"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

Радка новым взглядом посмотрела на Еву. Капризная и такая уставшая, она выглядела как взъерошенная птичка. Разве поможет ей доспех в пути? И не будет ли она злиться на Радку, что выбрала такой путь?
— Может, одной мне будет проще скрыться? — неуверенно произнесла она. — Мало ли таких беременных селянок по деревням? Авось скроюсь в одной из них, проживу. Руки у меня на месте, может, к какому богатею в прислужки пойду, в богатых селах народ щедрый.
  
И так ей себя жалко стало, что она чуть не прослезилась. Куда делись её мечты о магическом городе? Теперь она бежала из городов так, что в юбках путалась, и хотела забиться в самую глушь, лишь бы не вернули во дворец. Кому скажи, на смех поднимут. Янка бы точно смеялась, она вообще была смешливая.
Радка вздрогнула от этого «была» и лицо её искривилось так, словно слезы удерживались лишь жалкими крохами воли. И пусть она думала о своем, Ева рассудила всё по-своему.
— Не плачь, — чуть грубовато произнесла она. — Тебе не придется терпеть лишения, потому что я не собираюсь тебя оставлять. Тебя и… Тадеуша. Мне не простит этого Мейнгрим, а я прилично задолжала братцу за нашу с ним жизнь.
Радка лишь склонила голову, признавая правоту магессы.
Лотты снова не было рядом, она куда-то незаметно вышла. Слышала ли она последние слова, непонятно. А Радку пронзила внезапная мысль. Придерживая ускользающую мысль за хвост, она довольно громко произнесла:
— Нет, сто королевств ничуть не лучше цветочных и пиратов. А вот на юге нам точно удастся скрыться. Да и родня там есть у матери, в глухой долине между двумя лесными грядами. Туда пойдем.
— Как скажешь, — пожала плечами Ева. Если она и удивилась резкому переносу курса, то не подала виду.
Едва они обе замолчали, и Радка начала задремывать, как вернулась Лотта. Сборы были суматошные, но почти полностью прошли мимо Рады, которая использовала каждую минуту, чтобы подремать и набраться сил.
— Выйдете сейчас, ночью драконы вас не увидят, за ночь доберетесь до ближайшего леса, а там ищи ветра в поле, — напутствовала их Лотта, когда солнце скрылось за крышами домов.
— Тут вы правы, — согласилась Радка и больно ущипнула Еву, которая собиралась что-то сказать. Очень удачно получилось, ущипнуть её хотелось давно, ну хоть что-то! А тут еще и повод появился. Ева даже не ойкнула, будто не почувствовала. Но говорить ничего не стала. Только посмотрела странно.
А когда Лотта их проводила почти до самых стен и исчезла за поворотом, Ева ничуть не удивилась, что они резко развернулись и нырнули в какой-то проулок.
Только и спросила деловито:
— Куда идем, знаешь?
— Знаю, — уверенно ответила Радка и принюхалась. В Лесовине от реки тянуло свежестью и тиной. А её нюх не успел измениться, сельские могли учуять колодцы или цветущие дички за большие расстояния. Иначе как выжить? Да и драконье чутье тоже передалось ей какими-то крохами. Нет бы магия… Но чего нет, того нет.
Вот и сейчас она чуяла, откуда пахло рекой, и лишь надеялась, что города отличаются только дворцом. Не могли же все найденные учиться в одном Лесовине? Здесь тоже должно было быть общежитие.
— Надевайте доспехи, госпожа Ева, — Радка увидела вдалеке огни, так похожие на огни их общежития, и воспрянула духом. — Жаль, они не похожи на доспехи всадника…
— Это они сейчас не похожи, — усмехнулась Ева. — Ты не знаешь, что это за штука.
Она надела на голову шлем, и Радка, которая собиралась посетовать на длинные волосы попутчицы, подавилась воздухом. Волосы словно обрезало шлемом, но даже это было не главным. Сверху вниз от шлема по телу Евы побежали искры, постепенно превращаясь в отдельные куски доспехов. А когда всё закончилось, перед Радкой стоял самый настоящий всадник. Даже остроносые сапоги были точно такие, и только полностью закрытое забрало отличало этот наряд от одеяния того же Сигрима, что раз за разом летал в родную деревню Радки.
Где он сейчас, удалось ли ему найти следы Янки? Радка не знала.
