Соколица

Марк выполнил её указание.
Диана подала Филиппу сигнал сесть на руку в перчатке и почувствовала, как Марка охватил лёгкий трепет – волнение и радость – мужчина и не скрывал своих эмоций.
– Вот это я понимаю, приключение, Марк! – воскликнул Игорь.
Марк только кивнул.
– Олег! – хлопнул Игорь по плечу упомянутого мужчину. – Ты камеру взял? Ну-ка, снимай, давай!
Какая же красота этот подъём в воздухе, этот размах крыльев, почти беззвучный! Почти. Марк тихо ахнул, а сапсан гордо уселся на протянутую руку, крепко цепляясь когтями за кожаную перчатку, сложил крылья и взирал на мужчину своими круглыми глазами.
– Теперь можете его осторожно погладить. Не делайте резких движений, – давала указания она Марку. – Кто следующий?
Кирилл тут же оказался рядом с девушкой. На мужчину и Марк, и его сапсан одновременно зло посмотрели.
Тем временем, точно уловив момент, Олег запечатлел хищное лицо Марка и самого сапсана, грозно глядящих в сторону Кирилла.
* * *
Кирилла выбрала сова Мудрёна и, кажется, мужчина был очень разочарован, но до тех пор, пока совушка не села к нему на руку.
– Какая же она тяжёлая! – восхищённо сказал мужчина, рассматривая её кисточки на голове и плоскую мордочку с круглыми глазами.
Диана только смеялась, а друзья весело над ним шутили, что Кирилл уже и сову поднять не может!
Сергей сразу же подружился с рябым соколом.
Как он сказал:
– Я сразу его заметил, а он меня.
Диана была только рада.
Олег и Игорь чуть ли не прыгали до пятиметрового потолка вольера от радости, когда к ним слетели на руки бурокрылые балобаны.
Вадим долго бродил и уже было отчаялся и расстроился, когда своим вниманием его удостоила крупная птица, сидевшая спиной к людям.
Птица развернулась и захлопала огромными крыльями, издав при этом очень резкий звук, похожий на скрежет.
– Это беркут, – сказала Диана и поманила птицу сначала к себе на перчатку. – Он очень подозрительный и довольно наглый. Зовут его Бер. Не повышай на него голос и больше хвали. А теперь давай руку.
Вадим был счастлив, как мальчишка! Все мужчины получали поистине настоящее наслаждение и удовольствие.
– Вы ещё, считай, ничего не видели, – с улыбкой сказала им Диана. – Давайте немного прогуляемся по округе и немножко поиграем. Пусть птицы к вам привыкнут и запомнят. А завтра выедем в лес, проведём первую охоту.
Она поманила Оскара, который с удовольствием занял привычное место на руке своей хозяйки.
Общение и работа с птицами и животными Диане никогда не наскучит. Полёт хищной птицы, её парение в небесах и стремительное падение сквозь кроны деревьев всегда очаровывали Диану, словно впервые. Сегодня к этому прибавлялся искренний восторг и радость мужчин.
– Что такое на лапках у птиц надето? – задал вопрос Сергей, внимательно рассматривая своего сокола.
– Маячок, – ответила Диана, – по нему можно найти загулявшую птицу. Если, к примеру, сокол улетает охотиться и долго не возвращается, то по сигналу маячка мы можем определить, где находится птица в данный момент.
– Здорово! – отозвались мужчины.
– Ну что, готовы?! – с хитрым блеском в глазах спросила девушка.
– Да!!! – был дружный ответ.
И игра началась!
* * *
До чего же здорово было создавать кому-то повод для приятных воспоминаний!
После игрищ и забав Диана позволила отпустить птиц, чтобы они полетали на просторе, в лесу и за лесом. Мужчины не уходили и вместе с девушкой наблюдали полёт хищников с непроходящим восхищением.
Вдруг беркут нырнул и схватил потревоженную хищниками ворону.
«Великолепный бросок», – похвалила мысленно она птицу.
Несмотря на то, что они их кормят, пускай ухаживают за ними, дрессируют и играют… Всё равно эти птицы – дети природы, и летать на воле им просто необходимо, такова их натура.
Диана проследила глазами за полётом своего кречета Оскара. Тот парил в вышине над остальными просто ради удовольствия, и сердце девушки наполнялось радостью.
Игорь фотографировал птиц, Олег снимал на видеокамеру, другие мужчины с улыбками наблюдали за их полётом, а Марк любовался девушкой.
У мужчины складывалось ощущение, будто он оказался в совершенно другом мире, в чудесной сказке, которая как раз и была настоящей жизнью, такой, какой она и должна быть! А Москва, бизнес и та жизнь казались ему какой-то пустышкой, жалкой заменой настоящего и чего-то дикого, будоражащего душу, которая радуется и поёт.
Диана…
И лёгкая грусть опустилась на его плечи. Он впервые не знал, как вести себя в таких условиях и с такой девушкой, не похожей ни на кого, не похожей ни на одну из его знакомых и незнакомых женщин. А его сердце и душа так и тянулись оказаться к ней ближе, узнать её, прикоснуться к тайнам её души.
Марк почувствовал лёгкий удар в бок.
Повернулся – Кирилл, который, прищурив свои глаза, наблюдает за Марком.
Марк лишь сжал губы в одну линию и поднял взор к небу…
Сколько прошло времени, он не знает, так как полностью погрузился в состояние любования и восхищения за созданиями, которым дано летать…
Диана похлопала в ладоши, привлекая внимание мужчин, и дала знак надеть перчатки и приготовить руки для посадки птиц.
Она свистом одну за другой подзывала пернатых и усаживала их на руки довольных мужчин.
* * *
После Дианы гостями занялся её отец, Лев Илларионович – суровый и могучий русский мужик.
– Я поведу вас на снегоходах и покажу самые красивые места этой земли, – сказал он мужчинам, когда те вернулись на базу, где их уже ждал обед и блестящие снегоходы с амуницией.
– Снегоход – это тема! – воскликнули Игорь с Олегом.
– Дорога туда-обратно займёт порядка девяносто километров, вернёмся поздно вечером. – Лев Илларионович погладил свою густую бороду и продолжил. – Если понравится, в другой день пройдём по другому маршруту, более сложному. Обедайте.
– Как будут готовы, я тебя позову, Лев! – сказал уже уходящему мужчине Илья Алексеевич и проводил дорогих гостей к столу. – Как вам соколы? Понравились-то птички?
– Очень, – улыбнулся во все тридцать два зуба Сергей. – Это было здорово. Я с предвкушением жду завтрашнего дня, чтобы на конях да с птицей выйти на охоту!
– Да, да… – кивнул Кирилл, хлебая ароматный борщ. – Особенно хороша одна птичка, что Дианой зовут…
Вадим с Сергеем укоризненно посмотрели на Кирилла, но промолчали. Игорь и Олег лишь разулыбались, и только Марк скрестил с ним взгляды, тихо, но угрожающе произнёс: