S-T-I-K-S. Пройти через туман VI (СИ)

Аня просияла.
— Орк, ты самый лучший… Я знала, что ты согласишься.
— Но будьте осторожны, — предостерёг я. — Не привлекайте лишнего внимания. И стреляйте только в крайнем случае.
Ольга кивнула.
— Пойдём.
Они направились к лестнице, ведущей на крышу. Я проверил снаряжение. Тяжёлый РШ-12 легко покидал кобуру, нодиевый меч серых висел за спиной, как и моя «Сайга». Надеюсь, ничего из этого мне не потребуется. Попрыгав на месте, убедился, что ничего не звенит и не болтается. Глубоко вздохнув, вышел через задний вход. Воздух был пропитан запахом недавнего дождя и выпотрошенных свежих кишок. Тучи низко нависали над городом, придавая пейзажу мрачный оттенок.
  
Я двигался тихо, стараясь держаться в тени разрушенных зданий. Повсюду валялись обломки, разбитые автомобили, искорёженные металлические конструкции. На земле раскиданы то тут, то там полусъеденные тела солдат и редких гражданских, источавшие ни с чем не сравнимый запах бойни.
Достав колонку, я разместил её за соседним зданием и включил, только отбежав на порядочное расстояние. Какофония свинофермы и коровника, должна будет отвлечь заражённых, пока я не соберу хабар, и мы не поедем дальше.
  
