Непроявленные пленки (ЛП)

 — И вот мы снова держимся за ручки, — первым подал голос Юэн, кивая на их всё ещё соединённые руки.
 — Это называется рукопожатие, а не то, о чём ты подумал, — с насмешкой сообщил Бернард, ослабляя хватку.
 — А ты знаешь, о чём я подумал? — с наигранным подозрением спросил Юэн, склонившись к Бернарду, как бы заглядывая в его поблёскивавшие в сумраке глаза. Они расцепили руки. — Твои способности, однако, развиваются с невероятной скоростью. Придётся теперь надевать шапочку из фольги в твоём присутствии.
  
 — Даже если бы мог, я бы не стал вторгаться в твои мысли.
 — Спасибо за то, что уважаешь моё личное пространство, — сказал Юэн, отвешивая поклон.
 — Я бы просто не рискнул, — продолжил Бернард, пытаясь не засмеяться. — Потому что в твоей голове чёрт ногу сломит.
 Юэн самодовольно постучал себя по виску.
 — Хаос в голове — моя идеальная защита. Значит, и шапочка из фольги не нужна.
 Бернард улыбнулся.
 — Всё нормально? — осторожно осведомился он.
 — Да, всё отлично, — кивнул Юэн. —
  Мало что может сломать меня, я неуязвим  
 . Будто ничего и не было. Так что мы можем добежать обратно до лачуги и я попробую ещё раз.
 Бернард обречённо покачал головой.
 — Давай лучше подойдём к понтону.
 Юэн согласился. Несмотря на пропахшую псиной лачугу, ему действительно понравилось это место. Забавно, что если бы не Бернард, он бы, наверное, никогда и не узнал о существовании этого озера. Как и о старой железнодорожной станции около их городка, и других местечках, которые они уже успели посетить вместе. Юэн смело прошёл до конца скрипучего понтона, в то время как Бернард не рискнул двигаться дальше середины.
 — Смотри аккуратнее, — предупредил он. — Доски могут проломиться. В мокрой одежде в машину не пущу.
 — А без одежды?
 — На крыше поедешь.
 — С ветерком, — усмехнулся Юэн. — Да ладно, эти доски кажутся крепкими.
 — Ты попрыгай ещё.
 — Вот так? — Юэн мягко попрыгал на мысочках. Доска под ним опасливо затрещала, но натиск выдержала. — Или посильнее?
 — Не говори потом, что я тебя не предупреждал.
 — Ладно-ладно. Прекращаю тест на прочность понтона. Всё-таки в салоне и в сухой одежде как-то приятнее ехать.
 Юэн опустился на колени и потянулся рукой к чёрной поверхности водной глади. Бернард приблизился на шаг. Доски под его ногами протяжно скрипнули.
 — Прохладно, — вынес вердикт Юэн, загребая в ладонь воду.
 — А было бы тепло, искупался бы? — недоверчиво спросил Берн.
 — Почему бы и нет?
 — То есть бассейн тебя не устраивает, а озеро вполне.
 — В озере интереснее, — Юэн поднялся и вытер руку об штаны. — В тёмное время суток, я имею в виду.
 — Звучит так уверенно, будто ты не один раз купался ночью в водоёме, — заметил Бернард.
 — Удивительно, но никогда. А ты?
 — Тоже никогда.
 — Что ж, будет шанс исправить, — сказал Юэн, перекатываясь с мыска на пятку и прислушиваясь к скрипу досок и тихим всплескам воды. — Если верить прогнозам, то в конце сентября ожидается потепление. Ненадолго. Погода будто решила сделать нам маленький подарок за холодное лето.
 Бернард усмехнулся и скрестил руки на груди.
 — Жди теперь обещанных тёплых дней и не забывай брать с собой плавки.
 — Кому они нужны? — фыркнул Юэн, театрально всплеснув рукой. — Если купаться ночью, то только нагишом!
 — Этот ответ был... ожидаем.
 — Только не говори, что я становлюсь предсказуемым в своей непредсказуемости.
 Бернард погрузился в недолгие молчаливые размышления. Всё-таки без фотоаппаратов, хотя бы одного, его образ казался неполным и непривычным.
 — Иногда я задаюсь вопросом, — сказал он, — как происходит так, что мы долго рассуждаем практически обо всех идеях, возникающих в твоей голове?
 — Всё прозаичнее некуда, — улыбнулся Юэн. — Ты их полностью разделяешь и всецело поддерживаешь.
 — Да, наверное, так, — просто ответил Берн и, махнув рукой, добавил: — Думаю, нам пора.
 Он сделал шаг к берегу.
