"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Думаю, Кракен контролирует свою территорию и не даёт разбойничать особо наглым. За тяжёлые проступки следует наказание, — предположил я. — Чтобы понять происходящее, мне нужно встретиться с Хозяином Канталавеги.
— Ты хочешь познакомиться с легендой морей? — вытаращился на меня Рича, что было на него совсем не похоже.
— Почему бы и нет? А с чего вы взяли, что он — легенда? Настоящий Кракен, как утверждают почти все, кто о нём хоть немного знал, умер двести с лишним лет назад, если не триста. Не может человек столько жить, даже маг. Ты встречал магов старше трёхсот лет?
  
— Нет, — признался Рич.
— Вот и я тоже не встречал. Значит, это какой-то проходимец, взявший имя жуткого персонажа. Просто сумел обставить дело так, что о нём думают, как о великом и кровожадном Кракене. Поэтому и хочу с ним встретиться, прощупать и понять, кто он такой.
— А если это и в самом деле настоящий Кракен?
— Ты даже не представляешь, дружище, как я буду рад прикоснуться к настоящей легенде!
Примечания:
[1] Игра в кости.
[2] Правила игры в барбут описаны в 4-й книге «Штурмовика».
  
Глава 3
 
Легенда ушедших времен
 
Эрик Рыжая Борода предупреждал меня не совать нос в форт без приглашения. Если Кракену захочется со мной поговорить, то он обязательно пришлёт своего человека — так он объяснил местный порядок знакомства с хозяином Канталавеги. Поэтому я особо и не волновался, засев после утренней тренировки с Наби-Сином и Дор Хаданом за карту, куда вместе с Пегим нанёс острова, записанные в судовом журнале Мака Бом-Бома. Координаты, которые я запомнил, капитан вписал в свою карту, с удовольствием урча от того, что белые пятна начинают потихоньку приобретать какую-то заполненность.
— Что заставило Мака убежать так быстро? — Пегий, облокотившись о стол, внимательно разглядывал новые объекты на развёрнутой карте. — Чем ты его обидел?
— Шесть монет дал, — простодушно ответил я, карандашом делая пометки в определённых местах.
— Не думал, что деньги стали причиной обиды для Мака, — хмыкнул капитан. — Решил кого-то предупредить?
— Вот-вот, у меня такая же мысль мелькнула. Ему как будто пятки огнём подпалили, даже не стал дожидаться, когда туман рассеется. Надо было за ним «Кракена» послать.
— Нельзя нам сейчас поодиночке ходить, пока не выясним, кто где прячется, — возразил Пегий. — У меня ещё вчера появились подозрения насчёт фрайманов, которые, якобы, все убежали в Аксум. Кто-то остался, зуб даю.
— Гасила? Зубастик?
— Эти точно могли, — кивнул Пегий. — Те ещё ублюдки, ничем не уступают покойному Лихому Плясуну. Ладно, дьявол с ними. Когда пойдём знакомиться с новыми островами?
— Как только поговорю с владельцем острова.
— Ты так уверен, что он захочет с тобой общаться? Я бы бежал без оглядки от Кракена, если это в самом деле он.
— Пегий, а ты чего такой пугливый стал? — я рассмеялся и бросил карандаш на карту, а сам выпрямился, разминая плечи. — Никогда за тобой не замечал колебаний. Или уже не веришь в мою удачу?
— Удача — она же как шальная девка, командор. Сегодня с тобой под ручку прогуливается, от тебя подарки богатые принимает, а завтра подолом взметнёт и перебежит к другому, — философски заметил Пегий.
— Наконец-то, хоть один стал изрекать разумные мысли. Ладно, я прогуляюсь по острову, не ждите меня до вечера. Если не приду — значит, у Ирвина заночевал.
Одно дело, самому планировать свой день, и другое — распределять обязанности среди бойцов. Решено было отпустить на берег половину штурмовиков с «Леди Тиры» и столько же человек с «Кракена». Завтра пойдёт вторая половина. Этот вариант уже отработан и не вызывает ни у кого ворчания или недовольства. Пегий со своим экипажем сам решит, кого отпускать на берег, а кого оставить на борту. Совсем оставлять без охраны корабли нельзя.