Глава 29
 
Убедившись, что все заражённые оставили недавнее поле боя, переключившись на такие заманчивые звуки, я крадучись подошёл к самому большому убитому заражённому.
Двигался осторожно, повинуясь накрепко въевшейся в меня привычке, переступая через разбросанные кости и недообглоданные куски тел бойцов, бывших ещё утром живыми и здоровыми. Совесть, хоть и запоздало, но оттого не менее больно, уколола сердце. Может, следовало вчера рассказать всё, как есть, усталому капитану? Про Улей, про другой мир, про заражённых, а не пытаться вешать лапшу на уши о том, что Ольга Анваровна — журналист, а Аня просто при ней. Может, хоть кто-нибудь из них выжил и оказался бы иммунным…
Но, как бы ни было сейчас горько, я крутил головой на триста шестьдесят градусов и не ослаблял бдительность ни на секунду.
Это была молодая элита, но то, что она только недавно эволюционировала, не умаляло угрозы напороться на один из шипов её биологической экзоброни. Мечом в несколько ударов я отрубил те, что особенно мешали. Пробравшись к бронированному капюшону, аккуратно вынул нож и начал срезать споровый мешок. Хабар не считал, для этого будет ещё время, но на ладони в мутном свете блеснуло как минимум две красных жемчужины. Я быстро спрятал его в пакет и сунул в один из карманов разгрузки.
То, что меня определят по запаху, не волновался. Духан на недавнем поле боя стоял соответствующий. Всё тут было буквально пропитано испражнениями смерти. Трупы источали запах бойни и внутренностей, сгоревшая техника дымилась и смердела гарью. Если одним словом, та ещё атмосферка. Такое густое амбре непривычного может заставить опорожнить желудок.
Не знаю, сколько атмосфер на сжатие челюстей выходит у заражённых, но крокодилы нервно перекуривают в сторонке — разбросанные человеческие кости были представлены только фрагментами и осколками. Кроме все поверхности устилало бесчисленное количество стреляных гильз, обрывков одежды, обуви и самого неожиданного мусора, заставляя аккуратно выбирать куда поставить ногу, чтобы не нашуметь и не привлечь к себе внимание вечно голодных тварей.
Я был готов в любой момент применить свой Дар и использовать нодиевый меч, но об огнестреле не могло быть и речи. Даже единичный выстрел прозвучит как приглашение к обеду для тварей. Ведь звуки моей весёлой фермы хоть и заманчивы, но это всего лишь звуки. В них нет запаха мяса.
Помимо стрельбы, всякий неаккуратный шаг могут услышать твари, которые ушли от такой-то вкуснятины совсем недалеко. Вроде бы и был я настороже, и готов к любому самому неприятному повороту событий, и прикрывали меня с крыши, но уверенности как не было, так и не появилось. В руках удобно лежал меч серых, но против стаи заражённых это не аргумент, а способ заковыристого самоубийства в стиле самураев. Вот если бы у меня был Дар, как Нютки… Но я не клокстопер.
Казалось бы, тут должно быть много оружия, но после заражённых, в обозримом пространстве ни одного целого ствола не наблюдалось. А всё, что попадалось на глаза, было совершенно непригодным к дальнейшему использованию. Приклады разбиты, стволы погнуты, с корнем вырваны затворы и так далее, и тому подобное. Твари, даже становясь большими, страшными, клыкастыми и обросшими биологической экзобронёй, помнят, что из этих громовых палок еда может сделать им очень-очень больно, так что такой вандализм — обычное дело для заражённых. Они всегда уничтожают механизмы, если только это в их силах, а в первую очередь достаётся оружию и бронетехнике.
Добравшись до рубера, я снова огляделся. Просканировал окрестности знахарским надзрением. Никого. Подошёл к огромной туше мёртвой твари. Споровый мешок нашёлся сразу. Беззвучно выматерившись, я сунул лезвие под защитный костяной капюшон и вскрыл ножом шов между дольками. Споровый мешок напоминал героических размеров мандарин. Из него немедленно пахнуло крепким грибным духом. Внутри было много всего, но, как и в прошлый раз, разбираться с содержимым не стал и закинул всё в карман.
Тесла была очень хороша и удобна тем, что нам не нужно было задумываться о топливе и производимом двигателем шуме. Но БМП-97 — это настоящая броня с боевым модулем на крыше. Я заметил, что на нём был установлен МБ2 с тридцатимиллиметровой автоматической пушкой 2А72 со спаренным ПКТМ калибра семь-шестьдесят два. И уже одно это перевешивало все преимущества электромобиля.Настороженно оглянувшись, перевёл дух, отёр выступивший пот и поспешил к ещё одному руберу, незамеченном мной ранее. Разобравшись, заметил за углом с виду целый бронеавтомобиль, известный мне ещё по жизни до Улья, БМП-97.
Стая вернулась… Как выбраться? Стрельбу лучше бы не поднимать.Нужно было посмотреть, на ходу ли агрегат. Подойдя к бронемашине, убедился, что пулемёты и пушка выглядят целыми. Однако, когда в отражении стекла что-то мелькнуло, настроение тут же сделало кульбит, рухнув ниже плинтуса. Кажется, на одних рефлексах моё тело заскочило под днище БМП, а совсем рядом раздалось урчание.
Многоголосое урчание стало ответом на мои мысли. Как же не вовремя-то всё!
Спрятавшись за вывернутым колесом, я скользнул взглядом по ссутуленной искорёженной фигуре, показавшейся в просвете среди руин, определил, что ничего выдающегося тварь собой не представляет. Лотерейщик, к тому же не самый раскормленный. Сложив пальцы в подобие пистолета, дождался, когда тварь снова появится и выстрелил молнией. Отмерил немного, ровно столько, чтобы лотерейщика гарантированно убило, а не прожгло в нём дыру с футбольный мяч. Попадание. Заражённый рухнул. Но радоваться было рано. Оставалось гадать, поймут твари, откуда стреляли, или пронесёт. Я снова укрылся за массивным колесом БМП.
Медленно текли секунды, складываясь в минуту, вторую… Внезапно звук пришёл сзади. Это были тяжёлые цокающие шаги. Топтун? Похоже на то. Неприятная, чуткая и живучая тварь. Плохо… В амбре смердящих на поле боя трупов отыскать меня по запаху, конечно, будет не просто, но и заражённый этот совсем не рядовой, а у некоторых из них и собственные Дары имеются, кто знает, какие.
Неподалёку снова зацокали копыта, отскочила и закувыркалась гильза. Топтун — тварь громкая, но быстрая. Его нужно обязательно валить, если я планирую завести двигатель БМП. Тихо выкатившись из-за колеса, я не решился подниматься и, лёжа на спине, навёл указательный палец на показавшегося из-за машины развитого заражённого. На мгновенье наши взгляды встретились. Разряд! Духом Стикса вложился в Дар с избытком — не тот случай, чтобы экономить. Мощная фигура с длинными лапами и несимметрично развитыми буграми мышц, взмахнул всеми конечностями и, отлетев на несколько метров, упала. Труп… Но он успел издать невнятный и слабый урчащий хрип прежде, чем отдал концы.