"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)
— И как это называется? — поинтересовался он будто у самих небес. Небеса хранили молчания, взамен из воздуха появилась женщина в чем-то серебристом, напоминающем платье.
— Судя по тому, что можно увидеть — героев убивали целенаправленно, — заметила она, подойдя поближе. — Только непонятен повод к этому, разве что отдаленные последствия, но далеко смотреть лень.
— Далеко и не надо, — хмыкнул мужчина, еще раз вздохнув. — Ядерная война через двадцать лет.
— То есть все закончатся, — поджала леди губы. — И что делать будем?
— Ну вот смотри… — перед ними закачались три тени. — Пацан не уходил, поддерживая девчонку, девчонка на выплеске ушла, а мужик — где-то тоже так, энергия детонации всего, что было.
— А! Бесхозные души! — поняла женщина. — И что?
— Мужик — военный, с пацаном его слить — тогда выживет, — предложил одетый во все черное. — Только поговорить сначала.
Обнаружив себя на какой-то поляне, изрытой воронками, товарищ старший лейтенант поднял бровь. На опаленной траве лежали двое подростков, уже отправившихся в мир иной и чьи-то кишки. Чуть поодаль обнаружились двое — женщина в платье будто бы из фольги, и мужчина во всем черном. В остальном сцена напоминала стоп-кадр, что вызывало интерес военного врача. Предсмертные галлюцинации по рассказам вещью были интересной, а теперь-то вообще…
— Старший лейтенант Кирсанов… — проронил мужчина в черном. — Меня зовут Смерть, рядом со мной Магия. У нас к тебе просьба.
— Интересные галлюцинации, — согласился офицер, скептически глядя на этих двоих.
— Ты окажешься в не самой обычной истории, — проигнорировав реакцию офицера, произнес назвавшийся Смертью. — Мы сольем твою душу с душой пацана, ибо обучать тебя будет слишком долго, а время идет.
— Точно идет? — удивился товарищ старший лейтенант.
— Перед тобой всего лишь два пути, — сообщила Магия мелодичным — будто ручеек прожурчал — голосом. — От того, какой выберешь ты, зависит многое. Мы б желали, чтобы ты остался в живых.
— Смешно, — согласился Василий, всерьез окружающую действительность не принимавший.
Видимо, время инструктажа истекло. Перед Василием появился зеленоглазый пацан, сделавший шаг вперед — сквозь офицера. Товарищ старший лейтенант почувствовал себя еще и каким-то Гарри Поттером, что вызвало его улыбку. Но вот покопавшись в совместном восприятии «пинцет» понял — пацан был совсем один с раннего детства, были у этого Гарри характерные для посттравматики мысли, что в свою очередь означало — будут проблемы.
— Тебе пора, «пинцет», — проговорила женщина, назвавшаяся Магией. — Ты можешь сделать свой выбор в любой момент.
— Какой выбор-то? — удивился Василий, но собеседники исчезли, а сам он внезапно оказался лежащим на земле. Отовсюду слышались крики, какие-то взрывы, вой чего-то не идентифицированного. Василий понял — галлюцинации продолжаются.
Лежавшая неподалеку девчонка внезапно вскрикнула, сворачиваясь в позу эмбриона. Ее мучительно вырвало, отчего девушка, имя которой подсказывала память, чуть не захлебнулась. Гермиона тихо, но очень отчаянно заплакала. Эти симптомы товарищ старший лейтенант знал. Можно сказать даже — не раз наблюдал. Попытавшись подняться, Василий зашипел сквозь зубы — повело, как после контузии, но времени не было. Надо было убрать девчонку из-под обстрела.
И офицер медленно пополз…
Глава 4
Гермиона ощутила себя одетой, это было первым, на что девушка обратила внимание. Затем ее мучительно вырвало. Казалось, что грязные руки все еще щупают ее, а прямо там ощущается… Девушка зарыдала. Страшно было так, что высказать это словами оказалось просто невозможно. Только спустя несколько минут, осознавшая вдруг, в какой она опасности находится, Гермиона смогла оглядеться, увидев невозможное — тело Гарри неподалеку. Веря и не веря своим глазам, девушка изо всех сил рванулась к нему.
