"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Долдонушка выдурняется, — покачала головой Лебедь. — Как отдал хрустальный беличий домик иноземным купцам за долги, так и приспособил ларец. На охране и то экономит. Оставил сторожить белку всего двух стрельцов. Домик специально к дубу подвесили, чтобы никто дотянуться не смог. Раз в неделю дьяк с казначеем приходят, забираются по лестнице и выгребают у нее переработанные орешки. Насыпают взамен обычных, лесных. Да еще туристов иноземных стали водить, показывать чудо. Срамота! Эх, то ли дело при Гвидоне… Что-то я в воспоминания ударилась. Смерть кощееву вы, конечно, не нашли?
— Не нашли, — покачала головой Алена и отхлебнула меда из кубка. — А потом он придумал… Да что ж ты раньше мне, Лебедушка, не сказала!
— Выбрось его из головы, дуреха! Пропадешь ни за что ни про что… Ну не хочешь Добрыню, не надо. Скажи, кого хочешь, я тебе его хоть завтра сосватаю. Любого, хоть в море, хоть на земле. На руках будет носить! Есть у меня один порошок…
Лебедь замолчала, осознав, что подруга ее не слышит.
— Ну что тут поделаешь, — сокрушенно вздохнула царевна. — Совсем девка сдурела… Ну, что он там, Змей твой, придумал?
— Как меч-кладенец отобрать у Кощея.
На противоположном конце стола могучий кулак Ильи Муромца ударил по столешнице так, что закачались кубки и плошки, да нервно взвизгнула скатерть-самобранка.
— Отберем! Дай только срок, отберем мы меч-кладенец у Кощея. Ох, болит мое сердце, как вспомню, что сам, сам отдал ему… Ничего, пусть только попробует напасть на Русь матушку. Пусть хоть пальчиком тронет. Уж я устрою ему! — Илья, привстав, погрозил невидимому врагу кулаком, и плюхнулся со всего размаху на скамью.
— Отберем! Тут никаких разговоров быть не может, — хором поддержали Микула с Алешей.
— Ну и как вы решили отобрать кладенец у Кощея? — шепотом продолжала расспрашивать Лебедь.
— А вот, завтра с утра и посмотрим. Ведь в твоем озерце можно будет на него посмотреть?
— На кого?
— Да на Змея!
— Говорят тебе, дура, выкинь его из головы! Я тебе его показывать не буду. И ездить к нему не смей!
— А как же ты узнаешь, что он предпримет против Кощея? — ехидно поинтересовалась Алена.
— Мда… — Лебедь задумалась. — Ну, разве что, ради такого дела… О, милочка, да ты совсем уже носом клюешь. Пойдем-ка спать, — подняв на ноги Алену, Лебедь повела ее в светлицу, сама запинаясь на каждом шагу. — Спать, спать. Утро вечера мудренее… Ох, зря ты оставила князю Владимиру свое лукошко волшебное. Сейчас бы оно нам всем пригодилось.
* * *Поднявшись поутру, Алена с Лебедью обнаружили, что за столом вповалку спят, сотрясая горницу богатырским храпом, не трое богатырей, а четверо. Видимо, ближе к утру от Яги вернулся Добрыня. Он храпел громче всех и даже во сне имел вид крайне несчастный.
— Эх, какой молодец по тебе сохнет, — вздохнула Лебедь. — А ты… Будить их сейчас бесполезно. Пойдем-ка лучше поглядим в озерце.
Они уже вышли за ворота, когда Алена спохватилась.
— Верхом надо было поехать! Ведь целый час пешком отсюда до озера.
Но Лебедь, взяв Алену за руку, решительно потянула ее в лес.
— Я тут протоптала быструю тропиночку. По ней можно и за пару минут туда-сюда обернуться. Пойдем скорее. Уже солнышко к зениту подбирается. Боюсь, самое интересное мы уже проспали.
И правда, до озерца они добрались удивительно быстро. Лебедь сделала над водой несколько пассов. Замелькали изображения — залы змеева логова, тропинка, ведущая к царству Кощея, совершенно незнакомые Алене, высокие, покрытые снежными шапками горы.
— Да где же он мотается? — занервничала Лебедь.
— А ты попробуй не место, а самого Змея искать.
— Если бы это было так просто. Если Змей не захочет быть найденным, то его и не найдешь. Любой из нас умеет не только искать, но и скрываться. Иначе бы все друг о друге знали.
— То есть Змея найти ты не можешь, — нахмурилась Алена.
