От КГБ до ФСБ (поучительные страницы отечественной истории). книга 1 (от КГБ СССР до МБ РФ)
На вопрос о демократизации органов госбезопасности первый заместитель председателя В. Поделякин сослался только на создание института Офицерского собрания, председателем которого в каждом органе будет первый руководитель. [527] Так вместо партсобрания придумали новый орган.
2.13.15. О сложных взаимоотношениях с «союзным КГБ» мы уже говорили ранее, но у российской госбезопасности был и еще один соперник. На вопрос корреспондента о том, что его больше всего сегодня тревожит, Виктор Иваненко ответил: «Попытки некоторых руководителей МВД отобрать у КГБ функцию борьбы с организованной преступностью. Это неразумно: монополизм в любом деле очень опасен… Почему в США борьбу с организованной преступностью занимаются 8 спецслужб — по разным направлениям? Да потому что нельзя огромный тяжелый фронт взвалить на одну спецслужбу». [528] Факт «серьезных споров» по этому поводу между МВД и ведомством госбезопасности признал и Сергей Степашин, который высказался за участие обоих ведомств в борьбе с организованной преступностью. [529]
Президент этому особо не возражал. В сентябре 1991 года Президент РСФСР назначил начальником управления по борьбе с организованной преступностью российского КГБ полковника Сергея Алмазова. [530] «Борьба с коррупцией в органах управления и власти станет одним из приоритетных направлений в деятельности создаваемого в КГБ России управления по борьбе с организованной преступностью, заявил в интервью российскому телевидению начальник нового управления полковник Алмазов». [531]
В прессе стали появляться материалы о необходимости участия органов госбезопасности в борьбе с преступностью. Начальник Главного управления по борьбе с организованной преступностью российского ведомства госбезопасности следующим образом мотивировал необходимость включения этого ведомства в этой борьбе: «Преступность, о которой вы спрашиваете, представляет угрозу не только правам и свободам наших граждан, но имеет свойство проникать в государственные структуры, правоохранительные органы, подрывая таким образом политические и экономические устои государства, посягая на безопасность общества. А поэтому наиболее опасные формы такой преступности: коррупция, терроризм, контрабанда (в том числе экономическая), незаконный оборот наркотиков в международном плане отнесены к компетенции органов госбезопасности… Нельзя упускать из вида и то обстоятельство, что западные спецслужбы не прочь использовать в своих целях наши преступные кланы». [532] Обратим внимание на последнее предложение. Товарищ, видимо, еще не перестроился и продолжал считать Запад главным врагом. Впрочем, это шутливое отступление автора настоящей книги.
Что же касается необходимых мер по борьбе с преступностью, то Сергей Алмазов сказал: «…В этой борьбе всем правоохранительным органам недостает четкого законодательного регулирования. Нужны всероссийская программа борьбы с организованной преступностью, пакет законопроектов, призванных разграничить компетенцию, сферы ответственности между различными правоохранительными органами, определить порядок их взаимодействия. Нужны и межреспубликанские соглашения, ведь преступность не знает границ, как не знает законов общесоюзных или республиканских». [533]
Все та же старая российская песня о несовершенных законах. Законы будут менять еще не раз, но на состояние борьбы с преступностью это не окажет положительного влияния. Она будет еще долго расти, разлагая страну.
2.13.16. Владимир Поделякин говорил: «Российский КГБ занят сегодня в основном формированием своего центрального аппарата и пребывает в этой стадии вот уже несколько месяцев. Все это, конечно, не означает, что наши территориальные органы не работают. Отнюдь. Работа идет, и немалая. Но процесс перестройки органов госбезопасности затянулся, и наши люди уже начали потихоньку уходить — они-то дело себе находят легко, причем, поверьте, за весьма приличную зарплату. Боюсь, еще немного протянем, и народ просто побежит от нас…». [534]
С такими вот проблемами сталкивалось АФБ РСФСР. А тем временем, один корреспондент говорил: «Активность западных спецслужб против наших значительно возросла. Доходит до того, что иностранные резиденты приходят на квартиры к нашим лучшим сотрудникам и гарантируют, что их правительство по достоинству оценит заслуги перед нашим государством и предлагают перебраться за рубеж». Стиль и употребление слов «наших спецслужб», «наших сотрудников» невольно наводят на мысль, что устами корреспондента говорит сам руководитель КГБ (АФБ) РСФСР. А он собственно и не опровергает эти слова, лишь только немного смягчает оттенки, говоря: «Без сомнения, западные спецслужбы правильно уловили и почувствовали состояние тревоги и ожидания, неуверенности многих сотрудников бывшего КГБ в плане своего будущего. Увеличилось количество предложений со стороны зарубежных коллег. С сожалением можно констатировать, что есть и «успехи». [535]
Так и говорил господин Иваненко, пока, через несколько недель, его ни сняли. Не ко двору пришелся. То ли не то говорил, то ли не так делал, то ли кого-то не устраивал?
2.13.17. Позже Иваненко расскажет: «Потом до меня дошла информация, что на встрече с «семеркой» то ли в сентябре, то ли в октябре Ельцин пообещал уничтожить КГБ. Я стал выяснять. Состоялся разговор с самим Ельциным. Он сказал: «Я решил слить КГБ с МВД», Я ему ответил, что этого делать не в коем случае нельзя. Маленькая организация раствориться в большой, и кроме урона, ущерба безопасности ничего не будет. Он мне сказал, что у меня старые подходы, что я не понимаю политического момента. Разговор закончился на достаточно жесткой ноте. Я понял, что моя судьба, наверное уже решена…
И тем не менее мне тогда удалось через Бурбулиса пробить Указ президента о создании Агентства федеральной безопасности России, меня назначили генеральным директором. Это в принципе то же КГБ, название другое. Я таким образом пытался выбить идею слияния КГБ и МВД. Раз указ подписан…Но я глубоко заблуждался». [536]
2.14. Новый путч?
2.14.1. В органах государственной безопасности шло явное брожение. Вот только пример, 10 декабря 1991 года «Российская газета» поместила небольшую статью полковника госбезопасности В. Шлыка, который написал:
«Вот уже более трех месяцев управление Амурское управление бывшего КГБ не работает. Речь идет о костяке управления — об оперативных подразделениях, их руководящем и оперативных сотрудниках. Многие из них и раньше не отличались служебным усердием. Да и откуда ему было взяться, если психология большинства офицеров направлена на личное обогащение.
В конце августа после известных событий управление как бы остановилось. Хотя, как и раньше, все сотрудники по утрам занимают свои кабинеты и… ничего не делают. Не совсем уж ничего: перекладывают бумаги, куда-то звонят, ходят в управленческий магазин, пьют чай, получают офицерский паек, зарплату. Зато активно стали заниматься спортом в том числе в рабочее время. В конце сентября на всю страну прозвучали заявления руководства бывшего КГБ о том, что подразделение «З» (защита конституционного строя — бывшие 5-е) как в центре, так и на местах, упразднены. Прошло уже более двух месяцев, но эти подразделения в территориальных органах, в том числе и отдел в Амурском управлении, продолжают существовать.