз становились драконариями?
– Я не помню.
– И я о таком не читала. И чего они сюда таскаются?
Мариса хихикнула.
– Каэ, ты что? Здесь же МЫ!
– Мы?
– Ну да. Эссы могут выйти замуж в Санторин. И кстати, для санторинцев они выгодная добыча. Кровь же…
– Они не теряют надежды получить своих драконариев?
– Да. Если дракон сделает Выбор – это навсегда. А еще… еще во главе посольства будет принц Баязет.
Я честно попробовала припомнить, что это за зверушка. Выходило сложно. Вообще не выходило.
– Если я правильно помню, у тора в Санторине штук семьдесят жен. И детей – на курс академии хватит?
– Да. Но среди них тоже есть свои лидеры. Баязет… о, я его как-то раз видела, он приезжал в столицу! Он тако-о-о-о-ой!..
Судя по томному голосу Марисы – местный кекс-символ. Ладно, не станем опошлять. И язвить не будем.
– Мариса, нас в лучшем случае издалека посмотреть пустят.
– А вот и нет! Будет прием по случаю их приезда. Будет бал ко Дню Выбора! И потом тоже наверняка что-то будет.
Я кивнула.
Будет?
Ну и фиг с ними. Переживем. Тут главное что? Как в окопе. Не высовываться. Вот.
  
* * *
Академия…
Это больше слово, чем реальность. На первый взгляд кажется, что все просто.