Город, которого нет 2 (СИ)

— Подними руку если ты поняла хоть что-то из того что я сказал.
— И…и-и? — произнесла она и широко улыбнулась, обнажив треугольные зубы, имевшие мало общего с человеческими.
Склонила голову набок, стала выглядеть немного смущённый, а затем с заметным запозданием, резко вытянула правую руку вверх. Будто примерная первоклассница…
— Значит, понимаешь, но через задницу. Хорошо. Это уже лучше, чем ничего. Ты помнишь, кто ты?
  
Отрицательное мотание головой.
— Понимаешь, где ты находишься?
Отрицание.
— Кто я такой? Кем ты меня видишь?
Сложный вопрос. Девушка засмущалась, не зная, как выразить свои мысли. Затем будто зависла, согнула спину и осунулась, как будто её собираются ругать.
— Слушай, а ты что-то о себе помнишь?
Отрицательно.
— Хм. Такой вопрос. Ты… умирала когда нибудь?
Согласие.
Девчонка часто закивала головой.
— Сколько раз?
Она показала один палец.
Ага, мы даже основы математики знаем. Здорово!
Один — это значит, что она в прошлой жизни как-то ещё была в сознании и запомнила момент смерти? Так или иначе, её память стирателя исчезла, так что самого интересного, ответов, я от неё не добьюсь. Хотя если будет время, можно заходить к ней изредка.
Город же о ней позаботится, да?
Мелькнуло воспоминание о Руте. У неё были проблемы с ногами. Она их только какой-то магией реанимирует на короткое время. А у этой могут быть… беды с головой. Может, у всех нулёвок есть что-то такое. Логично, если учесть что на первом уровне Город уже не кажется столь дружелюбным.
Так, соберись, Полярис. Там тебе самому умирать через… вот чёрт, я уже опаздываю на встречу!
Вот и вышел заранее. Прогулялся, блин, по аптекам!
— Так, чудо красноокое, мне нужно идти. Так что скажу самое главное. Лично я не против с тобой дружить, но там снаружи, я думаю, есть много тех, кто захочет тебя пустить на время. И если я не вернусь через сутки, то знай, что завтра в три часа будет конец света.
— У-у? — она повернула голову набок.
— Пока не знаю, какой именно. Террористы, эпидемия, вторжение инопланетян — может быть всё что угодно. А затем — всё начнётся заново. На следующем круге выясним, даёт ли тебе Город какой нибудь бонус или нет. Где я живу ты похоже знаешь. Но постоянно быть здесь я не могу. Тоже выживать как-то надо.
Кивок.
Ну, хорошо. С самым главным разобрались.
— Тогда удачи. Постарайся не спалить дом или что-то в этом роде.
Она неуверенно кивнула. Будто с трудом переваривала сказанное. И глупо улыбнулась, демонстрируя неровные, но идеально белые треугольные зубы.
— А… последнее. Вряд ли ты понимаешь, но что такое акцессия?
В ответ она подняла руки в молитвенном жесте, ещё шире улыбнулась и резко развела их в стороны, поднимая к потолку.
— Ничего не понял, — признал я.
Красноокая сразу погрустнела и прикрыла рот кулаком.
— Расширение, я понял, спасибо интернетам.
Девушка горячо закивала и приободрилась.
Я же наоборот, осознал, что ответ на этот вопрос мне придётся искать не здесь.
Но как бы разузнать о навыке поподробнее, чтобы понять, что он действительно делает, так чтобы не привлечь к этому лишнего внимания и вопросы.
Отлично. Личные цели намечены. Теперь можно заняться всем остальным.
  
