"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

Пиратов он проучил без особого старания, ведь все его мысли были заняты улетевшим королем. Манфред и сам не знал, зачем он так упорно преследует старого дракона, будто и впрямь рассчитывал вернуть ему королевство. Но он ждал считая часы отправление корабля, потом дни на корабле, а едва показался в туманной дымке берег, как он простроил туда портал и ушел, даже не прощаясь с жуликоватыми проводниками.
  
Ему пришлось порядочно углубиться в материк, когда он наконец почувствовал притяжение магии и позволил себе расслабиться и перенестись прямо к тому месту, откуда шел этот зов. Манфред нисколько не удивился, обнаружив себя рядом с открытым зевом пещеры, тьма в которой казалось по-настоящему живой. Идти туда не хотелось просто ни капельки.
«Ева и Радослава совершенно чокнутые, если просто взяли и полезли туда», — пробормотал он себе под нос.
И сам вздрогнул от звука собственного голоса. Перемещаясь порталами, он уже пару дней толком ни с кем не разговаривал. Как оказалось, его голос спровоцировал еще кое-что. Тьма внутри пещеры зашевелилась и из неё показалась голова Седого.
— Мой король! — Манфред нервно улыбнулся и на всякий случай выставил вперед перчатку. — Вы нашли, что искали?
Седой глухо заворчал и ощерился острыми зубами.
«Помирать полетел… — вспомнил Манфред слова пирата. — Совсем дурные становятся».
Значило ли это, что перелет через большую соленую воду лишал драконов остатков человеческой памяти? Задумавшись о том, как это можно использовать в яблоневом или цветочном королевствах, Манфред едва не лишился руки, так резко бывший король, а теперь просто старый дракон выбросил вперед свое грузное тело и клацнул зубами.
Повезло.
— Я вернусь с горьким яблоком и помогу вам, мой король! — пообещал Манфред с очень почтительного расстояния. Ламберт громыхнул и глухо зарычал, целиком выбираясь из пещеры, и Манфред поспешил обратно, чтобы исполнить обещанное.
Он еще даже не добрался до берега, когда понял, что у него вряд ли что-то получится до следующей осени. Сейчас здесь было еще ничего, а вот в яблоневом королевстве уже начинались первые заморозки. Урожай яблок был собран и спрятан по деревенским домам. Драконы не летали к колодцам.
Манфред не обладал даром Фабиуша, способного достать горькие яблоки из прошлого. Ему нужно было дождаться новых найденных и после того, как чье-то яблоко пойдет ко дну, вытащить его с помощью магии и скормить дракону.
«Не так уж и долго ждать, — стараясь не терять оптимизма, прошептал себе под нос Манфред. — Уже меньше года. Даже такой старый дракон дождется и не подохнет».
Он знал, что бывшего короля снова помнят очень немногие, вроде семьи Радославы Белой, да его самого, и это было удачно. Он вернется, вернет короля и… Что именно «и» он пока не придумал. В голову лезли мысли, что за год король, может, и не подохнет, но одичает точно.
Вернувшись в Лесин, он некоторое время просидел в маленьком незнакомом кафе, пытаясь понять, куда ему двигаться. Что, если Ева вернулась в их дом вместе с сыном и этим… Железным королем? Тут он сообразил, что у железного короля наверняка есть настоящий дворец и вряд ли он по своей воле станет жить посреди чужого королевства. Эта мысль заставила его рискнуть.
Манфред вышел из портала в спальне и понял, что здесь никого не было с момента его последнего посещения. Это было вроде бы совсем недаво и в то же время так давно!
Он прошел по пустому и заброшенному дому, решая, что вполне сумеет протянуть здесь год, не привлекая ничье внимание. Можно не зажигать света, часть времени проводить вне дома, в конце концов, раздобыть артефакт как был у Розы и щеголять чужим лицом!
За этими мыслями он не заметил, как снова поднялся в спальню. Всё-таки пусть и порталами, но путь он преодолел неблизкий и постель манила его больше прочих благ.
Наверное, ему стоило гордиться собой, ведь он даже не вздрогнул, когда его шеи коснулось холодное лезвие.
— Роза? — только и спросил он, быстро понимая свою ошибку. Розе никак было не выбраться из её ловушки, даже с помощью его отца. Да ни с чьей помощью!
