Маг теневой империи (СИ)

— В сеть, франшизу, — закончил я. — Которую нельзя запретить.
Ответ Императора
Через неделю вышел новый указ: «Запрещается координация между торговыми предприятиями.»
Я рассмеялся, читая его.
— Он учится.
— Но мы тоже, — сказал кот.
И тогда я запустил следующий этап.
Невидимая рука рынка
Теперь все решения принимались через смартфоны. Никаких встреч, никаких бумаг. Только коды, шифры и мгновенные переводы.
  
— Они не могут запретить то, чего не видят, — объяснил я команде.
Гризмо кивнул:
— А если попытаются?
— Тогда, — я развернул свежий выпуск городской газеты, где кричали заголовки о «необоснованных преследованиях малого бизнеса», — народ спросит: почему Император душит тех, кто следует его же указам?
Финал
Император вызвал меня снова.
На этот раз тронный зал был пуст, а его лицо — усталым.
— Ты победил, — прошептал он.
— Нет, — я покачал головой. — Я просто выжил.
Он вздохнул.
— Что тебе нужно?
— Ничего. — Я повернулся к выходу. — Кроме одного: не мешайте нам работать.
И вышел, оставив его одного — с троном, властью и поражением.
А на улице меня ждал кот.
— Что дальше?
— Дальше? — Я улыбнулся. — Расти.
И мы отправились в Торговый центр — точнее, в то, что от него осталось: сотню маленьких лавок, каждая со своим названием, но с одними хозяином.
Невидимым. Неуязвимым. Свободным.
* * *
Дождь стучал по крыше нового "Клуба Независимых Торговцев" — вывеска висела криво, но это было частью образа. Внутри пахло свежей краской, дешевым табаком и волнением.
Гризмо разложил на столе карту города, утыканную булавками.
— Лавки на месте. Связь через смартфоны работает. Но… — Он понизил голос. — Император не сдастся просто так.
Кот, свернувшийся на бочке с солеными огурцами, фыркнул:
— Он уже проиграл. Что он может сделать?
Я провел пальцем по контуру карты, оставляя влажный след.
— Он может ударить не по бизнесу.
— А по кому тогда?
— По нам.
В тот же момент дверь распахнулась, и ввалился запыхавшийся курьер — мальчишка с рынка, лицо белое как мел.
— Господин Алекс! — Он задыхался. — Вас… вас объявили врагом короны!
Тишина.
Гризмо медленно поднял голову:
— Что это значит?
— Значит, — я развернул только что принесенный указ, — что теперь за мою голову назначена награда. Десять тысяч золотых.
Кот свистнул.
— Дорого.
— Недостаточно. — Я бросил пергамент в огонь. — Потому что мертвый я им не нужен.
— А живой?
— Живой — опасен.
Охота началась
Первая попытка была грубой.
Ночью в мой временный дом ворвались наемники — здоровые громилы с дубинами и артефактными наручниками. Они даже не заметили, что я ждал их, сидя в кресле с чашкой чая.
— Опоздали, — сказал я, прежде чем пол поглотил их в ловушку.
Вторая попытка — тоньше.
Красивая девушка в таверне "подслушала", где я ночую, и побежала докладывать капитану стражи. Она не знала, что это я пустил этот слух.
— Спасибо за информацию, — улыбнулся я, когда стража вломилась в пустой склад.
Но третья…
Третья попытка почти сработала.
Предательство
Меня вызвали в гильдию стеклодувов — якобы для переговоров.
А там…
Там ждали маги.
Не простые стражи, не наемники — инквизиторы. Их плащи были вышиты рунами молчания, а глаза не отражали света.
— Алекс де Муар, — сказал старший. — Ты нарушил волю Императора.
Я рассмеялся.
— Я переиграл его.
Он не стал спорить. Просто взмахнул рукой — и воздух вокруг меня сжался, как тиски.
В последний момент сработала руна на запястье — телепорт.
Но когда я материализовался в убежище, понял: что-то пошло не так.
Голова кружилась. Тело горело.
А на полу передо мной…
…лежал кот.
Бездыханный.
