Чудовищная алхимия. Том 1 (СИ)
Юноша подошел поближе и, к своему удивлению, обнаружил, что Брут тыкал пальцами по буквам, а Лиса ему их называла.
– Это буква «Ку», – произнесла рыжая, и, проследив взглядом, куда в этот раз ткнулся черный палец с острым коготком, добавила, – это «Бэ».
– Ты его читать учишь?! – картина перед Зефиром была сюрреалистичная, поэтому голос парня прозвучал очень удивлённо.
– Да нет, – обернулась к нему девушка. – Учила я Вилтани и Федона, пока не пришел Брут. Но если он захочет, то могу обучить и его.
Произнеся это, рыжая вернула взгляд на мехового, а тот важно кивнул.
– Дядя Зефир, не запрещай енотику учиться, – неожиданно вступилась за Брута мелкая под кивки Федона и внезапно процитировала кого-то, – ведь учиться надо всю жизнь, до последнего дыхания!
Молодой человек в ответ на это стоял и хлопал глазами. До конца было неизвестно, что поразило его больше – читающий енот или цитирующая чьи-то мудрые изречения маленькая девочка. Наконец-то собравшись с мыслями, юноша отмер:
– И не собирался запрещать, – проговорил он и, не делая паузы, перешел к тому, для чего, вообще, искал блохастого, – Брут, мне вскоре может понадобиться твоя поддержка в Выдохе. Поможешь?
Енот на его просьбу наклонил голову набок, не спеша соглашаться. Заметив это, Зефир решил бить по-крупному и произнес:
– Все вкусности, что мы найдем, будут твоими.
Это дополнение вызвало оживление на морде мохнатого, и тот яро закивал.
– Ты собираешься в Выдох? – раздался взволнованный голос Лисы.
– Да.
– Но там же опасно!
Ее беспокойство было приятным, но отказываться от планов юноша и не думал.
– Нам нужно заработать на жизнь, причем в довольно большом количестве, поэтому пока иного выхода я не придумал.
Видя его упорство, рыжая не стала продолжать настаивать. На самом деле она прекрасно знала об их денежных проблемах и не раз говорила об этом с Варной, однако какого-то плана по стабильному и, самое главное, приличному заработку они так и не придумали, ведь если бы деньги добывались без риска и по мановению пальцев, то в мире не было бы бедности. К тому до этого они никогда не испытывали нужды, а выделенных им денег раньше хватало на всё.
– Я Леопольду предложу составить мне компанию, думаю, он не откажет, – добавил молодой человек. – Втроем у нас будет больше шансов на успех.
Лиса на его слова только вздохнула. Все их накопления были в разрушенном Кремине, где сейчас хозяйничали чудовища. И когда они с Варной бежали, то захватили с собой только полупустые торбы да кошели с мелочью, что всегда были при них. Поэтому эта ситуация ее сильно злила, но кто вообще мог предполагать, что начнётся гон из черной зоны, да еще и непосредственно в баронство?
– Будьте осторожны, ладно?
Чувствуя серьезность момента, дети притихли, превратившись в одни большие уши. Заметив это, Зефир, чтобы как-то разогнать густую тревожность, образовавшуюся здесь и сейчас, широко улыбнулся и заверил не только рыжую, но и мелких:
– Конечно будем! Всё будет хорошо, обещаю.
Не став их больше отвлекать от учебы, молодой человек ушёл, а чуть позже в этот же день произошло небольшое чудо, которое вряд ли кто-то мог ожидать.
Так, к обеду в ворота зашли Варна и Леопольд в компании с еще не старым и крепким мужчиной с сединой в черных коротких волосах. Это был местный мастер, что должен был оценить фронт работ, для того чтобы прикрыть оконные проемы слюдой. И когда дети выбежали встречать вернувшихся, тот замер как столб.
Все в округе давно знали, какая участь постигла баронство, и, что уж скрывать, радовались, что эта напасть случилась не с ними. Однако были и те, кто печалился, как, например, мастер Борген, у которого в одной из тамошних деревень жила любимая младшая сестренка со своим мужем и ребенком. И хоть она давно съехала из Малых болотных демонов, мужчина поддерживал с ней общение и несколько раз в год приезжал в гости. Однако беженцев с востока практически не было, а деревня сестры была ближе к столице баронства – городу Кремену, оттого он уже давно потерял всякую надежду увидеть сестру и своего племянника.
