"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)

Миша скорчил грустную гримасу, его губы задрожали, а в глазах заблестели слезы.
— Блин, вот я тупой! — схватился он за голову, чувствуя, как стыд и разочарование захлестывают его. — Я ж не знал, господин. Подумал, что если без перемен, то значит, и овощи, и кофе вам должен приносить в костюме Лидии.
— Тебя давно надо было гнать с работы в шею, тупоголовый стероидный безмозглый мешок из груды бицепсов! — но Федор Валерианович был неумолим. Его лицо побагровело от ярости. — Проваливай! Проваливай, я сказал!
  
— Но, господин, куда я пойду? Я больше ничего не умею, кроме как служить вам и бить людей, — полнейшая грусть захлестнула Мишаню. Слезы потекли по его щекам, размазывая тушь.
— А это уже не мои проблемы! Делай что хочешь: хоть снимай штаны и бегай по городу на руках! Пшел вон!
И бедному телохранителю ничего не оставалось, как ретироваться прочь из кабинета, пока его не закидали до смерти огурцами. Он чувствовал себя униженным и разбитым, не зная, что делать дальше.
А тем временем в кабинете Федор Валерианович продолжал проклинать всех тупиц, что на него работали. Но внезапно он услышал очередной стук в дверь, и внутрь ворвался запыхавшийся Павел.
— Господин, как вы и просили: десять бойцов из отряда Теней прибыли, — протараторил он.
Валерианович сразу велел им входить. Наемники оперативно проскользнули в кабинет, рассредоточившись по помещению. Одни встали у окна, внимательно следя за улицей внизу, другие заняли позиции поближе к двери.
Бойцы были немногословны — от них этого никогда не требовалось и не поощрялось. Их тела с ног до головы покрывали черные костюмы без единого видимого шва. Даже лица скрывали цельные черные маски. Непонятно было, как они вообще могут через них что-то видеть, но, похоже, проблем со зрением у них не возникало.
Валерианович пару секунд разглядывал молчаливых наемников, а затем невольно спросил:
— Слушайте, парни, а вы в туалет как ходите, если приспичит? У вас эти костюмы вообще как-то расстегиваются?
Бойцы молча переглянулись, но ответа так и не последовало. Валерианович недовольно буркнул:
— Да вы что, все немые? Какого черта?
Вместо ответа один из них в высоком кувырке ловко подлетел к столу Валериановича и, вынув словно из воздуха визитку, аккуратно положил ее перед стариком. На ней был указан магазин с уникальными артефактными памперсами любых моделей и для любых возрастов.
— Что за чертовщина? — пробормотал Федор, недоуменно разглядывая визитку и чувствуя растущее замешательство.
Второй мужчина, перепрыгнув через голову в воздухе, приземлился рядом со столом, словно кошка, и положил купон с десятипроцентной скидкой в этом магазине, действующий до конца декабря.
— А я смотрю, вы довольно ловкие ребята, — хмыкнул старик, впечатленный их акробатическими способностями. И достал из ящика стола фотографию и протянул им. — Это ваша цель. Оплата по факту.
Самый низкий из троицы достал толстую папку бумаг и ручку. Их движения были отточенными и профессиональными. Скорость явно, была их преимуществом.
Плюхнув эту папку на стол, он подал ручку Валериановичу и стал показывать, где стоят галочки и где нужно подписывать при заключении контракта:
— Да вы охренели! — возмутился Валерианович, пролистав договор и почувствовав нарастающее негодование. — Зачем вам столько страниц? И что значит пункт сто пять точка два? В случае невыполнения задания с вашей стороны я плачу вам в двойном размере? За кого вы меня принимаете?
Мужчины замахали руками, и один из них с виноватым видом произнес:
— Простите, мы перепутали договоры. Сейчас все исправим.
— Надо же, а вы говорить умеете, — съязвил старик, с облегчением подписывая исправленный вариант из двух листов.
Проводив странных гостей, Федор откинулся на спинку кресла и, закинув руки за голову, задумчиво произнес:
— Знаешь, Бобик, все сложное на деле оказывается простым. Всего тысячу заплачу, и вопрос с Добрыниным будет решен. И чего все так паниковали, ума не приложу. Одни кретины кругом, видимо.