— Как видишь, пока что нет.
— А ты возьми меня за руку. Может у меня получится.
Лебедь скептически посмотрела на Алену, глубоко вздохнула, но все же решилась попробовать. Сжала руку Алены, а та попыталась вспомнить Змея, позвать, поговорить.
«Ты постой, не до тебя мне, Аленушка», — мысленно отмахнулся Горыныч.
Но Лебедь тут же нащупала что-то. Зашептала, водя над водной гладью свободной рукой. Появилось изображение Змея, с крайним напряжением сил работающего крыльями. В лапах Горыныч держал Святогора вместе с его богатырским конем.
Лебедь удивленно присвистнула — Святогор и его конь размерами ничуть не уступали Змею, и то, что Горыныч умудрялся нести эдакую махину по воздуху, было чудом даже для этого сказочного мира. Впрочем, чудо длилось недолго. Горыныч обессилено высунул язык и спикировал к земле, широко расставив перепончатые крылья.
— Ох, смотри, не урони меня, Горынушка, — прогудел Святогор, опасливо поглядывая на приближающуюся землю.
— А что тебе, каменный, сделается? — хмыкнул Змей. — Упадешь, так неужели развалишься?
— Как с большой высоты, да в землю мягкую упасть, так боюсь мне не выбраться. Не найдется тогда в мире силушки, чтобы вон из земли меня выдернуть.
— Учту, — пропыхтел Горыныч. — Мы тогда на те вон камни спикируем.
— На камни еще ничего. Камни хорошо меня держат, — удовлетворенно кивнул Святогор.
Пару секунд спустя богатырь-гора обрушился всем своим весом на самую большую в гряде торчащих из земли скал. Земля дрогнула, а скала, покосившись, частично ушла в почву, тут же перестав казаться самой большой в гряде.
Змей, рухнув рядом, распластался, вытянувшись во всю длину и раскинув по земле крылья.
— Что, братец, притомился? — сочувственно поинтересовался Святогор.
— Уф, — ответил Змей и прикрыл глаза.
— Бедненький, — прошептала Алена.
«Надо, что ли к Бабе Яге ее сводить, — озабоченно подумала Лебедь. — Без отворотного зелья тут, похоже, не обойтись».
— Ну как? Набрался сил? — поинтересовался спустя пару минут Святогор.
— Да вроде, — Змей оторвался от земли, и, бодро взмахнув крыльями, взлетел на соседнюю скалу. — Ничего. Еще пара-тройка таких перелетов, и мы будем на месте.
— И не лень тебе надрываться, Змеюшка, — покачал головой богатырь.
— Для родного брата чего не сделаешь, — махнул Горыныч крылом. — Ну, давай, готовься… поехали!
Святогор хлестнул своего огромного косматого коня, тот, звероподобно, по-волчьи, оскалив пасть, богатырским скоком взмыл в небо. Следом взлетел и Змей. Подхватил на лету Святогора с конем и, исступленно работая крыльями, потянул его еще выше.
— Ай да братцы! Ишь, чего удумали, — покачал головой только что подошедший Илья Муромец. — Интересно, чем все это кончится?
— Наверное, Горыныч хочет перевезти Святогора через топи, чтобы он не увяз из-за своего веса. Ведь он богатырским скоком может только в горах скакать, — пояснила Лебедь.
— И куда же Змей эдак везет его? — полюбопытствовал Илья.
— В Кощеево царство. Отнимать меч-кладенец, — ответила Алена, не отрывая глаз от картинки на озерной глади.
— Ага, — Муромец прокашлялся, погладил задумчиво бороду и, пробубнив что-то невразумительное, двинулся короткой тропинкой обратно на заставу.
Горыныч тем временем снова устал и медленно снижался. Аккуратно уронив Святогора на невысокую горную гряду, Змей снова распластался на земле.
— Он что, действительно таким образом сил набирается, или просто отдыхает? — поинтересовалась Алена.
— Конечно, сил набирается. Что же ты таких простых вещей не знаешь? Все дети Великой Змеи, Земли-Матушки, могут, эдак вот полежав, заново сил набраться. А уж Святогор со Змеем и подавно.
— А вот и мы, — радостно прогудел сзади Илья Муромец. Он нес в руках скамью и маленький столик. Следом шел Добрыня с серебряными кубками в руках и со скатертью-самобранкой подмышкой. Потом из леса появились Алеша с Микулой, несущие колья и какой-то тяжелый тюк.
— И что это будет? — поинтересовалась Лебедь.