Надев треуголку, я прямо из капитанской каюты зашёл к себе, чтобы взять пистолеты и кортик. Без оружия по Канталавеге разгуливать чревато. Я не знаю этот остров, не знаю жителей, и насколько они дружелюбны или воинственны. А то так бывает, что забитый жизнью крестьянин запросто воткнёт в спину вилы, когда ты от него этого не ждёшь. А вдруг Кракен соизволит встретиться со мной? Что у него на уме?
На палубе было оживлённо. Гусь, Бык, Ползун, Призрак и Муравей едва не приплясывали, ожидая, когда спустят шлюпки на воду. Со мной выразили желание прогуляться на берег Рич с Озавой, Эстеван, Тью, ну и куда же без низаритов. Итого двенадцать человек. Ладно, уместимся. Во вторую очередь пойдут матросы, свободные от вахты. Вон, уже жребий кидают. Виконта Агосто не видно. Тью доложил, что тот дрыхнет в каюте.
Когда мы высадились на берег, туман окончательно рассеялся, ярко светило солнце, и что удивительно — ни одного облачка на чистейшей лазури неба. Мы сначала всей компанией заглянули к Ирвину, выпили по стаканчику холодного молодого вина из ягод, а потом решили прогуляться по острову.
Озава захотела познакомиться с местным магом, и Ричу ничего не оставалось делать, как сопровождать невесту. Как говорится, любишь девицу — защищай её. А чтобы пластуну было повеселее, дал ему в компанию Муравья и Быка. Мы же вернулись к причалам, и оттуда, сопровождаемые стайкой ребятишек, пошли вдоль берега по часовой стрелке. Пронырливые мальчишки подсказали, где находятся тропинки, и как лучше подобраться к холмам, возвышающимися на юго-западной оконечности острова. Я дал им по несколько рандов, и ребятня радостно помчалась обратно. Нечего со взрослыми разгуливать. Мало ли, набредём на нехороших людишек, раз уж таинственный форт здесь присутствует.
Гусь, Призрак и Ползун сразу выдвинулись в дозор, тщательно поглядывая по сторонам. Широкая дорожка, протоптанная местными жителями, постепенно сужалась, виляя между пышными высокими кустарниками, а потом и вовсе свернула к побережью, полностью заваленному валунами и мелким галечником. Туда мы не пошли. Моря не видели, что ли? Гораздо больше нас интересовала узкая и малохоженая тропка, уходившая, судя по всему, в дальние холмы. Туда мы и направились.
Чем дальше забирались вглубь острова, тем интереснее становилось. То и дело на глаза попадались развалины домов. Причём, каменный фундамент остался целым, хоть и изрядно раскрошился из-за корней деревьев, травы и дождей. Зато всё остальное превратилось в труху. Судя по всему, здесь раньше стояла деревня, но почему в столь неудобном месте? Для рыбаков лучшее место — как раз на другой оконечности острова, где сейчас и находится новое поселение.
Пробираться сквозь кусты становилось всё труднее, поэтому штурмовики обнажили палаши и стали прорубать дорогу, постепенно очищая тропинку, уходящую в самую глубину острова. Потом они вдруг остановились и стали о чём-то переговариваться.
— Что случилось? — спросил я, подходя ближе.
— Кажется, на кладбище наткнулись, — пояснил Призрак, тыча кончиком палаша в траву.
— Почему «кажется»? — усмехнулся я, вглядываясь в камни, на которых были выцарапаны какие-то буквы. — Это и есть кладбище. Вероятно, здесь похоронены первые островитяне.
Я присел перед одним из таких камней, поставленных вертикально на оплывшие бугорки. Многие из них уже погрузились в землю наполовину, обросли мхом и травой. Провёл ладонью по шершавой поверхности и с трудом разобрал, что же было начертано на обелиске.
— Вес…ча… — пробормотал я. — Ага, возможно — Весельчак какой-то? Так, слово длинное… Преставился в год 52… Всё, цифры затёрты.
А ведь сейчас по местному летоисчислению идёт 5527 год. Хм, интересно. Самые первые поселенцы здесь лежат?
  
— Ну, это явно не пират, — заявил Призрак.
— С чего вдруг? — удивился Гусь.
— Пиратов на берегу не хоронят. И вообще, им положено умирать в море.
Мы посмеялись над детской наивностью Призрака.
— Хоронят, боец, ещё как хоронят, — уверил я его. — Вспомни, на Инсильваде тоже кладбище есть. Помер моряк на берегу от болезни — так его в море надо везти, что ли? Заморачиваться никто не будет, в землю зароют, вот и всё.