16. Черный и белый
 
Трамвай загрохотал по рельсам, унося меня прочь от дома и красноокой странности.
Стараясь ни тратить ни одной лишней минуты, я принялся штудировать конспекты, как полагается приличному студенту.
Первым в списке был коспект по сомнологии. Поскольку мои выходные проходили за изучением этой специальности, то хотелось знать, насколько знания одного мира согласуются с другим.
Сам мир за окном выглядел не похожим на прежний. Там помнится, был дух изучения нового. Чувствовалась лёгкость в воздухе. А здесь — атмосфера была другой. Тоже приятной — некоего спокойствия и умиротворения. Но всё же не так.
Первые страницы конспекта показали, что знания о снах здесь были куда более поверхностными. Не зря в той версии академии были десятки предметов, связанных со снами и сновиденным миром, а здесь лишь один. Однако направление примерно было тем же, правила здесь подтверждали известные там.
Так… а как насчёт навыков оттуда?
Я сосредоточился и расфокусировал зрение.
Да-а! Оно! Цвета начали становиться ярче вместе с размытием контуров фигур едущих в трамвае людей. В тетради — ни слова об этом. Как и о сущностях, которые якобы можно призывать и вселять в предметы.
Вообще, иномирные сущности если и упоминались, то только в негативном ключе.
Зато было намного больше практической информации. С конкретикой и без расплывчатых фраз. Затем я перешёл к метафизике и ещё больше воспрял духом. Здесь конкретно пояснялись техники, вроде той о которой мне тогда рассказывал Мирт. Например, базовая около-псионика, позволяющая снизить заметность.
Да, мелочь. Но это техника, которую можно было выучить за оставшиеся полчаса трамвайного пути.
В пиццерию, почему-то выбранную временным штабом, я вошёл последним.
Мирт посмотрел на меня с недовольством. Михаил — устало. Феликс, Эла с Мартой — равнодушно. Лёха и Рита — с радостью.
— Полярис, — улыбнулся наш шеф. — А я уж думал у нас потери в строю.
— Не поверишь, котёнка подобрал, а он немного больной оказался. Пришлось возиться. Так-то веришь, даже заранее вышел, — улыбнулся я ему в ответ.
— Живые существа, принесённые в дом, обычно не переходят в новую жизнь, — сообщила Марта. — Остаётся в одном случае из десяти.
— Ну, это не так много. Круги быстро сменяют друг дружку. А дружба остаётся надолго.
— Будешь спасать свою кошку десять раз подряд? — уточнила готесса.
— Если надо, то буду. Хотя думаю, мне повезёт куда раньше. Только не факт, что подряд. Или это важно?
— Да нет, — пожала плечами Марта.
К столу уже приближалась знакомая официантка с пиццей. Морская для Августы, вегетарианская для Элы, гавайская для Мирта… а затем я встретился с пронзительным взглядом Александры и заказал сицилийскую. Две, чего уж там.
Задержался ненадолго взглядом на купюрах. На этом круге были религиозные символы, причём религию я не узнал. Только сейчас в голове сложилось, что в окна трамвая я видел сегодня столько культовых сооружений.
— Тогда в двух словах повторюсь для опоздавших, — сказал Михаил. Негатива у него впрочем не было никакого, просто констатация факта. — У нас большая хорошая новость. После последних событий со вспышкой болезни и истории с гидрой, начальство выделяет нам бюджет. Каждый теперь будет стартовать с двумя днями в запасе.
— То есть ничего не меняется? — уточнил я.
— Для меня меняется, — улыбнулся Миша. — Меньше нагрузки на мой карман. Кроме того, есть идея создать ещё пару групп, подобных нашей.
— Это из-за активности беспредельщиков? — снова уточнил я.
— Именно. Мне удалось донести до вечных нашей сходки, что лучше бороться с проблемами до их появления.
Здесь он улыбнулся и я понял, что не смотря на усталость, он доволен.
Доволен? Его же убил предатель! Почему он не ищет предателя? Почему не расстроен что потерял время за ловкача?
— В общем, скоро у нас будет больше коллег. Может даже подниму вопрос о вашем обучении и повышении количества дней в круге. Но… нужно работать. Нужны результаты.
Чем же он так доволен, если всё по идее пошло по дерьмовому сценарию?
Включил телефон, набрал в поисковике карту города и поискал район, за который шла борьба.
Раньше он назывался Пролетарским. Сейчас пришлось напрячь память, найти метро, где мы встретились с Миртом, и от него проложить по памяти путь в нужное место.
  
Ага, Храмовый. На этом круге у нас уклон в религию, понятно.
Плевать на название — главное что район был, а значит всё таки его отстояли. Я молчаливо порадовался за наших. Теперь понятна радость Миши. Он лично может и проиграл, но благодаря ему в том числе победила его фракция. Может быть даже именно это событие послужило стимулом к нашему расширению.