Земляника для короля

— Ваше величество, я понимаю всю ответственность произошедшего, я готов жениться на цессе Екатерине, — ответил он совершенно не теряя своего достоинства.
Да! Да! Да!
Король поморщился. Все советники молчали. Их постные лица меня раздражали. Поскорее бы уехать и забыть их, как страшный сон.
— Вы в Архоне. У нас запрещено прикасаться к невестам короля до окончания отбора, — отчитывал, как маленького, король моего жениха.
— Наше желание было взаимным, — уверенно произнес мой герой.
Я утвердительно закивала головой. Даже полураздетый он выглядел как божество.
— Если бы я нашел цессу до активации метки и женился на ней, вы бы ничего не могли сделать, — продолжал Роредрик.
Кулаки Дэвида сжались, он бросил на меня взгляд и пристально уставился на браслет. Подошел, схватил за руку, поднял меня на ноги, оттащил от Роредрика и грубо стянул подарок возлюбленного. Сопротивляться я не стала, зная, что мой мужчина за меня заступится, и никому здесь не поздоровится.
Браслет оцарапал руку. Король, не обращая на это внимания, отшвырнул его в сторону. Голова закружилась. Я хотела присесть и сделала шаг в сторону диванчика, но покачнулась. Дэвид подхватил меня на руки. Роредрик бросился ему на помощь, но на этот раз мне показалось, что мой возлюбленный не такой уж привлекательный, да и вообще я не люблю мужчин с усами.
В голове, что-то взорвалось и начала нарастать тупая боль. Я застонала. Перед тем как отключиться я зацепилась взглядом за короля, который смотрел на меня с сочувствием и сожалением.
Проснулась в собственной комнате на кровати. Рядом в кресле сидела Пелагея и что-то читала. Я повернула голову, чтобы позвать ее. Она оторвалась от книги и взглянула на меня.
Я вспомнила окончание приема и свои «танцы под луной». В ответ в голове возникла тупая боль. Ощущение, было схоже с болью от зуба, который недавно вырвали и место, где он рос еще болело.
— Пелагея, что случилось? — спросила я.
— Кэтти, ты очнулась. Это главное, — сказала он вставая и заботливо потрогав мой лоб.
— Как я здесь оказалась? — Но вдруг осознав, все что произошло, воскликнула: — Богиня создательница Алмаза, что я натворила?
Воспоминания и чувства прошедшего вечера закружились калейдоскопом в голове еще больше подчеркивая мою беспомощность перед обстоятельствами. Я ужаснулась.
— Что произошло?
— Кэтти, выпей отвар, я все тебе расскажу, — ласково, но твердо попросила Пелагея, подавая мне чашку с ароматной жидкостью. Я взяла ее нетвердой рукой. Подруга придержала чашку, я отпила несколько глотков. От отвара по телу разлилось приятное тепло.
— Пелагея, у тебя есть что-нибудь обезболивающее? У меня зуб, то есть голова болит.
— Сейчас разведу порошок, подожди.
Пелагея побежала в гостиную. Я сидела и перебирала воспоминания о прошедшем приеме. Через несколько минут Пелагея вернулась.
— На, пей, — сказала она опять протягивая чашку с отваром. Перед этим высыпав в нее какой-то порошок.
— Пелагея, я должна знать, что произошло, — выпив все отвар сказала я. — Последнее, что я помню, это предложение Лавтийца жениться на мне, и я почему-то этому дико радовалась.
— Кэтти, сен Роредрик поступил с тобой очень бесчестно. Он подарил всем цесам артефакт управления. Он специально создан для менталистов, чтобы подчинять их волю. Чем сильнее дар, тем сильнее артефакт действует на хозяина.
Я молчала, пытаясь осознать всю подлость поступка Роредрика. Как теперь смотреть в глаза людям?
— Вот почему такие странные чувства у меня возникли к сену Стравия, — сделала я вывод. Почему я не смогла понять, что все это обман? Я воскликнула: — Что же я натворила?! Какой позор!
Закрыв лицо руками, я вспомнила танец, и мои слова Овиду и деду. Это видели все благородные семейства. Я — опозорена.
— Не бери в голову. Никто ничего не понял, сказали, что тебе внезапно стало плохо, — успокаивала меня Пелагея.
Я отняла руки от лица.
— Надеюсь, сен Роредрик уехал из Архона? Сколько я лежала в этом состоянии?
Видеть этого человека мне совсем не хотелось. Я не смогу даже в глаза ему взглянуть.
— Ты лежала четыре дня, — сообщила Пелагея.
— Четыре дня! Почему так долго?
— Заклятия наложенные на браслет стали проникать в твою сущность, через пару часов последствия были бы необратимы. Король вовремя понял, в чем дело.
Вдруг вспомнив, что король был свидетелем моего позора, я воскликнула:
— Пелагея! Там же был король, он все видел! Он видел как… Какой ужас там были все пять советников! — Уши, щеки мои горели.
Я зажмурилась. Казалось, что весь свет теперь осуждает меня. Я сползла со спинки кровати и легла на нее, накрывшись одеялом с головой.
— Не хочу никого видеть. Я больше никогда не выйду из этой комнаты, — сказала я, больше самой себе, чем кому-то.
Но Пелагея меня услышала:
— Брось это дело! Не выйдет она! Все знают, что ты ни в чем не виновата. А если хоть кто-то слово против скажет, я его так залечу, что мало не покажется.
Подруга сдернула с меня одеяло.
— Пелагея, Я целовалась с этим индюком, — попыталась я ей объяснить. — На мне никто не захочет жениться.
— Тю-ю! Нашла из-за чего переживать! Как–будто ты не с Земли к нам пришла. Уж я-то слышала, какие там сейчас нравы, — не предала никакого значения моим душевным терзаниям подруга.
— Ты не понимаешь! Кому нужно надкусанное яблоко?
— Успокойся, не успел он тебя покусать. Твоя одежда была на месте.
Меня передернула от слов, которые сказала Пелагея, в голове сразу вспыхнула картинка, как сен Роредрик кусает меня.
— Надеюсь, что больше никогда его не увижу, — загадала я желание в надежде, что богиня услышит мою просьбу.
— Кэтти, скандал замяли, — серьезно глядя мне в глаза, говорила Пелагея. — По официальной версии тебе стало плохо. Король и пять советников бросились помогать. Оказалось, что ты заразилась у нас в госпитале лихорадкой Эболо.
— Чего?! — удивилась я.
— Ну что первое в голову пришло, то и сказала, — разведя руками, сказала подруга, при этом невинно хлопая глазами.
— Пелагея, я не смогу смотреть им в глаза.
Я вообще не представляла, как теперь появляться на людях.
— Сможешь, ты сильная и плевать на их мнение. Тебе нужно еще военную академию поднимать. Вон вся армия волнуется. Если среди офицеров станет известна настоящая причина твоей болезни, они войной пойдут на Лавту.
— Я уже точно не стану королевой. Можно я здесь посижу, пока отбор не закончится, а потом начну осуществлять все наши проекты?