Исторический криминальный детектив. Компиляция. Книги 1-58 (СИ)

– Не стану же я сейчас все это читать. Ты в двух словах скажи, что да как. Чем этот Калинкин тебя так заинтересовал?
– В этом деле я нашел следы обоих наших милиционеров. Они оба были связаны с сопротивлением и входили в одну из молодежных ячеек, действующих в городе в годы оккупации.
– В самом деле? – оживился Корнев. – И есть этому подтверждение?
– Есть! – оживился Вадик, но в этот момент зазвонил телефон.
  
Корнев раздраженно схватил трубку:
– Я же приказал не соединять меня ни с кем! – Подполковник зло швырнул трубку на рычаг. – Сказал же Елене Игоревне, чтобы не дергали меня без особой нужды! Значит, ты хочешь сказать, что Егор и Василий выжили в тот день, когда попали под огонь, и не просто выжили, но еще и боролись с немцами все эти годы? Получается, что они – герои? Это хорошо. Это очень хорошо. Нужно срочно сообщить эту новость начальнику Главка.
Дверь открылась, и в проеме показалась Леночка Спицына.
– Антипов здесь, – взволнованно сообщила секретарша.
Корнев вскочил и со стоном снова схватился за живот:
– Что значит «здесь»? Где это «здесь»?
– Здесь, в Управлении. Снова без предупреждения прикатил, уже по лестнице поднимается. Вам дежурный звонил, а вы трубку бросили…
В приемной послышались шаги, Леночка отскочила назад и тоненько пропищала:
– Доброе утро, Петр Дмитриевич!
– Вечер уж скоро, – донесся из-за дверей голос Антипова.
– Вы снова к нам. Милости просим!
– Чаю нам принеси, – потребовал начальник Главка, входя в кабинет.
Не глядя по сторонам, он прошел к столу и уселся в кресло Корнева, которое тот перед этим поспешно покинул.
– Скажи своей красавице, пусть к чаю что-нибудь организует, – приказал генерал.
Корнев тут же выскочил из кабинета и быстро перекинулся парой фраз с Леночкой Спицыной.
Антипов снял фуражку, швырнул ее на стол и только сейчас увидел сидевшего по правую руку от него Богданова.
– Вот тебе и раз! А этот тут что делает? – Антипов зло посмотрел на Корнева, тот стоял навытяжку возле входа в кабинет. – А тебя вставать не учили, когда старший начальник в помещение входит? Или у вас, у прокурорских, субординация напрочь отсутствует?
Вадик встал. Антипов продолжил распыляться:
– Мне сейчас только прокурорских не хватало. Полдня сегодня в вашей конторе проторчал. Ваш руководитель сегодня мне все мозги вынул. И все из-за этого нападения на склады, будь они неладны. Талдычил, как полезно взаимодействие смежных структур. «Прокуратура и милиция должны совместные мероприятия проводить, – говорил, – это повышает эффективность и способствует раскрываемости». Только какая уж тут эффективность? Вы – что одни, что другие – ни черта не можете! Похоже, напрасно я на тебя надеялся, подполковник. Не можете вы ничего расследовать, ни ваш хваленый Зверев, ни этот вот, – генерал кивнул в сторону Вадика. – Где сейчас Зверев? Почему он ни разу ко мне лично не явился?
Корнев уже вспотел. Он сделал пару шагов вперед и тихо пояснил:
– Как раз сейчас Зверев ведет работу по поиску банды, причастной к нападению на продсклад. Также есть новости и о вашем сыне.
– Что? – прохрипел Антипов и тут же изменился в лице: – А что за новости?
Корнев оживился и сделал еще пару шагов к столу.
– Собирался сегодня доложить, даже лично приехал к вам в Главное управление, но вас на месте не оказалось!
– Ну да! Говорю же: в прокуратуре был. Да вы садитесь. Так что там по Егору?
Корнев и Вадик уселись, подполковник указал на следователя:
– Мы выяснили, что Лиза Еремина – девушка, вызвавшая наряд в тот день, когда пропал Егор, – в настоящее время проживает в Ленинграде. Точный ее адрес мы пока не знаем, но знаем возможное место работы. На поиски Ереминой направлен наш сотрудник лейтенант Костин. Вчера он был командирован в Ленинград, в ближайшее время я ожидаю от него доклада.
– Так… ну это уже кое-что. Что еще?
В этот момент в дверь постучали, и на пороге появилась Леночка Спицына с подносом, на котором стояли стаканы, чайник и тарелочка с овсяным печеньем.
– Так! Давай потом, красавица! Позже принесешь, – Антипов махнул рукой.
Леночка нахмурились:
– Так остынет же все!
– Ступай! Ступай, красавица, не до тебя нам сейчас.
Леночка что-то буркнула себе под нос и покинула кабинет.
Пока Антипов общался с секретаршей, Богданов и Корнев успели переглянуться.
– Так что там у нас еще по делу Егора? Я хотел сказать, по делу о нападении на склад?
Корнев отрапортовал:
– Хоть вы и не признаете, что совместные действия двух наших ведомств могут быть эффективными, мы с товарищем Богдановым постараемся доказать обратное. Пожалуйста, Вадим Петрович, доложите о результатах и вашей последней находке.
Вадик, не вставая, рассказал о том, как он отыскал личное дело Матвея Калинкина. Рассказал все, что сумел узнать о деятельности псковского подполья в годы войны.
– На территории города действовала целая подпольная сеть. Всего насчитывалось примерно шесть отдельных ячеек. Каждая такая ячейка имела свое название. Управление ячейками осуществлялось централизованно, – сообщил Вадик. – Подпольщики собирали сведения о немецких офицерах, осуществляли разведку и поддерживали тесную связь с партизанскими отрядами, действовавшими на территории области.
– Так, а что Егор? – затянувшись папиросой, спросил Антипов.
– Ваш сын и Малашин входили в состав группы, которая имела позывной «Смерч». Ячейка состояла из пяти человек. Помимо Егора и Василия в группу входили девушка Женя Береза и двое молодых людей – Степан Сазонов и Александр Сохно.
– Значит, Егор не погиб в сорок первом, а вступил в подполье… И что? Что они – этот твой «Смерч», что с ними стало?
Вадик вопросительно посмотрел на Корнева, тот лишь поджал губы.
– Кто-то предал подпольщиков, – выдержав паузу, сообщил Вадик. – По мнению сотрудников госбезопасности, это был специально внедренный агент «ГФП [344]». Аресты происходили массово, примерно в одно и то же время. Несколько подпольщиков погибли при задержании, остальных схватило гестапо.
Антипов затушил папиросу, встал и принялся ходить по кабинету. Он глубоко дышал и время от времени прижимал руку к груди.
– Может, все-таки чаю? – поинтересовался Корнев и тоже встал. – Что с вами? Вы побледнели.
– Ничего не надо, – отозвался Антипов. – Грудь что-то сдавило!
– Сердце? Может, вызвать врача? – Корнев потянулся к телефону, но генерал остановил его жестом.
– Ничего не надо! – Антипов поморщился. – Значит, их всех арестовали… А что потом?
Вадик снова посмотрел на Корнева, тот лишь пожал плечами.
– По данным госбезопасности, подпольщики были расстреляны, – сказал Вадик.
– Все?
– Почти все.
– Почему «почти»?
– После того как Матвей Калинкин был задержан на фильтрационном пункте на границе с Финляндией сотрудниками МГБ, в ходе допроса он сообщил, что он сам и еще несколько членов групп согласились сотрудничать с нацистами и перешли на их сторону.
Антипов замер:
– Что-то зубы сводит, – прохрипел он. – Скажи, пусть твоя секретарша принесет… Чего она там приносила?
– Чай и печенье, – ответил Корнев и шагнул к двери.
Антипов ухватил Корнева за рукав:
– Хотя постой! Пусть лучше коньяка принесет или водки! Да… лучше водки.
– Да как же?
– Не спорь, – генерал отпустил рукав подполковника. – Так ты говоришь, что были такие, кто переметнулся?
– Матвей Калинкин входил в состав группы «Гроза». Ваш сын и Василий Малашин входили в группу с позывным «Смерч». На допросах Калинкин заявил, что в камерах, когда они сидели в застенках гестапо, кто-то заявил, что предатель наверняка был из «Смерча».
  
Антипова тряхнуло, он шагнул к столу и оперся на него рукой. Лицо генерала посерело, губы затряслись, вместо сурового и неподкупного борца с преступностью Корнев с Богдановым вдруг увидели беспомощного больного человека.