Авангард. Клинок пери

– Что вы имеете в виду?
– Я могу помочь тебе в твоем расследовании, если ты поможешь мне, – глухо произнесла женщина.
– Как вы можете мне помочь?
– Информация. Я расскажу тебе о… них.
– О них?
– О людях, которые обращаются в прах через несколько секунд после смерти. Думаю, это интересует тебя сейчас больше всего.
– Что же вы хотите взамен? – заинтригованно прищурился парень.
Женщина хищно улыбнулась:
– Об этом я расскажу позже. Когда придет подходящее время.
– Неужели? – ухмыльнулся Никита. – Ну что ж, давайте выкладывайте. Что там у вас за информация?
Незнакомка покачала головой:
– Не здесь и не сейчас. Прежде я должна показать тебе кое-что.
– И когда же вы собираетесь сделать это?
– Послезавтра в полдень на старом кладбище за городом. В это время там состоятся похороны убитых директоров компании «Персей». Там и встретимся.
– Назначаете мне встречу на кладбище? Вы сумасшедшая? – спокойно осведомился Никита.
– Многие считали меня сумасшедшей, – усмехнулась она. – Сейчас все они… переменили свое мнение обо мне.
Она поднялась со стула и взяла со стойки свою сумочку.
– Я буду ждать тебя там, – проговорила она. – Приходи, если хочешь узнать правду о происходящем.
Никита молча откусил большой кусок пирога. Пока он с наслаждением жевал его, женщина в черном исчезла. Легостаев не стал особо переживать по этому поводу. Хватит с него на сегодня психов.

 
Глава 18 
 С ними шутки плохи…
Следующим утром Никита проснулся еще до того, как прозвенел будильник, как будто его что-то подбросило. Парень долго лежал, пялясь в потолок и вспоминая вчерашние события, затем отправился в ванную, включил душ и подставил тело под струи воды. Из головы у него не выходили сушеные мумии, красные сколопендры, а главное – возвращение проклятого Иллариона Чернорукова. Старик помалкивал со вчерашнего дня, но сколько будет продолжаться эта блаженная тишина?
Потом в памяти всплыл странный разговор в кафе, и Никита решил все же пойти на эту встречу. А вдруг незнакомке в черном действительно есть что рассказать? Знать бы еще, как она выглядит, посмотреть ей в лицо. Однако, скорее всего, она и на похороны явится в своей старомодной шляпке с вуалью.
А еще ему вспомнилась Сейлин. Конечно, если это и правда была она. Никита прекрасно помнил, что во время встречи в «Додзе» девушка была жгучей брюнеткой, а у вчерашней незнакомки волосы были белые и словно светились в темноте. Очень не хотелось думать, что Сейлин – убийца. Она его просто очаровала тогда, в клубе Канто. Надо бы разыскать ее и поговорить.
Никита поймал себя на мысли, что до сих пор не знает фамилию Сейлин. Как же он собирается ее найти? Если только заехать в клуб, в котором он не появлялся со дня аварии, и спросить о ней там. Они ведь должны иметь информацию обо всех своих клиентах. Заодно можно пообщаться с сенсеем Канто и договориться о возобновлении тренировок.
Никита наскоро позавтракал и отправился в офис «Авангарда» при Департаменте безопасности. Татьяна Пожарская уже была там. Она сидела на подоконнике, беспечно болтая ногами, и пила кофе из большой кружки с изображением Винни Пуха. Симпатичная, простая в общении, Татьяна всегда хорошо справлялась со своей работой, и Никита уважал ее за это. В некоторых вещах девушка разбиралась куда лучше того же Игоря Лапшина, да и соображала куда быстрее.
Татьяна отсалютовала Никите кружкой:
– Привет! Кофе хочешь?
– Не откажусь.
– Сейчас налью.
Татьяна спрыгнула с подоконника и подошла к кофеварке. Никита сел за свой стол и подпер голову руками.
– Вчерашние фотографии с места преступления готовы? – спросил он.
– Конечно. Они у Игоря в сейфе. Я отдала вчера меч в лабораторию, сейчас схожу за результатами. Ну и, наверное, к патологоанатому загляну. Он вчера, как эти трупы увидел, чуть с ума не сошел. Поначалу даже решил, что кто-то решил его разыграть.
– Хорош был бы розыгрыш, – фыркнул Легостаев, принимая у Татьяны кружку с горячим напитком. Он сделал небольшой глоток и поморщился. – Давай ты сходишь в лабораторию, а к Игорю я сейчас сам загляну, – предложил он. – Где он, кстати?
– Этажом ниже, у своей новой пассии, специалистки по делам несовершеннолетних. В последнее время он там постоянно околачивается в надежде, что ему повезет.
– И у него есть шансы?
– Никаких, – покачала головой Татьяна, и они рассмеялись.
Лапшин и правда нашелся в кабинете молодой сотрудницы департамента Марины Клементьевой. Игорь уже давно и безуспешно подбивал к ней клинья. Марина слыла девушкой обстоятельной и не воспринимала всерьез его нелепые ухаживания. Для нее он был все равно что клоун, постоянно веселящий окружающих нелепыми выходками. Игорь и рад был выглядеть в ее глазах опытным специалистом, но у него никак не получалось.
Когда Никита заглянул в кабинет, Марина разговаривала за столом с оборванцем лет пятнадцати. Игорь, стоя у окна, прислушивался к их беседе. В руках он держал пластиковую папку с фотографиями.
– Ну что, Семен, и дальше будешь отпираться? – спросила Марина у мальчишки.
– Я вообще не понимаю, о чем вы тут говорите, – пробурчал Семен.
Но, судя по тому, как он опустил глаза и принялся смущенно пинать ножку стула, на котором сидел, парень прекрасно понимал, о чем речь. Игорь глядел на него волком – наверняка уже прочитал мысли паренька, но не мог рассказать об этом Марине. Деятельность «Авангарда», как и истинная сущность ребят, хранилась в тайне даже от коллег по Департаменту безопасности.
– Не надоело комедию ломать? – продолжала девушка. – Между прочим, твои отпечатки имеются по всему салону угнанной машины.
Семен опустил голову еще ниже и весь как-то сжался. В этот момент Игорь заметил Легостаева.
– Привет, Никита! – обрадовался он.
– Привет! Фотографии из музея у тебя?
– Да, вот они. – Игорь помахал папкой.
Он шагнул к Никите, но зацепился ногой о ножку стула, на котором сидел Семен, и плюхнулся на пол. Папка выпала у него из рук, и фотоснимки веером разлетелись по полу.
– Черт! – выругался Игорь и принялся торопливо собирать фотографии.
Марина закатила глаза к потолку.
Снимок татуировки Жанны отлетел прямо под ноги Семену. Антон Василевский постарался на славу – изображение получилось крупным и качественным. Семен наклонился, чтобы поднять его, и… замер с широко раскрытыми глазами. Никита тут же заметил это.