Пес лишь сочувственно вздохнул, глядя на хозяина. Он-то знал, что в жизни не бывает ничего простого, и предчувствовал, что это дело может обернуться для Федора большими неприятностями.
* * *
Я люблю эту безмятежную тишину дома, когда только тихо шумит компьютер и пальцы кликают по кнопкам геймпада. Умиротворение наполняет меня: чистота и порядок царят вокруг, свет приглушен, создавая уютную атмосферу.
Никуда не спеша, я перепрохожу во второй раз одну из своих любимых игр в жанре темного фэнтези. Моя домашняя питомица, курица, мирно дремлет в своей уютной корзиночке у порога гостиной, где я устроил для нее комфортное местечко.
Но пора ненадолго прервать игру, ведь от долгого сидения тело затекло, и необходимо немного размяться. С улыбкой на лице я потягиваюсь в кресле и ставлю игру на паузу. И в этот момент почти сразу увеличиваю вес большой кованой люстры в гостиной в пятьдесят раз.
Черная быстрая тень, мчавшаяся сейчас на меня с катаной в руке, была раздавлена люстрой в считанные секунды. За разминкой короче далеко ходить не пришлось. Несмотря на свою скорость, противник не смог противостоять силе гравитации.
Еще у меня для подобных привычных ситуаций на системном блоке всегда лежит клинок. И стоило лишь увеличить сейчас мощность его притяжения, как он за долю секунды пробил стену насквозь, и вторая цель попала под удар. Минус еще один враг, но крови уже многовато. Так что нет смысла продолжать мелочиться.
Дальше трое наемников из этой компании ворвались в проход гостиной и зачем-то подпрыгнули на месте, выставляя мечи перед собой. Это они для красоты или для пафоса выполняют такие одновременные слаженные движения? Им бы в цирке выступать с такими талантами, которые сейчас пропадут даром.
Все трое заорали что-то нечленораздельное, похожее на «У-й-яяя!» или «Х-у-й-яяя!». Видимо, они не совсем русские. От этих криков моя курица проснулась и недовольно посмотрела на них слипшимися глазами. Выпрыгнув из корзиночки, она раздраженно закудахтала и попыталась клюнуть одного из них в ногу, но тот грубо пнул ее.
— Зря ты так поступил, — произнес я абсолютно серьезным тоном, даже не вставая с места. — У моей курицы психологическая травма от прошлого хозяина, который ее бил. Она очень злопамятная, и с ней даже собаку заводить не нужно. Готовьтесь, она вас всех убьет.
Наемники переглянулись, и один из них не выдержал и заржал, прогнувшись назад и схватившись одной рукой за живот. Второй рукой он указал на курицу, явно недооценивая ее возможности.
— Давай, малышка, они полностью твои, — махнул я курице и, сняв с нее немного гравитации, помог ей взлететь повыше.
Курица подлетела к тому подонку, который ее пнул, и снесла яйцо над его головой. Я помог ей, значительно увеличив вес яичка. Оно проломило череп наемника насквозь. С таким яйцом я бы стал непобедимым в традиционных играх на Пасху.
Двое других даже не успели толком сообразить, что происходит. Одного курица решила заклевать, и ей понадобился лишь один удар клювом, чтобы отправить его на свидание со Смертью. Я вовремя помог ей с гравитацией, превратив ее в настоящий танк. Третий помер от куриного помета в прямом смысле этого слова. Помет сломал ему все кости на лице — невиданное событие, которое журналисты бы точно оценили.
Тем временем со спины, с другого прохода в гостиную, ворвались еще двое, но их сразу придавило насмерть книжным шкафом. Выходит, осталось еще трое. Пойду встречу их в другой комнате. Похрустев шеей и надкусив яблоко с тарелки, я вышел им навстречу.
  
По их неуверенным движениям и замешательству было видно, что они не совсем понимают, почему я еще жив и где остальные незадачливые члены их отряда.
Я же взмахнул пальцем, и самый низкий из них ростом упал на пол и стал на огромной скорости ездить от стены к стене, ударяясь об нее всеми частями тела. Он катался, как шайба на льду в хоккее: от ворот к воротам. Только шайбе было бы все равно, а ему — нет. Он довольно быстро забрызгал стены кровью и превратился в безжизненный мешок с костями и кожей.