 — Подожди, — остановил его Юэн, стоя всё ещё ближе к краю понтона, — значит ли это, что ты не против искупаться, когда будут тёплые дни?
 — Такого я не говорил. Вода всё равно будет холодная, — Бернард потоптался на месте, отчего доски снова заскрипели под его ногами. — И лично я не слышал о потеплении. Не знаю, откуда ты это взял.
 Последнюю фразу Юэн благополучно пропустил мимо ушей. Потому что и сам толком не помнил, где прочитал или услышал о потеплении в конце сентября. Сейчас это было не столь важно.
 — То есть тебя останавливает только холодная вода? Всё остальное устраивает?
 — В целом, да. Без разницы где плавать, в бассейне или водоёме, — кивнул Бернард и, усмехнувшись, добавил: — Только если ты не любишь щеголять в плавках в общественных местах, то я не любитель щеголять без плавок, даже если темнота скроет мою наготу.
 — Каждому своё, — рассмеялся Юэн.
 — Это верно, — подтвердил Бернард. — Ладно, поехали. Становится холодно.
 Юэн сделал шаг и ощутил, как мысок левого кроссовка зацепился за доску, и его самого по инерции резко потянуло вперёд. Он с иронией и даже каким-то смирением успел отметить, что, кажется, всё-таки поедет домой в мокрой одежде и на крыше. Однако каким-то чудом он смог удержать равновесие, остановившись от Бернарда всего в паре дюймов. Доски под его ногами особенно громко и предостерегающе (а может, сожалеюще) заскрипели. Бернард, в глазах которого даже в сумраке Юэн разглядел мимолётный ужас, с облегчением выдохнул. Потому что если бы Юэн в него впечатался, они бы в лучшем случае вместе повалились на понтон. В худшем — свалились бы оба в воду.
 — Впечатляет, — кивая, сказал Берни. — Ты, определённо, делаешь успехи с этим своим равновесием.
 — Спасибо. Польщён, — Юэн неосознанно обернулся, чтобы увидеть доску, за которую он мог зацепиться, но в темноте, конечно, ничего не разглядел.
 — Давай больше не будем искушать судьбу и поедем домой. Чем быстрее, тем лучше.
 ***
 Бернард сам предложил продолжить составлять досье на призраков. Юэн охотно согласился. Пока у них имелось свободное время, надо было им пользоваться. Когда Юэн только предложил записать всю имеющуюся у них информацию по призракам, ему показалось, что Бернард отнёсся к этой идее скептически. По крайней мере в прошлый раз энтузиазм его не распирал, но «фотограф из похоронного бюро» вообще был довольно сдержан в проявлении своих эмоций.
 Как бы там ни было, теперь они вновь сидели за столом в их оперативном штабе под названием «кухня» с пачкой снимков, блокнотом и полными кружками свежезаваренного зелья. По запаху чая Юэн догадался, что Берн заварил ему успокоительный сбор. Не то чтобы он начал сильно разбираться в травах, но уже мог сообразить что к чему, хотя сам предпочитал держаться от этого подальше. Сварить кофе или какао — пожалуйста, а вот лезть во все эти свойства разных трав, в их сочетание друг с другом и сколько чего добавлять, как правильно заваривать — пусть Бернард сам занимается, раз ему так нравится.
 — Фермер, — сказал Бернард, открыв блокнот на чистом листе. — Мне не удалось запечатлеть его на плёнку, так что пусть будет просто фотография мельницы из Серпент-Капса.
 Сначала Юэн сел так, чтобы их разделял уголок стола, как в прошлый раз. Но Бернард начал возмущаться, потому что сидя таким образом, они упирались коленями друг в друга, и вообще ноги одного явно мешались другому и наоборот. Поэтому он предложил Юэну сесть рядом, по правую руку, чтобы не мешал писать.
 — Что ж, погнали, — решительно сказал Юэн, после того как отпил из кружки. Особой нужды в успокоительном чае он не испытывал, так как ещё пробежка вдоль озёра привела его в чувство, но и заботливостью Бернарда он пренебрегать не хотел. — Причина смерти...
  
 — Пожар, несчастный случай, вызванный ссорой с сыном, — подхватил Бернард, активно записывая по пунктам известные данные. — Место смерти: конюшни в городке Серпент-Капс. Человек, который его подпитывает: Ньюмен, внук?