Василий понял, что переоценил свои силы поздно — слабость накатила волной. Офицер просто выключился, придя в себя от факта того, что на нем рыдали. Только что демонстрировавшая очень знакомые симптомы девушка по имени Гермиона, на которую что-то отзывалось внутри военно-медицинского организма, сейчас обнимала товарища старшего лейтенанта, практически лежа на нем и горько плакала. Обнял девушку Вася просто машинально, отчего та плакать перестала, с неверием вглядываясь в глаза офицера. Правда продолжалось это недолго.
— Живой… Живой… Живой… — зашептала Гермиона, опять ударившись в слезы.
— Все хорошо, милая… — проговорил Василий, с большим трудом осознавая, что имя ему теперь «Гарри Поттер», живет он в Великобритании, которую переносил с трудом, и является, прости господи, волшебником.
— Ты жив… — девушка дрожала крупной дрожью, обнимая товарища старшего лейтенанта так, как будто хотела в нем спрятаться. До Василия начал медленно доходить факт того, что Гермиона запечатлелась на пацане, поэтому работать с ней следовало аккуратно.
— Я жив, куда я от тебя денусь? — улыбнулся Василий, решая проблему — как подняться и покинуть это явно неприветливое, судя по валяющимся чьим-то внутренним органам, место. — Нам надо уходить отсюда.
С большим трудом поднявшись, Кирсанов понял, что тело огребло не самую простую контузию, потому возможны нюансы, при этом бой, в котором участвовали дети, был не самым простым, ибо оружия он нигде не увидел. Нужно было запрашивать эвакуацию, но вот как… Девушку следовало доставить домой или куда-то к адекватным медикам — Гермиона демонстрировала симптомы насилия. Осторожно двигая цеплявшуюся за него девушку, офицер отступил вглубь леса. Что смутило — Гермиона не использовала ноги, хотя вставать на них могла, сразу же заваливаясь. Что это значит, «пинцет» отлично знал.
— Так, — чуть ли не волоком передвигая девушку, офицер задумался. — Нам нужно безопасное место. Место моего обитания вряд ли можно назвать безопасным, а твоего?
— Нет… Нет… Нет… — Гермиона едва говорила, чувствуя себя потерянной, она не знала, как объяснить Гарри, но оказалось, что ее «нет» для юноши достаточно.
— Тогда нужно прятаться ото всех, — задумчиво проговорил Василий, думая о том, что можно и со своими связаться.
— Темпус! — махнула палочкой девушка, так как не могла понять, почему умерший Гарри жив. — Опять все сначала…
Одна эта фраза очень многое сказала товарищу старшему лейтенанту, как и тот факт, что он оказался в будущем. А девушка, получается, в прошлом. Сейчас нужно было выяснить все то, что предстоит и осторожно опросить Гермиону, которой опять было плохо. Девушка боялась всего, кроме самого старлея, что говорило об очень нехороших вещах, потому что такие состояния в полевых условиях не лечатся.
Оттащив девушку подальше в лес, товарищ старший лейтенант принялся готовить лежку. Нужно было сосредоточиться и подумать. Учитывая состояние Гермионы, ей нужно было сначала отлежаться, а потом, судя по всему, почистить одежду, ибо шок испытала девушка очень сильный. Уложив Гермиону на свой плащ, почему-то называвшийся «мантией», офицер просто обнял девушку. Повсхлипывав еще немного, та задремала, давая возможность офицеру собраться с мыслями.
Кодов опознания со своими спустя столько лет он точно не знал, девочка отчего-то не стремилась общаться с родителями, у самого пацана базы не было. С другой стороны, магическими методами можно было семейство Дурслей и пассивизировать хоть ненадолго, пока с силами не соберутся… С другой стороны жить, даже недолго, на противопехотной мине… То есть ситуация была патовой — вариантов не было никаких. Такая мысль советскому офицеру сильно не нравилась. В его понимании выход был всегда, поэтому он задумался, углубляясь в свою память.
Неожиданно, в памяти пацана обнаружились странные воспоминания — пацан умирал от столбняка. Симптомы «пинцет» срисовал моментально, не понимая, почему не была оказана помощь. Увиденное в памяти наводило на очень плохие мысли, ибо «школа» с дискриминацией по происхождению и неоказанием элементарной помощи, да еще в плюс явно пытки представителями власти… Все это в голове начитанного офицера вызывало только одну ассоциацию.