За этими мыслями Радка не заметила, как они добрались до общежития. Но и тут она раздумывать не стала, уверенно толкнула дверь.
Расчет был верным, общежития были построены одинаковыми, словно близнецы. И точно также вечером в нем хозяйничали сами найденные, без мастеров. А им Радка надеялась легко заморочить голову.
— Здесь должен быть сын мой, Венек, — на ходу придумала она, обращаясь к встречавшей их серьезной девушке. Как она не походила на смешливую Патрысю, хотя волосы также отдавали медью, а карие глаза как у белки, блестели в полумраке на бледном веснушчатом лице. — Мне разрешили его увидеть.
— Весь мозг проела женщина, даже полета дожидаться не стала, — грубым мужским голосом подтвердила Ева, быстро сориентировавшись в легенде. — Уж не знаю, кто её надоумил нашей почтой писать, но всех замучила. Проведите её к этому Венеку и дело с концом.
— У нас нет такого воспитанника, — лицо девушки дрогнуло. Кажется, Радка угадала. Приезд матери хоть кого-то из найденных — это особое событие. Редкое. Ценное. Как они не пытались как можно дальше отодвинуться от своих корней, те держали их крепко. — Господин, вы уверены, что это тот город? Я знаю всех найденных за последние двенадцать зим, их не так много у нас было и…
— Ты привез меня не туда! — напустилась Радка на Еву. Та вяло защищалась, бормоча под нос ругательства.
— Я хотела испечь пирог мальчику и его друзьям, а потом отдохнуть с дороги, — продолжала ругаться Радка. — И как мне теперь быть? Твоего дракона, господин, на всю ночь забрали на поиски каких-то беглецов, куда мы теперь?
Расчет оправдался.
— Оставайтесь у нас, места всем хватит, — предложила незнакомка и, спохватившись, представилась. — Я Фаустынка, госпожа, господин. У нас найдутся комнаты, но если вы не слишком устали…
Вопрос повис в воздухе, но Радка была готова к нему. И, пока Ева, не снимая своего глухого шлема, устраивалась в выделенной комнате, Радка вовсю хлопотала на кухне. Завела тесто, придирчиво перебрала принесенные еще осенние суховатые яблоки, да начала варить ароматную начинку — как дома. У каждого дом свой, но такой пирог был у всех простых яблочников, она это точно знала.
Не чуя ног она наконец добралась до комнаты, где постелили ей. Собиралась идти искать Еву, но тут в углу замерцало, и Ева, уже без доспехов, но со скрученными узлом волосами, обнаружилась там.
— Амулета надолго не хватает, — скривилась Ева, обнаружив, что её видно. — Так вот как живут найденные!
— Твой брат при нашей первой встрече сказал почти также, — невольно улыбнулась Радка и устало повалилась на узкую постель.
— Догадываюсь, что он мог еще сказать, — фыркнула Ева. Она на долю мгновения помрачнела, но тут же снова попыталась улыбнуться. — Ладно, Радослава. Рассказывай, почему мы скачем как блохи по городу и меняем свои планы каждую минуту! Или это капризы беременных? Тогда мне стоит радоваться, что ты не просишь каких-то изысканных яств!
Радослава хотела огрызнуться, что, когда она носила Фабиуша, все изыски ограничивались яблоками, но не стала. Тему Манфреда, а всё, что было связано с ожиданием Фабуся, касалось и его тоже, поднимать не хотелось. Не сейчас, когда Ева была единственным человеком во всем мире, кому Радка не только хотела, но и могла довериться. Так что пришлось придержать острый язык.
Вместо резвой перепалки она спокойно пояснила:
— Лотта… Она, может, и не выдаст нас специально… Но она готова к этому. Она очень любит вас с Мейнгримом…
Она проглотила рвущееся на язык «непонятно за что» и продолжила:
— … Так что может рассказать хотя бы ему. Я видела в её голове больше, чем она догадывается. Понимаешь? И удастся ли им вдвоем скрыть, куда мы отправились, я не уверена. К тому же драконы видят ночью также как днем. Угадай, кто будет выбираться ночью из города?
  
Радка не хотела рассказывать, что видела и другое. Лотта настолько любила своих пасынка и падчерицу, что предпочитала видеть их обоими целыми дома, чем её, Радку, с сыном.