"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Хотя приглашение Карамо звучало суховато и официально, повод прийти в его каюту оказался для Темных Звёзд подлинным сюрпризом.
Обновки!
На это прельстится любая, от княжны до подёнщицы.
— Ваши размеры дал профессор, — пояснил кавалер, открывая серые казённые портпледы, чем-то похожие на вещмешки. — У него полезная страсть — всё измерять и взвешивать. Обратите внимание: новейшая форма! вы наденете её первыми не только в империи, но и на всём Мире. Я специально для вас выпросил её в интендантстве… по знакомству.
  
Лестный намёк на первенство сработал — девчонки с интересом разглядывали разложенную перед ними форму.
— Стильный фасон, — одобрила Эрита.
— Но это мужское, — хмурясь, возразила Лисси.
— Полностью, — утвердительно кивнул Карамо. — Включая обувь и бельё. Хотя вы можете что-нибудь сделать по-своему, как привыкли. Взгляните, какие тельняшки… — Он словно продавал им платье в магазине. — Чистый шёлк. Партия только что из швейных мастерских, другой пока не выпущено. Сейчас всё военное в моде. Скоро за костюм авиатора будут драться, платить тройную цену… А это? тонкий лён, почти не ощущается на теле. В жарких странах лёгкие вещи незаменимы.
— По-моему, великовато. — Эри приложила к себе верх комбинезона.
— В смысле, не в обтяжку?.. Модельер не учитывал, что аэронавт будет красоваться фигурой. Скромность прежде всего…
— Вы хотите, чтобы мы носили это постоянно? — напирала Лис почти с возмущением. — Я понимаю — для гимнастики, для выездки…
— На борту «Быка» — да, — отрезал Карамо. — Ваши платья здесь настолько непрактичны, что говорить не о чем. По трапу — ещё куда ни шло, но есть лестничные шахты. Представьте себя лезущей по вертикальной лестнице в юбках…
— А почему я должна по ней лезть?
— …или себя в лунном полёте. И ветер вам в пятки.
— Женщин-авиаторов не бывает, да? — Лара перебирала новые наряды.
— Пока нет. Милосердные сёстры, связистки…
— Но что о нас скажут члены экипажа? экспедиция? — продолжала своё Лисси. — Это в какой-то степени… греховно.
— Об этом я думал в последнюю очередь. Впереди Якатан, где порядки сильно отличаются от наших. Там ряса, долгополая одежда — признак священника или монаха. На вас это будет смотреться смешно. А вот имперское кепи с кокардой сразу вызывает у якитов приступ уважения. И ещё — те из вас, кто умеет стрелять, будут носить личное оружие.
— Якиты опасны? — спросила Эрита.
— Опасны все.
Лара решительно заявила:
— Прикажите выдать мне револьвер.
— А вы… — с сомнением начал Карамо, но тут вмешалась Эри:
— Гере, она единственная из нас стреляла в человека.
«Выступает как большая. — Лара с сердитым удивлением скосилась на принцессу. — А сама на две недели меня младше… Инкогнито, а всё равно титулом взять хочет. Думает вправду Бези заменить… куда там. У Бези дружок был сам Церес, а у тебя — кадетишка?..»
Но чем строить из себя храбрую деваху, которой чёрт не брат, лучше сказать правду.
— С перепугу стреляла, — созналась Лара на вопросительный взгляд Карамо. — Сарго… тот здоровяк с кривым носом, мы с ним однажды повздорили. У него шрам остался на виске.
— По-моему, корнет к вам хорошо относится.
— Мы помирились. Вообще Сарго славный парень, хотя грубиян. Он мне жизнь спас, — прибавила Лара. — Мне и Безуминке. На него можно положиться.
Даже Карамо, часто имевший дела с дикарями, контрабандистами, преступными гробокопателями и другими странными людьми, был поражён тем, какие подробности таились в биографии миловидной кареглазки. Вот уж никогда не догадаешься, в чём могла быть замешана такая юная девица… Ему осталось лишь кивнуть:
— Вижу, моей экспедиции везёт с персоналом.
— Я тоже должна получить револьвер, — со звоном в голосе потребовала Лисси. — Хотя мне нужно тренироваться в стрельбе…
— Касабури научит, только спроси, — подсказала Лара.
Идея Лисене понравилась — она улыбнулась, даже тайком подмигнула Ларе.