— Тебя категорически нельзя оставлять одного, ты тут же находишь новую юбку, — прошелестел над ухом голос, и Манфред его тотчас узнал. Да что там Манфред, все его тело узнало — напряглось, пальцы на ногах поджались, а мельчайшие волоски на загривке встали дыбом.
— Она не новая, а была до тебя, — вяло запротестовал он. Лезвие исчезло, словно его не было, и он повернулся, впиваясь глазами в еле видное в тени лицо темнокожей феи. — Ульфила… Маячок, да?
— И не один, — лукаво улыбнулась фея. — Не стоит и пытаться понять, куда я их тебе вживила. Договорились?
Манфред кивнул. Отчего-то он испытывал не столько раздражение, склько радость. Скрываться точно не придется.
Хрупкая фея одним легким ударом ладони отбросила его на кровать и взгромоздилась сверху.
— Я так понимаю, что ты с частным визитом, а не государственным, раз мы начинаем сразу со второй части? — попытался улыбнуться Манфред. При мыслях о пытках его начинало морозить так, словно дом промерз до основания и он вместе с ним.
— Я здесь сама по себе, — успокоила его фея. — Итак, Роза?..
Манфред знал только один способ остановить допрос. Он потянулся и сквозь тонкую рубашку прикусил остро торчащий сосок феи.
Ульфила довольно замурлыкала и сильнее заерзала на его бедрах. Манфред притянул её к себе. Давно у него не было такой мотивации в постели. Может, с их прошлой встречи с Ульфилой? Может, стоило задуматься об этом? Наконец, вряд ли его кто-то сумеет выудить у феи. А что она шесть раз вдова… Не убивает же она своих мужей, верно? Это было бы непрофессионально!
Ночью он проснулся и, вместо того, чтобы сбежать в свой кабинет, принялся рассматривать спящую фею в лунном свете, падающем из окна.
Её короткие кудрявые медно-рыжие волосы были жесткими и упрямыми, их вовсе не хотелось погладить, как когда-то Манфред хотел касаться волос Евы. Когда они еще были длинными. Зато кожа выглядела мягкой и бархатистой, и россыпь золотистых веснушек так изумительно смотрелась на темной коже, что к ним хотелось касаться губами. Только Манфред не смел. Они были не настолько близко знакомы. Другое дело пухлые как две темно-фиолетовые подушечки губы, за которыми скрывались острые зубки феи. Вот эти губы он целовал не раз, но даже сейчас, после жаркой ночи, Манфред еще не остыл к этим поцелуям. Только страх разбудить мастера боли, каковой числилась пурпурная фея при королевской дворе, и останавливал его.
Когда же он открыл глаза снова, Ульфила уже стояла у окна, как она любила, без одежды, собранная и деятельная как обычно.
— Этот дом расположен удобнее моего, лучше оставаться здесь, — не поворачиваясь к нему лицом, деловито произнесла она. — Придется, конечно, сделать большой ремонт. Я люблю Еву, но её чувство прекрасного как у солдафонки. О чем это я, она же солдафонка и есть! Ну и так запустить хозяйство — это тоже надо уметь. Я с этим быстро разберусь. Пока завтрак заказала в соседней лавке, надеюсь, ты ешь мяо. По утрам надо есть побольше мяса…
Она не успела договорить. Манфред прямо с кровати переместился ей за спину и обвил руками талию.
— Мне следовало раньше подумать и предложить тебе брачный браслет, — с сожалением произнес он. — Ты ведь не против подождать? Хороший браслет делается несколько дней.
— О, как мило, — Ульфила всё-таки развернулась к нему, увертливая как угорь и такая же тонкая. — Но не стоит переживать, я подготовила тебе свой. Ты же примешь?
Отчетливо блеснули острые зубки, но Манфред еще медлил, продолжая держать ладони на талии любовницы, словно это могло отсрочить неизбежное. Он ведь не всерьез говорил о браке, так? Просто приятный разговор перед завтраком вместо банального «спасибо, что в этот раз не запускала мне иглы под кожу» и прочих сентиментальных глупостей.
  
— Манфред, — проворковала Ульфила, качая на пальце изящную безделушку, всю украшенную мелкими бриллиантами. Странно, но слишком женской она при этом не выглядела. Кто-то из артефакторов очень постарался. И, похоже, именно для него.