И в этот самый момент мужчина стоял в воротах, не шелохнувшись, и неверящим взглядом смотрел на приближающегося пацана.
– Федон! – заорал он так, что перепугал всех, а названный остановился как вкопанный.
Паренек явно не понимал, почему его зовет по имени чужой, но одновременно с этим смутно знакомый человек.
– Это я, Борген, твой дядька! – Мужчина захотел подойти, но остановился, увидев появившееся лезвие, преградившее ему путь.
Повернув голову, мастер встретился взглядом с женщиной, что хотела нанять его для работы, и несколько растерялся от немой угрозы, проскользнувшей в ее глазах.
– И так, Борген, расскажи нам, откуда ты знаешь Федона, – произнесла Варна, убрав меч обратно в ножны.
И мужчина начал рассказывать. О своей сестре, ее муже и их сыне. О своих нечастых, но регулярных поездках в баронство и деревню Хохолок. Он не скрывал ничего, а у слушавшего его мальчика навернулись слезы на глаза – Федон вспомнил дядьку, что очень редко гостил у них, после чего бросился к нему в объятия.
Как только двое мужчин, один маленький, а второй взрослый, поуспокоились, Варна проводила их на кухню, а за ними последовали и все остальные домочадцы.
– Я хочу забрать племянника к себе, – произнес Борген, усевшийся по левую сторону стола.
Рядом с ним устроился радостный Федон, а напротив находилась Варна с Лисой и Вилтани, которая с любопытством смотрела за происходящим. Леопольд и Зефир садиться не стали, а просто стояли вокруг, когда как Хагг по каким-то своим причинам отсутствовал.
– Не против, если Федон этого хочет, – немного подумав, ответила блондинка и перевела взгляд на парнишку.
В общем, все находящиеся на кухне так поступили, чем заставили того застесняться. Тишина немного затянулась, а затем мелкий тихо произнес:
– Я хотел бы пойти с дядькой.
– Хорошо, – однорукая кивнула обрадовавшемуся мастеру, а затем и его племяннику. – Лиса, поможешь попозже собрать Федона в дорогу.
А тем временем Вилтани спрыгнула с табурета и обогнула стол, прежде чем броситься к мальчику.
– Я так за тебя рада, – произнесла она, улыбаясь сквозь слезы.
– Молодец, – мастер потрепал парнишку по голове и хотел было спросить, – а как вы…
Однако проницательная однорукая быстро перебила его, бросив:
– Обсудим позже и наедине.
Борген прикусил язык, поняв, что такие вещи лучше действительно в присутствии детей не произносить, и благодарно посмотрел на женщину.
В общем, таким вот образом из семи человек их стало шестеро.
После решения главного вопроса Варна и мастер остались обсуждать работу, для которой, собственно, мужчина сюда и пришел, а Зефир вышел на улицу, задумавшись о судьбе и о шансах того, что такое чудесное совпадение могло случиться, и наткнулся взглядом на Хагга, сидевшего с грустным видом на пеньке рядом с деревянным колодцем.
Вряд ли чудо случится второй раз, и родственники найдут подростка, как вряд ли объявятся близкие люди, чтобы забрать с собой Вилтани. Да и у самого Зефира были очень явные сомнения в том, что он когда-нибудь найдет родную кровь. Впрочем, его ситуация была уникальна, да и не парился он особо на этот счет, а вот детей было жалко. Та же егоза до сих пор не вспомнила о том, что произошло с ее родственниками и родителями, и иногда спрашивала у окружающих со всей своей непосредственностью: «Найдут ли те ее когда-нибудь?»
Глава 12
– Берегите себя, – по очереди обняла Лиса стоящих перед ней парней и даже енота, опустившись для этого на колено.
Позади нее находились остальные провожающие, которые стояли с такими скорбными лицами, что Зефир не выдержал и произнес ворчливо:
– Мы уходим до ночи, а вы нас как будто навсегда провожаете...
Никто из людей напротив на его слова внимание не обратил, у Вилтани глаза вообще были на мокром месте, и девочка едва сдерживалась, чтобы в голос не заплакать.