"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— Знаете, не боюсь! — ответил я и неторопливо доел уже остывшую колбаску, а затем снова протянул стаканчик для порции виски. И один из богатейших банкиров современности безропотно его наполнил. Остальные же терпеливо ждали моего ответа. — Финансовая система уже неоднократно менялась. Всего век назад она опиралась на серебро. Потом — на биметаллическую систему. Чуть позже отказалась от серебра. Вернее, почти отказалась.
Тут я сделал задумчивую паузу, но она никого не напрягла. Они слушали и анализировали. И я всем нутром ощутил, что если выводы их не удовлетворят, меня не отпустят с этой полянки. И не помогут ни навыки ганфайтера и бойца баритсу, ни охранники, кружащие по острову, ни даже «засадный полк», прогуливающийся на двух яхточках по окрестным водам. Победить их надо было умом и волей. И даже Фредди, которому я кое-что предварительно разъяснил, не станет мне помогать, если я не справлюсь. Ну что ж, «ты этого хотел, Жорж Данден!»[145].
— Но уже сейчас в мире начинает не хватать золота. Во всех странах, кроме, может быть, Соединённых Штатов и Великобритании, банкнот ходит больше, чем запасено драгоценных металлов.
— Ты нам льстишь! — тут же отреагировал Шифф. — Идёт большая война, золото вымывается отовсюду. Скорее всего, с будущего года Правительству придётся ввозить запрет на вывоз золота из страны[146].
— Тем более! Да и по реакции англичан на некоторые мои предложения я понял, что у них с этим металлом тоже туго. Так что, если бы нашли неисчерпаемый источник золота… И тут всё равно, будет ли им Философский камень алхимиков, золотой метеор, как в романе мсье Верна, оливиновый пояс, как полагают учёные, или ядерные превращения. Повторю — совершенно неважно, что это будет. Главное, что такой источник надо держать под нашим полным контролем. Золота надо добывать ровно столько, сколько необходимо для обеспечения нужд экономики, и ни унцией больше, джентльмены!
Повторюсь, это были киты, до которых мне ещё расти и расти, несмотря на весь накопленный опыт. Но тут, на несколько мгновений мне удалось их «пробить». Было ясно видно, что такого здравомыслия от меня они не ждали, но оно их радует. И мои шансы уйти из этой рощицы живым и здоровым только что существенно подросли.
— Так что мне действительно жаль, джентльмены, что я не представляю, реально ли вообще получить золото таким путём.
— Да? — колюче переспросил Карнеги, мигом растерявший вид доброго дедушки. — А что тогда каждую субботу вывозят инкассаторские броневики из подвалов физического факультета Беломорского Университета? Судя по тому, как проседают их рессоры, тонны по три, не меньше. И второй вопрос: почему они везут свой груз в депозитарий банка «Норд»?
Не успел я ответить, как прозвучал вопрос от Рокфеллера:
— И почему банду китайцев, которая неделю назад перехватила этот груз, так тщательно ищет ваша безопасность?
М-да… И ведь, вроде бы, мы всё готовили заранее. Но — снова будто могильным холодком повеяло. Теперь недостаточно голой логики, они вслушиваются в мои эмоции, отражающиеся в интонациях, в позе, выражении лица.
— На это могу ответить только две вещи. Во-первых, это не синтетическое золото. Это вообще не золото. А во-вторых… Знаете, у нас конечно джентльменам верят на слово, но… Я готов подписать юридически обязывающий договор обо всём, что говорил ранее. Если, я повторюсь, именно если, мне станет известен способ дешёвого производства золота методом ядерных превращений, я обязуюсь не производить его более, чем нужно для функционирования экономики. И предоставлять в виде займа под, скажем, пол процента годовых, банкам-агентам Федеральной Резервной Системы Соединённых Штатов и Министерства финансов Российской Империи.
— И всё? — удивился Фредди.
— Да, и всё. Остальные страны должны будут занимать уже у этих банков-агентов. Обкатать формулировки мы поручим юристам, но суть я изложил. И готов под этим подписаться.
— Юра, а вы точно не еврей? — вдруг спросил Якоб Шифф.