Месть
Я не помнил, как оказался на крыше императорского дворца.
Не помнил, как прошел сквозь стражу.
Помнил только его — Императора, спящего в своей позолоченной спальне.
И клинок у его горла.
— Ты тронул моего кота, — прошептал я.
Он проснулся.
Глаза расширились.
— Ты… как…
— Я разозлился.
Клинок дрогнул.
И тут…
Мяу.
Я обернулся.
На подоконнике сидел кот.
Целый.
Непораженный.
И ухмыляющийся.
— Обманул? — прошипел я.
— Конечно, — он прыгнул мне на плечо. — Я же бессмертный.
Император замер.
— Что… что это…
Я опустил клинок.
— Это твой последний шанс. Отмени указ.
Он кивнул.
Быстро.
Испуганно.
Утро новой эры
На следующий день вышел новый указ:
«Во имя развития торговли отменяются все ограничения на предпринимательство.»
Народ ликовал.
А я…
Я стоял на балконе Торгового центра (теперь снова единого) и смотрел, как город оживает.
— Что дальше? — спросил Гризмо.
— Дальше? — Я потрепал кота за ухом. — Расширяться.
Потому что теперь…
…ничто не могло нас остановить.
* * *
Дождь барабанил по витражным окнам моего кабинета, когда кот внезапно ощетинился. Его шерсть встала дыбом, а глаза загорелись ядовито-зеленым светом.
— Они здесь, — прошипел он.
Я медленно отложил перо, ощущая, как магические барьеры Торгового центра дрогнули. Не грубое вторжение — тонкое, почти неосязаемое проникновение, как игла через шелк.
— Инквизиторы? — спросил Гризмо, уже доставая артефактный пистолет.
— Хуже, — ответил я, вставая. — Совет Девяти.
Дверь распахнулась беззвучно. В проеме стояли три фигуры в серых мантиях — без лиц, без имен, только тени с золотыми нашивками в виде девятиконечной звезды.
— Алекс де Муар, — произнес центральный. Его голос звучал как шелест пергамента. — Ты вызвал бурю.
Я скрестил руки на груди:
— Я всего лишь торгую.
— Ты играешь с огнем, — продолжил тень. — Император — марионетка. Настоящая власть принадлежит Совету.
Кот прыгнул на стол, выгнув спину:
— И что? Пришли запугать?
Правый инквизитор сделал шаг вперед. Воздух вокруг его руки исказился:
— Мы пришли предложить сделку.
Предложение, от которого нельзя отказаться
Они развернули передо мной свиток. Магический пергамент светился бледно-голубым, обнажая текст, написанный кровью:
— Членство в Совете Десяти. Десятое кресло пустует… для тебя.
Гризмо ахнул. Даже кот на мгновение потерял дар речи.
Я рассмеялся:
— Вы серьезно? После всего?
Центральная тень наклонила голову:
— Именно поэтому. Ты доказал, что достоин. Но есть условие.
— Какое?
— Отказ от "Кулака". Роспуск Сопротивления.
Тишина повисла тяжелым покрывалом. Я посмотрел в окно — там, внизу, кипела жизнь моего города. Моих людей.
— Мой ответ…
Я поднял руку — и пергамент вспыхнул синим пламенем.
— …нет.
Разрыв
Инквизиторы не двинулись с места. Но воздух в комнате вдруг стал густым, как сироп.
— Тогда ты умрешь, — просто констатировал левый.
В этот момент кот прыгнул прямо в лицо центральному инквизитору — и его когти разорвали капюшон, обнажив… пустоту. Ни лица, ни плоти — только тьму, пронизанную золотыми нитями.
— Артефакты! — крикнул я. — Они даже не люди!
Бой длился три минуты. Три минуты, за которые мой кабинет превратился в руины. Когда дым рассеялся, на полу остались лишь три дымящихся плаща.
Гризмо поднял один — под тканью шевельнулось что-то металлическое.
— Механизмы? — пробормотал он.
— Хуже, — кот тыкался мордой в золотые нити. — Это души. Запечатанные.
Я сжал обгоревший край плаща: