Князь Беркутов-Туманный. Дипломатия Кошмаров (СИ)
Артефактную «начинку» засады, к сожалению, не почувствовал. Так что эдак минут через десять, переодевшись в вингсьют, убрав все «лишнее» в пространственный карман, поднявшись повыше и подозвав к себе младшенькую, спросил, заметила ли хоть что-нибудь она.
— Да, заметила… — задумчиво пробормотала Света. — Но с очень большим трудом. Значит, артефакторы по второй ранг включительно эти комплексы не спалят…
Я удовлетворенно кивнул, заменил невидимость мимикрией, махнул рукой и понесся в сторону долины Вронских, используя связку полет — рывок. А где-то через час десять мысленно похвалил себя за предусмотрительность: отряд сотрудников спецотдела, отправленный к тренировочной заимке «на всякий случай», состоял из одних теневиков, так что с «качелей» мы бы их не засекли.
«Расчетная мощь» этой группы, откровенно говоря, не впечатлила. Но я заставил себя вспомнить о том, что оборонять им, если что, придется комплекс зданий, защищенных высокоранговыми артефактами, и успокоился. Поэтому поднялся на стандартные четыре километра и ушел в обычное планирование. Особо, вроде бы, не гнал, но от места «встречи» с подчиненными Ляпишева до нужной долины «оказалось» совсем недалеко, и мы как-то уж очень быстро вышли на заимку. Ломиться в гости и не подумали — оценили размеры срубов, высоту забора, увитого колючей проволокой, размеры огороженной территории
и «яркость» энергетических систем вояк постоянного состава, скорректировали направление полета и «упали» к ближнему змеиному оврагу. Как вскоре выяснилось, зря: термос ловушки оказался пустым. Не повезло и со вторым, поэтому мы снова взмыли в воздух и навелись на Ферму.
Следующий раз приземлились уже на ней. Проведя инспекцию подарка Воронецким и не обнаружив ни единого следа пребывания посторонних, съели ядра, инициирующие направленный метаморфизм иммунной системы, плотно пообедали, немного поленились, снова встали на крыло и уже через полтора часа зависли над Утесом. Птичка, как обычно, воспользовалась возможностью потренировать чуйку и, подлетев ко мне, тихонько шепнула, что Богатырями ощущаются только Валерий Константинович, Ульяна и двое ее подчиненных, а остальные пока еще «сидят» на третьем ранге. Я подтвердил. Хотя «видел» куда больше: «серое пятно» на левой руке Пирата, немного менее выраженные «пятна» на торсе Камня и чуть потускневшие энергетики штатных целителей второго отделения, явно выложившихся в процессе лечения ран. Но оба вояки уже прорывали аструмовую блокировку, так что я заставил себя прислушаться к требованиям паранойи и не стал вваливаться на заимку через считанные часы после высадки на берег излучины. Вот напарниц дальше и погнал.
На втором часу полета углядел на горизонте кучевые облака, забил на плановый привал и побил рекорд времени перелета по маршруту Утес-Скала. Правда, оценив темпы приближения грозового фронта, пронесся мимо нашего убежища и уже через четверть часа навел Стаю на мирно пасущихся архаров.
Одиночку нашли достаточно быстро, затем проверили, не ошиваются ли поблизости барсы, привычно «разобрались по этажам» и убили. Одуванчиком. С амку шестого Кошмарного ранга.
Да, со снятием шкуры пришлось немного помучиться — скальпели резали ее с огромным трудом — но в какой-то момент вся добыча была отправлена в пространственные карманы, а мы, взмыв в уже потемневшее небо, внаглую слетали еще и к леднику. И пусть ко входу в Скалу принеслись под довольно близкие раскаты грома, зато, ввалившись в коридор, выгрузили часть набранного льда в джакузи и занялись делом.