— Кто ж может такое знать абсолютно точно? Вопросы крови — самые непростые! — близко к тексту процитировал я роман Булгакова. — А я к тому же — сирота, ничего не знающий о своих предках.
— Логично. Предлагаю выпить за достигнутое взаимопонимание! — подвёл итоги Рокфеллер.
Разумеется, эти люди не верили в могущество бумаги. Но они услышали главное. Подрывать основу их власти я не собирался. И предлагал, если что, править остальным миром вместе.
И это их пока устраивало. Несмотря на все достижения и совершенные рывки в развитии, настоящего конкурента они ни во мне, ни в России не видели!
из мемуаров Воронцова-Американца
'…Разумеется, встречался я не только с этими хозяевами жизни, но и с инженером Гансом Манхартом, по моей просьбе вернувшемся в Штаты ещё до начала Великой войны, и со многими другими. Даже Вильсон нашёл время для короткой и неофициальной встречи. Жаловался на то, что не знает даже, выдвинет ли его партия на предстоящих выборах.
Сейчас многим странно будет это слышать, но в стране, больше всего заработавшей на той войне, была масса недовольных. Одним не нравился рост цен, другим — то, что из оборота исчезало золото, а третьим — обсуждавшийся запрет на вывоз золота из страны. Причём были недовольные и тем, и другим одновременно.
Многим не нравилась система с подоходным налогом, кого-то бесило, что Рокфеллер стал миллиардером. И больше, чем половина страны была недовольна тем, что всё больше становилось работающих женщин.
Досталось и моему «передвижному шоу». Наши «пацанки» были «одной крови» с местными флэпперами, так что и те, и другие скопом огребали за 'нарушение традиций.
Увы, но после Восточного побережья мы с девчонками расстались. Они отправились на Запад, а я был вынужден срочно возвращаться в Россию. Как компромисс между срочностью и безопасностью выбрали маршрут Нью-Йорк — Рейкьявик — Романов-на-Мурмане[147]. Из порта опрометью помчался на железнодорожный вокзал, где меня и встретила разъярённая супруга…'
Вагон поезда Романов-на-Мурмане, 30 мая 1916 года, вторник, поздний вечер
Натали встретила меня на перроне, но не позволила ни обнять себя, ни поцеловать. Только процедила:
— Пошли в вагон! Отправляемся немедленно!
Да что за муха её укусила? Прошлый раз нечто подобное было несколько лет назад, из-за Марии Соррель. Неужто опять приревновала? Поверила в сплетни «желтой прессы» о том, что я использовал девчонок в качестве передвижного гарема?
В нашем вагоне она напряженно сидела напротив и молчала, дожидаясь, пока поезд не наберёт ход. Чувствуя её состояние, я тоже ждал, теряясь про себя в догадках о причинах столь мощного негатива.
Наконец, когда никто уже не мог ни заглянуть в наши окна, ни подслушать из тамбура, она поднялась, подошла и наклонилась ко мне.
Хрясть! Пощечина обожгла, но ещё сильнее была обида.
— За что⁈ — завопил я
— Тише ты, кобель старый! Люди услышат! Я кого предупреждала быть осторожным? Не тебя?
— Да ничего не было!!! — пусть тише, но всё равно довольно громко произнёс я. — Кто и что тебе наврал?
— Ах, не было⁈ И под бомбы с торпедами ты не лез⁈
— Подожди, Наталья! — твёрдо ответил я, перехватив на этот раз её руку. — И да, на будущее. Не смей больше поднимать на меня руку. Ни-ког-да! Или я глава нашей семьи, или будем разводиться.
— Ах, так ты ещё и разводиться вздумал⁈ — казалось, она слышит что-то совсем не то, что я сказал.
— Нет. Ты для меня — единственная и самая любимая во всём свете. Больше всех я люблю тебя и наших детей. Но именно поэтому я не могу позволить, чтобы ты перестала меня уважать. Помнишь, как в Писании говорится?
— Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу… — прошептала она
— Именно. А после того идёт наставление мужьям — «любите жён своих»[148]. И это связано, дорогая. Если муж любит, а жена не уважает и не боится демонстрировать это, семьи не получится!