— Этим займётесь на твёрдой земле, анс. Пока мы в воздухе, посвятим время другим делам. До обеда и после — лекция о целях экспедиции. Для уюта можно взять на лекцию Анчутку, вместо кошки… кстати, кто так назвал пату?
— Горничная, гере.
— Божественно. А после ужина будем запускать барышень с хребта корабля. Сейчас переоденьтесь и возвращайтесь ко мне. Ан Ларита, прошу вас ненадолго задержаться…
Оставшись наедине с кареглазой девчонкой, Карамо невольно сосредоточился на её лице.
«Я не мог видеть Лариту прежде. Но черты лица кажутся странно знакомыми… словно в ней кто-то скрывается под маской».
Кивитские скулы — семейный признак Динцев. Узкий подбородок, отчего она кажется чуть моложе своих лет. Вроде ничего особенного?..
Но взгляд — со скрытой печалью, отчего так?.. — взгляд пристальный, внимательный и вопросительный.
«Это не простушка. Это потомок двух запретных орденов, наследница двух даров Господних. Зрячий медиум-дальнобойщик — и левитесса?.. Поистине, комендант знал, кого производить в кавалеры. Жаль, сержант Динц не получил посвящения… Твёрдая порода — за десять поколений не рассеялась и не утратила даров».
— Ваш эфирный собеседник… тот, кто предупредил о бедствии — больше не выходил на связь?
— Нет, гере кавалер.
— Где он находился?
— Почти строго на севере… около румба к западу.
— Дистанция?
— Большая! дальше, чем я обычно слышу. Примерно… три тысячи миль.
— То есть он там, куда мы летим… Не западнее? не в Кивите?
— Нет. — Лара помотала головой. — Азимут Кивиты я знаю. Оттуда вещают молитвы, проклятия… Пять или шесть голосов, они слабо доносятся.
— Вот записка. — Карамо быстро писал карандашом на листке дорогой, палевой с узорами, почтовой бумаги. — Как только тот голос появится, запомните направление и бегите в штурманскую рубку, она на нижней палубе. Предъявите записку, вас пропустят. Попросите штурмана наложить луч голоса на карту. Покажете мне.
— Дирижабль на лету рыскает… — замялась Лара.
— Над сушей иначе нельзя, тут ветры меняются, есть восходящие потоки. Когда пойдём над морем, станет спокойней.
— …я могу ошибиться.
— Ан, кто из нас медиум? кто кому должен объяснять, как вводятся поправки?
— А… что ему сказать, если он спросит о…
— Скажите, что прощает только Бог, — жёстко ответствовал Карамо. — Если он хочет быть прощён на земле, пусть живёт с честью или умрёт с честью. И осторожнее с ним — он скверный человек.
Отпустив девицу, кавалер с интересом вскрыл второй конверт, доставленный силачом-корнетом — отчёт Галарди по родословной Динцев.
Статс-секретарь, получив наводку, быстро накопал много любопытного об этой семейке.
Но главная его находка бросилась в глаза с первой страницы, из равнодушных беглых строк: «Отец — Ольдер Динц, кровельщик. Мать — Рутана Динц (в девичестве Эливис)».
Рука с бумагами опустилась на стол, а левая сжалась в кулак. Светлая каюта померкла в глазах Карамо, словно незримый Молот Гнева опустился на него, и душа, выбитая из тела сокрушительным ударом, полетела вниз, в пропасть тёмного царства — туда, где горят неугасимые костры обид, где текут реки слёз, где упрёки и стоны летают как чёрные птицы, не находя приюта и ответа…
«Я молилась святым Ларам, чтобы он родился крепким и здоровым — и назвала в их честь… Посмотри, какой у нас славный мальчишка!»
«Рути, у меня будет время наглядеться на него. Я позабочусь о нём, он ни в чём не будет нуждаться. Но мы не можем быть вместе… Вот деньги. Ты сможешь устроиться, как захочешь».
«Турмо, неужели…»
«Поцелуй его, попрощайся».
  
«Возьми меня с собой. Я согласна даже…»
«Поторопись. Нас не должны видеть вместе».
«Турмо!»
Дверца хлопнула, кучер взмахнул бичом, лошади рванули. Тёмная, наглухо закрытая карета устремилась в ночной дождь, в бездонные пустые переулки, взметая колёсами брызги из луж. Бежала ли девушка следом — плачущая, промокшая, с кошельком золота в руке, оставленным взамен ребёнка?.. Он слышал удалявшиеся неразборчивые крики, но не посмел сдвинуть шторку заднего оконца, оглянуться.