Каким? Полина принялась шарашить кипятильником, Света ускакала в «спальню» застилать Большое Ложе чистым бельем и наводить уют, Оля ушла на кухню жарить свежую печень, а я извлек из стационарного кармана все то, что в него понапихали девчата за время пребывания в Новомосковске и под веселые смешки младшенькой начал раскладывать по кучкам. Правда, гора подушек, роскошное покрывало и игрушечный медвежонок «исчезли» прямо перед носом, но я не расстроился — отнес супруге сифон и несколько коробочек с газовыми баллончиками, всю посуду и бытовую химию, «вплавил» в нужные места стен металлические крючки для полотенец, банных халатов и всякой всячины, накачал четыре огромных надувных кресла и отнес к личным полкам килограммов пятнадцать стратегических запасов «домашнего» шмотья, белья и чего-то там еще.
В этот момент освободившаяся Света метнулась к столу, застелила его белоснежной скатертью, выставила на нее хрустальные бокалы и графин, наполнила их свежевыжатым соком манго из десятилитровой канистры, заныкала ее обратно и поинтересовалась, с каким гарниром я буду есть печень.
Выслушав ответ, достала из своего кармана контейнер с жареным рисом и емкость с ежевичным соусом, расставила фарфоровые тарелки, солонку и перечницу, разложила невероятно красивые серебряные столовые приборы и, оглядев сервированный стол, весело хихикнула:
— Мы, Беркутовы-Туманные, скромны и неприхотливы…
…Трапеза доставила море удовольствия: мало того, что печень архара и рис, приготовленный андроидами Дайны, просто таяли во рту, а ежевичный соус оттенял божественный вкус этого блюда, так ничуть не меньше радовали и вкусняшки, то и дело извлекаемые из пространственных карманов девчат. В общем, объелся я до состояния нестояния, перелетел на ложе, опустил свою тушку на покрывало, раскинул руки и заявил, что для полного счастья мне не хватает только общества любимых умниц и красавиц. «Умницы и красавицы» поняли намек и в той же манере оккупировали обе конечности. На левую, как обычно, пристроила голову Оля, а правую заняли Света с Полиной.
Признаюсь честно: я планировал поваляться в тишине. Ибо не хотелось даже думать. Но Птичка, устроившись возле наставницы, вдруг приподнялась на локте и огорошила убийственным заявлением:
— Я переделала скальпель. И теперь он режет шкуру архара шестого ранга так же легко, как бумагу…
Мы, естественно, потребовали объяснений и выяснили, что она, заскучав возле джакузи, вдруг вспомнила параграф из нового учебного курса по физике, описывающий свойства плазмы, и решила поэкспериментировать. Начала с анализа плетений каменного резака, скальпеля, огнива и разряда, убедила себя в возможности создания плазменной кромки вдоль режущего края скальпеля и создала. Правда, первый вариант плетения выглядел слишком громоздким и жрал Силу, как не в себя, а два следующих так и не заработали, зато четвертый получился «и красивым, и эффективным».
Эффективность восхитила — плазменный ланцет резал не только кожу, но и камень. Да, оставлял разрез глубиной всего три с половиной миллиметра, зато практически мгновенно. Но где-то через час, то есть, после того как Поля подняла новый навык в девятый ранг, усилился еще чуть-чуть и с первого же реза оставил «царапину» глубиной без малого в пять. Вот нас энтузиазмом и прибило. И пусть «научить» плазму «летать» мы так и не смогли, зато Ольга создала навык с говорящим названием шило, который уже на десятом ранге пробил кольчугу Птички и уперся в стальной нож, прижатый к коже, а я смог трансформировать исходное плетение в идеальный навык для ближнего боя и назвал его искрящимся кастетом, ибо эта дрянь била не только Плазмой, но и Молнией!
Унялись только после того, как дико проголодались, обнаружили, что проманьячили до половины второго ночи, и младшенькая, спрятав в карман страшно изуродованный кусок камня, сняла с моего языка итоговые выводы:
— Надо прокачать все три умения до насыщения и как следует приналечь на рукопашку. А то ты, Игнат, дерешься, как дышишь, а мы, увы, нет.